Липецкая газета. 2003 г. (г. Липецк)

сЛипецкой газеты» прекращая играть вальс или танго, они невозмутимо де­ лали свое дело. Одевались «духачи» «по моде»: брюки- дудочки (их , уверяли, напя ­ ливают с мылом), красные н о с ки и л а ки р о в ан ны е штиблеты... О! Эти штибле­ ты! Мы, пацаны, заворожен­ но следили за этими блестя­ щими лодочками, когда они отбивали такт , ныряя, точ­ но в волнах, сверху вниз: тара-ра-ра... А к а к эти пи ­ жоны курили во время пе­ рерывов! Им сторож даже приносил урну! А к а к они разговаривали, к а к прини ­ мали заказы ... С таким дос­ тоинством, с каким послы обмениваются верительны­ ми грамотами... Инструмен ­ ты в это время никто не ох ­ ранял (посмел бы кто при ­ тронуться!) — они лежали на стульях и пускали по сте­ нам зайчики ... И все-таки я уверен: он вернется к нам в провинцию к а к явление куль турной жизни , духовой оркестр. И в Доброе, и в Волово, и в Колыбелку. Он найдет нас, к а к затерявшаяся в дороге посылка из прошлого с по­ ж ел тевш им и лис точками письма, но все с теми же до­ рогими запахами... И снова будут сидеть на нагретых солнцем скамейках старики, а молодые — кружиться в вальсе... И присмиревшие тополя, и садовые дорожки, и небо с облаками... — весь мир будет кружиться вмес­ те с ними ... Александр КО С Я КИ Н . ЖИЗНЬ К А К О Н А ЕСТЬ Виктор ОСКОЛКОВ В Л А Д У С САМИМ С О Б О Й ... НАЗИДАНИЕ Свободными воспитывай детей, Своим страстям не делая уступку, Не раздави тончайшую скорлупку Чужих , едва намеченных, страстей. Великий грех — подавленная страсть. Она любого изнутри задушит. Не отрави отравой равнодушья, Росткам добра не дай в тени пропасть. НАСТЕНЬКА Солдатам-участникам и жертвам афганской и чеченской войн. А х , и красива ты, Настенька, Настенька — Анастасия, Ладненька да глазастенька, Звездочка в небе России! Смотрит на мир, удивляется, Папу обнявши за шею. Папа сидит, улыбается, Не налюбуется ею. И на отца, на счастливчика, Тут не один позавидовал. Жалко , что дочкина личика Сроду отец и не видывал... Впалым глазам не избавиться От смоляного тумана, В памяти вечно останется Злая ухмылка душмана. Водит по личику пальцами, Дочку обнявши за шею, Хвалит отец, не нахвалится, Не налюбуется ею... ПЕСНЯ Было, на улицу выйдешь — король: Светлая радость и кудри, к а к смоль. Нынче смолу пересыпала соль — Белые кудри и черная боль. * * * Да, я неправ, порою грязен, В делах — лентяй, а в мыслях — тать, В тяжелом гневе безобразен, Что грешен — мне ли отрицать. Но ты в сто раз меня грешнее С твоей брезгливой чистотой, С душой холодной фарисея И этой вечной правотой. ПОГОНЯ Кого же мне благодарить За щедрый дар такой, Что мне «позволили прожить В ладу с самим собой? Я никого не предавал, Ничьих не трогал душ И глубоко не уважал Подонков и чинуш. Поняв не сразу и не вдруг, Что я для них чужой, Они сбивались в тесный круг Враждебною толпой. Я дозревал день ото дня... И не могу понять, К а к прозевать могли меня, Прохлопать, проморгать. Но страх во мне гнездился все ж — У ж так воспитан был, — Порой предательская дрожь Мой охлаждала пыл. У ж кто-то мчался — чуял я — На взмыленном коне. Еще немного, и петля Сдавила б шею мне. Но он отстал, И , отдышась, Я вижу все ясней, Какая туча пронеслась Над головой моей. И этот подлый страх во мне Й оныне не изжит, часто слышу я во сне Тяжелый стук копыт... ВБОЛЬНИЦЕ Не светлы наши лица, Наши души темны, Мы не можем молиться И любви не верны. Мы беспечны и грубы, Мы качаем права, И цедят наши губы Несвятые слова. Этой жизни издержки, Дети смутной поры, Мы лишь жалкие пешки Чьей-то тайной игры. Мы еще куролесим, Еще жизни полны, Тихо нянечек бесим И не чуем вины. Но в разгаре беседы В полумраке густом Дрогнет голос соседа, Тихий вырвется стон. Лишь