Восход. 1997 г. (с. Измалково)

8 января 1997 г. ВОСХОД симт людские Геннадий Викторович Шеховцов в коллективе СХПК "Слобода" — человек уважаемый. И это не удивительно. Трудолюбивый производственник, надежный и добро­ желательный товарищ — эти качества не каждому даны. Быть может, это от того, что он по-настоящему любит свое дело. Водительский труд не из легких, но не устает Геннадий Викторович за рулем автомобиля, от что по­ рой не выпускает из рук по многу часов в дальних и ближних рейсах. А свой ГАЗ-53 содержит всегда в от­ личном состоянии. Счастливых дорог тебе, водитель, и приятных попут­ чиков! Фото Ю.ВОРОБЬЕВА. ПОМОГАЕТ ОТ ДУШИ | ^% б этой удивительно щедрой душевной красоты женщине можно писать романы. Но, уж из­ вините, не тот писательский уро­ вень, да и газетная площадь рай­ онки не позволяет размахнуться перу, а написать — ой, как хочет­ ся. Преступно умалчивать о лю­ дях, ей подобных, которые, словно лучики, в нашем таком неспокой­ ном "темном царстве" согревают души людские, верой своей в свет­ лое завтра заряжают окружающих оптимизмом, добром. ...Очередное наше деловое сви­ дание с Надеждой Прокофьевной Кустовой состоялось в районном Доме школьника, где заведует она небольшой библиотекой, полки которой вмещают в себя методи­ ческие пособия , литературу, школьные учебники. До этого бы­ ли десятки, сотни встреч: деловых и не очень, с разговорами по ду- ; шам и ароматными сочными яб- | локами из небольшого домашнего ; садика, который очень любим семьей Кустовых. Из всех этих встреч, разговоров и складывалось по крупицам мое представление о главной героине моей очередной публикации. За окном —первое по-зимнему холодное утро со снежным ветром, которое как-то по-особому, по- праздничному воспри­ нимается после так дол­ го затянувшейся осени с ее монотонными до­ ждями и неприглядно обнажившимися до чер­ ноты скелетами деревь­ ев и кустарников. А здесь тепло, чисто и уютно. Не­ большая библиотечная комната наполнена громкими криками и безудержным смехом (так может веселиться, увы, только беззабот­ ное детство). Здесь же, на партах, мальчики и девочки играют в на­ стольный футбол, хоккей, шахма­ ты, крестики и нолики и еще в непонятные мне захватывающие игры, делают новогодние игрушки на зависть воздушные и ажурные, наперебой предлагая украшения своему старшему другу. — Надежда Прокофьевна, — удивляюсь, — да откуда у Вас столько ребятни с утра пораньше? —А это ко мне гости, нет, скорее, хозяева из группы продленного' дня захаживают. Вот посмотрите как они у меня нахозяйничали, — весело показывает взглядом На­ дежда ПрОкофьевна на книжные полки. — Всю литературу незави­ симо от направленности по своему вкусу выстроили. А мне с ними очень хорошо. — Ну, чего тебе, родненький, — с неподдельной нежностью в голосе обращается она к вбежавшему мальчику. — Конечно, бери, что тебе нужно, только, пожалуйста, поставь потом на место. А мне предлагает осмот­ реть комнату группы продленного дня. —Ну и чудо, —не сдерживаю своего восхищения при взгляде на сказочно красивый класс. Это — не поддается описанию. Это —на­ до видеть. Красочные рисунки на стенах, воздушные гирлянды, це­ пи, снежинки. Распорядок дня — и тот здесь написан на лепестках какого-то удивительного розового цветка. Сколько надо иметь любви к детям, чтобы вот так искусно вместе с ними превратить в ска­ зочный мир самую обыкновенную комнату. —Это —Ольга Ивановна Ефа- нова здесь с ребятишками "колду­ ет" —наша мастерица на все руки, — поясняет Надежда Прокофьев- 1 на. а в голосе все те же неподдель- | ная