Ковалев С. Ю., Десятый Гвардейский

277 «Когда на аэродром вернулись все самолеты, за ис- ключением барашевского, командир 10-го гвардейского авиаполка Николай Михайлович Кичин стал вспоминать все, что было связано с экипажем Дмитрия Барашева, начиная от его подготовки к полету и кончая теми радио- граммами, которые поступали с борта его самолета. Когда Барашев уже находился в воздухе, Кичину доло- жили о следующем. Экипаж прибыл на аэродром прини- мать самолет. Техник М.А. Лебедев доложил о его готов- ности к полету на боевое задание, о том, что в бомболюке подвешено десять ФАБ-100, а одна ФАТАБ-500 вон красу- ется снаружи, всего полторы тонны. — Мало! Ты что, Миша, не знаешь, что мы боремся за максимальную бомбовую загрузку? Давай еще одну «тол- стуху» (ФАБ-500. — А.С.) в бомболюк! Техник метнулся к оружейникам, а те в один голос: таких бомб на аэродроме больше нет, было двадцать две штуки, но их все уже подвесили на другие самолеты. — Почему же у всех подвешены, а на нашем самолете нет?! — возмутился летчик. — Разберусь я с вами после возвращения! С этими словами Барашев вскочил на проходящий мимо самолетной стоянки бензозаправщик и уехал в направлении третьей эскадрильи. Минут через пятнадцать, надрывно урча мотором, машина подъехала к самолету. На подножке кабины стоял Барашев, а за бензозаправщиком, привязанная тросом, во- лочилась пятисотка-толстушка. — Растарить и повесить! Отдав приказание, летчик вразвалочку пошел на ко- мандный пункт. За ним последовал штурман Травин, а ра- дист Подчуфаров остался помогать техникам.