в итоговой смете, Перед тем, ка к уйдем, Мы меж жизнью и смертью Кое-что познаем. Нам ведь надо немного: Чтобы кто-то сейчас Перед Господом Богом Помолился за нас. СИРОТЫ По свету детей разбросала Россия — беспечная мать, И время сегодня настало И х всех под крыло собирать. Но матерь-Россия не внемлет. Детей бесприютных не счесть. Ложатся все новые в землю, За вестью — печальная весть. Хоронит, а после их славит, Грустя, что оборвана нить, И бюсты из бронзы им, ставит, Чтоб завтра опять не забыть. Но может ли мертвая бронза Ей душу и плоть заменить? Сын с матерью прожили розно — И некого вроде винить. Жалеет, что мало ласкала, Что мачехой сделалась им. Детей — свою гордость и славу — Хоронит по землям чужим ... ВОПРОС» на в мире, где ежедневно уни ­ жается именно титульная на­ ция, изгоняемая из целых ре­ гионов уже на собственной территории (по опыту изгна ­ ния русских из разных сол­ нечных советских респуб­ лик), где нарушаются права русского населения (изгнан ­ ного из той же Чечни задол­ го до первой чеченской вой­ ны, о чем сегодня политики не желают помнить). В стра­ не нет, по сути, националь­ ной «русской власти», нет на­ ционально ориентированной прессы и национально ориен­ тированного бизнеса (отдель­ ные исключения скорее под­ тверждают это невеселое пра­ вило), да и вообще много чего нет, что должно быть в нор­ мальном государстве. Рус ­ ские внутри России, как и за ее пределами, не могут, увы, повторить вслед за белой эмиграцией пронесенный че­ рез целое столетие ее девиз: «Рассеяны, но не расторгну­ ты». К сожалению (в том и со­ стоит огромная опасность для всего российского общества), русские везде сегодня и рас­ торгнуты, и рассеяны, и с учетом демографической ка ­ тастрофы и других факторов в стране (наркомания, интел­ лектуальная и физическая деградация населения, а так ­ же поистине девятый вал не­ легальной миграции) они ско­ ро могут исчезнуть ка к класс или превратиться в обслугу «пришельцев» вместе с дру­ гими коренными народами России. И когда именно так будет решен «русский воп­ рос* (к чему неуклонно и вполне откровенно толкают нас определенные силы, сбив­ шиеся в пятую колонну), это будет уж е другая страна, только с тем же названием. Если русские не защищены и унижены внутри собствен- стояла так близко от истори­ ческой пропасти и историчес­ кого небытия, никогда еще угроза исчезновения с кар ­ ты мира не была столь не­ отвратимой . Р азум еется , многие цинично считают, что можно в России прожить и без русских — октябрьская трагедия на Дубровке пока ­ зала, «кто в доме хозяин». Но вспомним опыт бывших республик, когда оттуда в целях «справедливого» деле­ ж а общенационального пи ­ рога (который десятилетия­ ми пекли и «оккупанты») и осуществления Большого Хапка изгонялись и были из­ гнаны русские и «русско ­ язычные* (немцы, армяне, евреи) и началась гражданс ­ кая война (Грузия, Таджики ­ стан), обрушилис! экономи­ ка , культура, образование (К азахстан , Азербайджан , Молдавия, Украина), нали­ чествовала и наличествует долгая затяжная подковер­ ная или явная война кланов (Казахстан , Азербайджан , Туркмения). Напомним так ­ же , что во время кровавых межнациональных конфлик­ тов люди в разных концах единого Отечества ждали , ка к спасителей, только «рус­ ских» (Карабах , Абхазия , Приднестровье, далее — вез­ де). Таким же защитным бу­ фером Россия была и для «неблагодарной», по словам Пуш кина , Европы. Разумеется, историчес ­ кая роль русских выходит далеко за рамки только меж ­ национального или межгосу­ дарственного «буфера», но и эта роль в такой стране, ка к Россия, очень важна для со­ хранения государства Рос­ сийского , защиты любого проживающего в ней наро­ да. Поэтому каждому из нас надо