Книга Памяти. Том 6.

Память 27 пройти, не заметив! Беженцам, таким же советским людям, несли кто хлеб, кто крынку молока, мешочек с мукой. Больных оставляли лечиться, расселяли по домам. Эта жестокость войны никогда не забудется. Тем более сейчас, когда в мирное время постоянно слышим о русских беженцах, заложниках, пострадавших в чеченской бойне — вот что вызывает негодование народа". Жители Липецкой области были непосредственными участниками оборонительных меропри­ ятий ближайших фронтов. Вот один документ. Совершенно секретно ПОСТАНОВЛЕНИЕ ВОЕННОГО СОВЕТА ВОРОНЕЖСКОГО ФРОНТА В связи с создавшейся военной обстановкой Военный совет Воронежского фронта постановляет: 1. Мобилизовать на оборонительные работы гражданское население из расчета: № п.п. Районы Мобилизовать людей подвод 1. Хлевенский 2000 450 2. Боринский 2000 400 3. Дрязгинский 2000 450 4. Липецкий 2000 450 5. Грязинский 2000 450 6. Хворостянский 2000 400 7. Грачевский 2000 400 Итого Для воинской части 1942 14000 3100 8. Добринский 1200 300 9. Талицкий 1200 300 Итого 2400 600 2. Обеспечить мобилизацию и доставку в пункты работы установленное количество работников и подвод не позже 26 июля 1942 г. 3. Для связи с в/частями и организациями на месте работы, организации питания, медобслуживания и политмассовой работы выделить представителей облисполкома, коих обязать безотлучно находиться с работающими. Командующий войсками Воронежского фронта генерал-лейтенант Н. Ф. Ватутин Член Военного совета фронта корпусной комиссар И. 3. Сусайков Нач-к 1 инженерн. отдела 6 саперной армии П. Н. Атариков 10 июля 1942 г. Тяжкие дни лета 1942 г. воины и жители нашей области переносили мужественно, в тесном взаимодействии. После того как 2 июля немцы вышли к р. Оскол и открылся им путь на Воронеж, к которому они подошли 6 июля, Ставка направила в зону на рубежи Дона (Задонск — Воронеж — Елец) три резервные армии. В Ельце сосредоточена усиленная танковая армия генерала А. И. Лизюкова. Сюда была направлена истребительная авиационная армия РВГК Е. М. Белецкого. Дравшиеся до последнего наши воины остановили врага, он завяз в местных боях и не смог достичь главной цели — Сталинграда, там его сил не прибавилось. Надо сказать, что на ряде участков фронта, особенно при резком прорыве нашей обороны, имели место случаи трусости, паники, неумелого руководства боевыми действиями. В этих условиях издание Приказа Наркома обороны СССР № 227 от 28 июля 1942 г. мы, фронтовики, считаем вынужденным, но необходимым. Тут, как говорят, не до жиру, быть бы живу. "Каждый клочок оставляемой земли, — отмечалось в приказе, — ослабляет нашу оборону и усиливает противника. Ни шагу назад! Упорно, до последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр советской территории, цепляться за каждый клочок нашей земли и отстаивать его до последней возможности". Приказом создавались штрафные батальоны для провинившихся и заградотряды в тылу воинских частей (как это сделали немцы при их зимнем отступлении под ударами Красной Армии). В развитие приказа усилилась работа по обучению, морально-политическому воспитанию воинов, укреплению дисциплины, снабжению войск. Перелом произошел. Устранена расхлябанность и безответственность. На должности коман­ диров выдвигались показавшие себя в бою люди; фронтовая печать, политруки и комиссары отмечали умелые действия бойцов и командиров, лучшие подразделения, части, подвиги на фронте. Исчезли панические настроения, неуверенность и страх заменили решимость и отвага, пример лучших. Отчетливым стало осознание долгой, упорной и страшно дорогой борьбы с коварным и сильным врагом. Неопределенность и легковерные расчеты уступили место сосре­ доточенности и упорству. Правду говорят: о войне плохо слышать, а тяжелее — видеть. Солдату нужна была встряска, поворот ума. Военное дело не учить — быть битым. Злость на себя, на упущенные в бою возможности перехитрить противника требовали выхода в боевом порыве. Да еще преследовала неотвязная мысль: топчешься здесь, значит, придется шлепать еще более длинной дорогой обратно к границе. Так зрела арифметика военных будней. В толще событий —мы откатились до Волги и Северного Кавказа! —по-иному виделись просчеты и неустройства, тяжкая судьба оставшихся в тылу и попавших в плен, оказавшихся в оккупации.