искренность и радость за дру- I гих. Эти качества — неотъемлемая ( часть ее жизни, в которой немало | страниц, исписанных черной кра | ской... Многодетную семью Пешко- | вых в деревне Грачевка, что в Ус- I майском районе, уважали. Глава | семейства Прокофий Григорьевич | вместе с супругой Еленой Григорь- *евной учительствовали. Детей лк>- I били всем сердцем. И каждый из | шестерых, появившихся на свет I малышей, был желанным в доме, рЖили в бедности, но радость об- I щения друг с другом заменяла им | материальные блага. Настоящее | горе разразилось над семьей в да­ леком, но памятном для многих 1938 году. О том, что по деревням ходят "тройки" (группы по три че- }ловека в кожаных куртках, фураж- | ках и сапогах) и выхватывают из | семей зачастую ни в чем неповин- ММММММИ ных людей, родители обсуждали между собой не раз, но уж никак не думали, что эта "тройка" однаж­ ды поздним вечером войдет и в их дом. С удивлением, еще не понимая всего случившегося, смотрела де­ вятилетняя Надя на то, как из до­ ма чужие люди уводят ее любимо­ го дедушку. Григорий Петрович был чело­ век известный далеко окрест. Вра­ чевал людей и скотину, за что по­ читаем был в каждом деревенском доме. А еще, что во все времена было редкостью, слыл художни­ ком. Не маракой, коих развелось в наше время неистребимое число, а самым настоящим художником. Это его рука водила кистью, вы­ писывая иконы в усманской цер­ кви, часть которых сохранилась и до наших дней. Безвозвратно раз­ рушено во время бомбежки его творчество в одном из воронеж­ ских храмов. Глубоко утонченная натура, он так до конца и не осоз­ нал, за что же все-таки был сослан в неизвестное ему село Голубинка, что в Хабаровском крае, на рудни­ ки, за что же был спустя год рас­ стрелян в числе девятнадцати по­ литзаключенных, когда в крайнем истощении не смог выйти на ра­ боту. Об этом лишь спустя пять­ десят с лишним лет, после реаби­ литации, узнали его внуки. А тог­ да? Тогда он смог прислать всего лишь одно письмо с дороги, где со свойственной ему художествен­ ной натурой расписывал прелести Байкала, который удалось ему уви­ деть из зарешеченного окошка по­ езда, да с глубоким убеждением в своей невиновности и надеждой на скорое возвращение домой. Его и ждали. Но, не дождав­ шись, умерла жена. А тут новое го­ ре обрушилось не только на Пеш­ ковых, но и на весь народ. Война... Она вырвала из семьи Прокофия Григорьевича, а спустя некоторое время вернула домой, но совершенно слепым. Так в семье появился седьмой "ребенок". Надежда Прокофьевна пофа­ мильно помнит всех: бабушка Фе­ ня Каблукова (царствие ей небес­ ное), подруга Маня Барбышина, соседка Шура, директор школы Екатерина Михайловна Савенко­ ва... Да мало ли их тех, кто в те голодные годы подсоблял много­ детной семье Пешковых. Кто хле­ бушка, кто картошки, кто квасу, а кто и большие, пусть не по разме­ ру, но дал чулки на выпускной ве­ чер отличнице Надюше. Огородик в семье имелся, а вот коровенку продержать семья была без мужчи­ ны не в силах. От чистого сердца не подаяния ради несли соседям и сами полуголодные сельчане, от­ рывая от ‘скудного собственного стола, крохи. Однажды сосед, ос­ тавив себе рожки да ножки, а тушу сдав государству в счет какого-то налога, принес Елене Григорьевне телячью кожу. Возьми, хозяйка, может, хоть какого холодца нава­ ришь. Посмотрел на пухнущих с голода ребятишек, смахнул слезу, что мужской скупой зовется, и вы­ шел. А холодец из той шкуры семью от голода спас. Весной было проще: ребятиш­ ки, словно муравьи, высыпали на "выпас". Баранчики, щавель, кра­ пива, цветочки акации - все шло в рот. Выжили. Все в люди вышли, высшее образование получили. Учились младшие Пешковы охотно, учеба им поддавалась. Многие их одноклассники, в семье которых и достаток имелся, бро­ сили школу. А они друг за друж­ кой сначала за четыре километра за знаниями ходили, а потом за восемь. Со слабым от недоедания голосом, но удивительным слухом и большими способностями в уче­ бе, девочку сразу же приметили и завуч Любовь Прокофьевна, и ди­ ректор школы Екатерина Михай­ ловна. Пророчили ей большое ар­ тистическое будущее. По 250 грам­ мов хлеба для нее выхлопотали, квартиру недалеко от школы под­ ыскали, а она, собрав кусочки за неделю, несла их младшеньким. Не от того ли, что самой ей пришлось в жизни испытать много трудностей, так велико сострада­ ние этой женщины к нуждам дру­ гих, неподдельная радость за их благополучие? Как-то Надежда Прокофьевна поделилась со мной приятной но­ востью. Сообщила, что к ней до­ мой да на "иномарке” приехал ее бывший ученик, а она его сразу (к стыду своему) и не признала. Да и где узнать-то его, когда с тех пор, как он школу окончил, лет двадцать пять минуло... О том времени, что прошло после окончания института, зна­ комства с будущим мужем тоже из многодетной бедной семьи, но ор­ деноносцем Великой Отечествен­ ной Александром Васильевичем Кустовым, сознательно умалчи­ ваю. Это — отдельная история. Вместе учились, вместе из нищеты выкарабкивались, вместе первый раз сытно наелись блинов, когда уже после окончания высшей пар­ тшколы работал он вторым секре­ тарем райкома партии и принес домой пять килограммов муки в марлевой тряпочке. Особый разго­ вор о геройски погибшем в Афга­ нистане младшем сыне — майоре Николае Кустове. ...О каждом своем ученике На­ дежда Прокофьевна всегда стара­ лась узнать все и, в первую оче­ редь, в какой семье воспитывается он, есть ли материальный доста­ ток. Сашу Зароченпева отличила сразу. Весель­ чак и способный уче­ ник, он школу посеще­ ниями не баловал. Когда пришла в дом, где вос­ питывался мальчик, ах­ нула. Сразу вспомни­ лось детство. Десять детей на одну комнатушку в избенке, больной отец, что вскоре умер. И среди этих светлых и темных головок, что виднелись и на печке, и на полу, и в люльке, одна кормилица — мать. От Марии Матвеевны шло ка­ кое-то неизъяснимое тепло, — вспоминает спустя годы моя собе­ седница. Она не жаловалась на судьбу, но пояснила, что на всех детей не хватает одежонки, и по- тому-то ходят они в школу по оче­ реди. Старшие — Миша, Валера, Вася, Петя, Саша, Коля —для нее они стали неотъемлемой частью душевных тревог и волнений. Ото­ гревала их у школьной печки, по­ купала пирожки. Теперь все они взрослые. Все при должностях, и немалых. Но "иномарках" разъез­ жают. Мама в хорошем доме с од­ ним из сыновей живет. В глазах Надежды Прокофьевны светится гордость за эту семью. А у меня — за нее, за мою учительницу. Да, Надежда Прокофьевна бы­ ла и моей учительницей, точнее, завучем в школе, где я училась. И ее материнскую доброту, теплую руку ощутила я однажды на своем плече. Ощутила — и запомнила на всю жизнь. Стыдно сознаться, но учеба да­ валась мне легко (аттестат о сред­ нем образовании с оценками "пять" и "четыре” — прямое тому подтверждение), а потому иногда к учебе относилась я попросту на­ плевательски. Помнится, как-то осенью, когда класс с утра "гоня­ ли" на уборку совхозной картош­ ки, а после обеда надо было зани­ маться, мы с подружкой решили увильнуть от посещения первого урока. А потом объяснили, что, де­ скать, далеко живем и не успели. Сошло. И раз, и другой. Учительница математики Ма­ рия Петровна Толстых свой пред­ мет боготворила, того же добива­ лась от нас. Но разве ценили мы в школьные годы, наши дорогие учителя, то хорошее, что вы для нас делали? Это приходит с года­ ми. Так вот, Мария Петровна, спа­ сибо Вам за урок на всю жизнь. Нас, опоздавших, она попросту удалила из класса к завучу с объ­ яснением о нашем поведении. Вы, Надежда Прокофьевна, положили мне руку на плечо и совсем не­ строгим учительским голосом ска­ зали: "Идите, девочки, занимай­ тесь и постарайтесь все-таки не опаздывать. Не подводите меня". Вот и все. У меня нет больше слов. Доброго Вам здоровья в но­ вом году, любимый мой ПЕДА­ ГОГ! Живите долго-долго! А.ГЛАДКИХ. Более пятидесяти лет про­ работал я на педагогическом поприще. Сейчас на пенсии, но в силу неугомонности сво­ его характера продолжаю ра­ ботать учителем, веду обще­ ственную работу. Два года на-, зад был избран старостой сло­ боды Никольская. Выполнять эту роль в настоящее время очень тяжело. Народ озлоб­ лен. Разворовывается все, что можно украсть. Сельская ад­ министрация не всегда четко решает вопросы нужд и жалоб граждан. Приходится помо­ гать не только своим избира­ телям, но и жителям Пушкар- ки, Никитской. Люди идут, в основном, с горестями, редко — с радостями. Я бы, очевид­ но, был бессилен помочь од­ носельчанам, если бы не было в районе человека, у которого не оскудела душа, который не зачерствел от беспредела и не­ урядиц, который не поддается соблазну личного обогащения, а остался самим собой. Это — простой и скромный глава ад­ министрации нашего района Михаил Алексеевич Телков. Сколько сил, стараний и уме­ ний он отдает людям, разре­ шая их проблемы. За приме­ рами далеко ходить не надо. Три года протекали колонки в селе Чернава. Михаил Алексе­ евич помог устранить эти те­ чи. Более 10 лет не было ас­ фальта от основной магистра­ ли в сторону колхоза "1 Мая", и эта проблема с его по ­ мощью была разрешена. Не горят лампочки ночного осве­ щения — я еду или звоню в адм инистрацию Михаилу Алексеевичу. Нет зарплаты — звоню. Не завезли коммуналь­ ные дрова или уголь — еду. Всегда примет, внимательно и терпеливо выслушает. А самое главное — всегда поможет в решении любого вопроса. Неимоверно благодарны родители и дети Пятницкой, Никитской школ за то, что они не без помощи Михаила Алексеевича работают и учат­ ся в тепле. Такую же благо­ дарность выражают жители Чернавы за то, что Черняв­ ский Дом культуры получил "голубое" топливо. Обращаюсь в администра­ цию за помощью не только я, как староста, но и многие жи­ тели села. Вопросы разные. Люди просят помощи завезти дрова, выделить средства на ремонт, лечение и т.д. Вопро­ сов много, и особенно для нас, стариков, они все глав­ ные и большие. Возвращаются люди удов­ летворенны», говорят, что с главой района лучше, чем с родным сыном, поговорили. Последний деловой разго­ вор у меня с Михаилом Алек­ сеевичем состоялся о торговой площади в с.Чернава. Все ви­ дят результаты нашей беседы. Правда , надо бы, Михаил Алексеевич, расширить пло­ щадь,. построить навесы для торговли. Е с тес тв енно , Михаил Алексеевич не все может, не все от него зависит, но и в этом случае он всегда внима­ телен с людьми, а это, согла­ ситесь, очень ценно, особенно в наше время. Я рад, что такие руководи­ тели еще есть. И дай Бог, что­ бы нашему главе хватило сил и терпения еще долго рабо­ тать ради народного благопо­ лучия. Д.ТЮРИН, староста слободы Никольская. ПЕДАГОГ С БОЛЬШОЙ БУКВЫ