сознавать: участвуя (за энную сумму или по зову Да ведь на карту было по­ ставлено его имя. Сегодня Александр Иванович со сме­ хом вспоминает первый сбор. Это было что-то вроде кол ­ хозного собрания. К то -то пришел подшофе, кто -то просто на посиделки... «Да­ вайте сыграем «до*... Беспо­ лезно! Нот практически не знал никто. Дисциплины ни ­ какой. На дирижера смотре­ ли ка к на пустое место. Да ­ вал расписать партию к а ж ­ дому — валяли с ошибками. Некоторые не могли даже пе­ рерисовать нотный стан. А знаете, что бывает, когда вместо «до* труба выдает «си»? У каждого было зада­ ние на дом, к а к в школе. Проверял, ставил оценки . Наказывал и поощрял. Но, в общем, отрабатывал бюд­ жетные деньги. Инструменты собирали по сусекам. Часть принесли из дома. Потом уже за 60 тысяч купили новые. Хотя отечественные сильно усту- от нацпринадлежности: работает человек на Рос­ сию или против нее, Ро­ дина для него она или «эта страна», существу­ ющая для отхожего про­ мысла. Поскольку все маски сегодня сброшены за ненадобностью, опре­ делить «своих» и «чу ­ жих» очень легко, и в этом один из немногих плюсов нашего времени. ЦЕРКВУШКА Стоишь ты, ка к девушка тонкая. Тебя пощадили века. Паришь над окрестной сторонкою, К а к прежде, стройна и легка. Стоишь, ка к невеста в кокошнике, Нарядна, чиста и строга. Мерцаешь глазами-окошками И — чудится — ждешь жениха. Ты — образ любви неотвеченной, И тот, кто тебя сотворил, Наверно, прекрасную женщину Несмело и нежно любил. * * * Рабы своей значительности мнимой, Мы в молодости дерзости полны. Но жизнь течет, течет неуловимо, И дерзкие все реже снятся сны. Еще с улыбкой легкого презренья Взираем мы на суетность толпы, И нами свято правит убежденье, Что ближние никчемны и глупы. Но быт и нас съедает понемногу, Не в силах мы противиться судьбе, И продаемся мы то дьяволу, то Богу, Чтоб только сохранить себя в себе... * * * Вновь грызет меня тоска Железнодорожная... Да и виснут облака Над землей тревожные. Да и снег валит уже , Роща в саван рядится.. Смутно что-то на душе, Смутно и безрадостно. И ласкаю мысль одну: Брршу зиму вьюжную. Вот возьму да и махну Я в сторонку южную. Но пройдут дурные сны, Схлынет наваждение, И у милой стороны Я прошу прощения... ЗИМА Безмятежною притворялась, Тихой, ласковой, А сама Потихоньку копила ярость, Укрощала свой нрав зима. Но уже в середине марта, Предсказания все презрев, С разудалым, шальным азартом Излила запоздалый гнев. Оглушила и огорошила, Необузданна и смела, И , обрушив снежное крошево, Закружила и понесла! Снег колючий швыряла в лица, Тяж ким гулом врывалась в сны, Словно все не могла смириться С тем, что дни ее сочтены. души) в ежедневном униже ­ нии русских, в уничтожении целого народа и государства, каждый рубит сук, на кото­ ром сидит. И ждет его не только метафорическая исто­ рическая пропасть, а та са­ мая конкретная оркестровая яма, которую совсем недав­ но борцы за свободу в хоро­ шо упакованном камуфляже превратили в отхожее место. Значит, выбор все-таки есть — между человеческим ор­ кестром, состоящим из нор­ мальных людей, умеющих созидать, и тем, что из него сделают при любом удобном случае, если в обществе не будет консолидации ради спасения себя самого и госу­ дарства в целом. ниями о вечной дружбе на­ родов вне конкретной ситу­ ации , эти слова Гумилева будут полной неожиданнос­ тью, больше того — полити­ ческой крамолой! Ведь фра­ за советских функционеров — «Это все эмоции!» — уже 14 лет назад стала знаковым определением чего-то наше ­ го по сравнению с холодным разумом партийных гомун ­ кулов, среди людей никогда не живш их . Этот фальши­ вый постулат, высокомерно пренебрегающий человечес­ кой природой, и привел в результате к межэтническим войнам в