Лица (г. Липецк), 2025 г.

13 Однажды картину Марии заказала та самая японская подписчица, побудившая заняться арт-терапией. Холст «вернул к жизни» и аппетиту онкобольную бабушку женщины. Так Мария убедилась в ответственности художника перед миром. В её личном творчестве только позитивный посыл обниматься, потому что у девочки начали выпадать волосы и пропало желание что-либо делать. — Коллеги-психологи говорят, что одно занятие должно длиться 40 минут. Но у этих детей завтра может просто не быть. Ты не знаешь, в каком состоянии встретишь его в следующий раз, поэтому сегодня он должен быть счастливым, — убе- ждена Мария. — А для этого есть я — несерьёзный взрослый, маленький праздник. НАЙТИ БАЛАНС Больничная арт-терапия требу- ет огромной самоотдачи вплоть до полного стирания личности. Приходя к детям, она превращается в нечто доброе, обволакивающее, волшебное, независимо от настрое- ния и самочувствия. Главная опасность для арт-терапевта — выгора- ние. В эту профессию по- сле него уже не возвра- щаются. Мария учится находить баланс. — Когда ты не в ресур- се, то не имеешь права вообще работать, иначе можешь навредить. Поэтому я приезжаю из отделения и иду гулять, — рассказывает она. — Звоню подруге, и мы идём молча два часа через Нижний парк к реке. Она ничего не спрашивает, я ей что- то рассказываю, потом пьём чай с зефиром. Раз в неделю обяза- тельно куда-то уезжаю одна. Мне нужно время на восстановление. Если я этого не сделаю, то всю неделю не буду в состо- янии работать, отдавать, делиться настроением. Её поддерживает семья: муж, двое детей, родители. Папа мастерит из дерева поделки для занятий, мама вяжет игрушки. Арт-терапевтический проект Марии Волжиной полностью благотвори- тельный. В работу она вкладывает все деньги, заработанные на ма- стер-классах, которые ведёт в музее «Городская управа». Зимой Мария решилась попросить помощи у под- писчиков в соцсетях. На собранные небольшие средства закупила мате- риалы для занятий.