Ковалев С. Ю., Десятый Гвардейский

385 ветку ветлы и удержаться на поверхности. Потихоньку пе- рехватывая ветки дерева и ломая лед, я добрался до берега. Дома, получив от матери хорошую взбучку, я, дрожа долго отогревался у теплой русской печи. Во взрослые годы случаи стали куда более серьез- ными и опасными. В 1936 году, когда я был вторым пилотом на тяжелом корабле ТБ-3, мы взяли на борт 15 человек красноармейцев для совершения ими тренировочных прыжков с пара- шютами. И вот при наборе высоты, когда она была 600 м, наш ТБ-3 вдруг внезапно пошел на петлю Нестерова. За- дравши нос градусов на 45 – 50, он как-бы повис на моторах и стал медленно терять скорость. Рули глубины и поворота полностью бездействовали. Создавалось впечатление, что троса и тяги управления оборваны. Я следил за скоростью и, когда она упала до 90 км/час, корабль стал заваливаться на левое крыло и одновременно переходить в пикирование. В это время я привстал и оглянулся на хвост. И ... о ужас! На хвостовом оперении лежал купол раскрытого парашюта, он-то и затенил все рули корабля. Перейдя на нос и делая непроизвольно левый разворот, корабль развернулся на 180 градусов и по мере набора скорости самостоятельно стал выходить из пикирования и, когда он достиг высоты 5 – 10 метров, самостоятельно перешел в горизонтальный полет (зажигание моторов мы выключили) и без нашего вмеша- тельства благополучно приземлился, обломив наполовину две росшие там сосенки. При этом ни у кого не было ни еди- ной царапины. А причина? Один из красноармейцев, готовясь под- няться из самолета для прыжка, нечаянно еще в самолете открыл парашют. Встречной струей купол парашюта из са- молета мгновенно вытянуло и положило на хвостовое опе- рение. Случись это метров на 150 – 200 выше или ниже, ка- тастрофа была бы неминуема. Произошло это где-то около