Ковалев С. Ю., Десятый Гвардейский

374 за ними. В последнем случае летели по верхней кромке обла- ков так, чтобы виден был только один нос самолета. Тем самым мы скрывались от наблюдения немецких истреби- телей, летавших также за облаками. В этом случае они могли атаковать нас лишь с верхней полусферы. Но и тогда наш самолет, скрывшись в облаках, мгновенно мог выйти из поля зрения истребителя противника. Пробивание облачности вниз на обратном маршруте производилось только над своей территорией, километров за сто до аэродрома посадки, чтобы экипаж заранее, с по- мощью визуальной ориентировки, успел уточнить свое ме- стонахождение и взять правильный курс. Сильное противодействие истребителей противника в первые месяцы войны и нехватка у нас истребителей со- провождения привели к необходимости боевых действий дальних бомбардировщиков ночью. Для этого требовалась более тщательная подготовка экипажей по пилотирова- нию в слепом полете и самолетовождению в условиях огра- ниченной визуальной видимости земли или тогда, когда она совсем не видна. Полеты ночью в нашем военном полку сначала произ- водились строем самолетов, как правило — звеньями, веду- щим назначался наиболее подготовленный для ночных поле- тов экипаж. В дальнейшем, особенно с весны 1942 года, ко- гда подготовка каждого экипажа была доведена до уровня ведущего, мы перешли на полеты ночью только одиноч- ными экипажами. При этом дневные полеты производи- лись лишь в крайних случаях, когда противодействие непри- ятеля в воздухе было незначительным. Примерно с лета 1943 года ночные боевые действия совершались в основном с освещением цели с воздуха; при этом выделялись специальные экипажи-осветители. В ка- честве осветителя многих целей часто назначали экипаж штурмана 2-й эскадрильи Василия Васильевича Сенько. Он