Ковалев С. Ю., Десятый Гвардейский

278 Как всегда, Барашев ушел на задание одним из первых. Поэтому в числе первых и доложил о его выполнении. По- следнюю радиограмму Подчуфаров дал в 23.50 о проходе Старого Оскола. Незадолго до начала посадки со старта доложили, что в южном направлении, примерно в сорока- шестидесяти километрах от аэродрома, зафиксирована вспышка, похожая на взрыв, что к земле тянулось пламя. В это время началась посадка. Среди первых севших самолетов барашевского не было. Затем на командный пункт стали подходить экипажи. Почти все докладывали, что на пути своего маршрута, примерно на высоте пяти- сот метров, произошло столкновение двух самолетов в воз- духе, они загорелись и упали на землю. Случилось это в рай- оне населенного пункта Конь-Колодезь. Выполнив задание, все самолеты сели. Барашева среди них не было. Проанализировав ситуацию, Кичин сде- лал вывод: «Это Барашев!» Еще не веря, что в полк пришла страшная беда, он приказал стартовому наряду периоди- чески обозначать аэродром ракетами, а радистам тща- тельнее слушать эфир. Но Барашева не было. Надо было докладывать командиру дивизии. Бровко не поверил: — Барашев?! Этого быть не может!! Вся боевая работа этого летчика, его отвага и сме- лость уже давно укрепили Бровко во мнении, что такие люди, как Дмитрий Барашев, ни в воде не тонут, ни в огне не горят. И сейчас, когда ошеломляющая весть на некото- рое время лишила его рассудка, он сидел, не выпуская из рук телефонную трубку, и уже про себя повторял: «Не может быть, не может быть». Через несколько минут, когда «мозги стали на место» (выражение Бровко. — А.С.), он умом стал понимать, что страшная весть, скорее всего, реальна. Отказывалось понимать лишь сердце. Приказал срочно готовить У-2. Едва забрезжил рас- свет, Бровко уже был в воздухе. Место катастрофы нашли