бывшем СССР, ког ­ да давние конфликты благо­ душные вожди объясняли, в лучшем случае, «бытовым И здесь мы подходим к важнейшей сегодня пробле­ ме: когда проливается кровь, общество неизбежно делят (и оно, уже не размышляя, с го­ товностью делится, когда слишком остра боль) на «сво­ их * и «чужих * . И это деле­ ние неизбежно происходит вне логики, к которой апел­ лируют политики , партий ­ ные пропагандисты и идео­ логи толерантности, насту ­ пая на одни и те же грабли и отказываясь от честного раз­ говора с обществом. Работа­ ющие по советским трафаре­ там вхолостую, даже после кровавого опыта бывшего СССР не желают признавать очевидного: в часы потрясе­ ний реальный выбор проис­ ходит в тончайших глубинах человеческой души, на уров­ не генетической памяти и опыта предков. Не случайно величайший ученый Лев Гу ­ милев в своей последней книге «От Руси до России* говорил о почти генетичес­ кой предрасположенности одного народа к другому — и наоборот: «...мы почему-то никак не хотим признавать очевидного: основа этничес­ к и х отношений лежи т за пределами сферы сознания — она в эмоциях: симпати­ ях-антипатиях, любви-нена­ висти. И направление этих симпатий-антипатий вполне обусловлено для каждо го этноса. Оценивать данное яв­ ление можно ка к угодно, но от этого оно не станет менее реальным». «СВОИ» И «ЧУЖИЕ» Подозреваю , что для большинства сегодняшних идеологов, из самых благих побуждений руководствую­ щихся советскими заклина- национализмом* из-за тарел­ ки клубники и, опять же , «эмоциями». Мы уже тогда проиграли, а ложные посту­ латы о дружбе народов и тор­ жестве разума в разгар по­ громов обошлись при разва­ ле Союза в 600 тысяч чело­ веческих жизней! Надо при­ знать наконец эту реаль ­ ность: этнические симпатии- антипатии были и будут все­ гда, но они вовсе не исклю­ чаю т , а к а к раз требуют включения защитных меха­ низмов цивильных законов и правил, гласящих: свобо­ да одного не означает убий­ ства или унижения другого. Сегодня очень опасен сце­ нарий, апробированный при развале СССР, который ныне применяется и для развала России: он четко бьет на эмо­ ции, а мы опять «мажем» и бьем мимо, потому как счи­ таем, что на «эмоции»-де ре­ агировать неприлично, а упо­ вать надо опять на космичес­ кий разум и советскую ло­ гику . А включать надо все! Лозунги провокаторов вроде «Россия — для русских!», всяческие д в иж ени я и партии национал-патриотов, которые не прочь объеди­ ниться и погулять на деньги известных олигархов, но при этом объявляющие всенарод­ ную борьбу с «жидами», вся­ кие рассуждения о том, про­ тив кого (и только по этни­ ч еском у п р и з н а к у ) надо объединяться «своим», рос­ сийское общество должно от­ крыто и эмоционально об­ суждать, чтобы инстинктив ­ но (а не только с помощью доказательств) воспринимать этот хорошо оплаченный патриотизм ка к смертельную опасность для себя самого и для каждого человека в от­ дельности. Есть, в сущности, про ­ стой способ определить «сво­ их» и «чужих» независимо Сегодня нам для исто- вопрос». Наталья АЙРАПЕТОВА ( «Литературная з е т а » , 2 2 - 2 8 я н в а 2 0 0 3 г.) Писать — О, проще нет науки: С себя — живого — кожу снять, Чтоб мира запахи и звуки Саднящей плотью ощущать. А чтоб в твоем стихотворенье Заговорила боль сама — Достаточно самосожженья В жаровне сердца и ума. СТИХИ РОЖДАЮТСЯ ВОСНЕ Стихи рождаются во сне, Средь забытья или бездумия, К а к вызревает в тишине Безумье спящего Везувия. Еще спокойствие в душе, Примет не видно извержения, Но в недрах сумрачных уже Идет подспудное брожение. Неведомо о чем, о ком Речь зарождается бессвязная, И к горлу подступает ком, К а к лава к жерлу с пеной грязною. И дальних труб слышнее медь, И все в бездонный омут кануло... Теперь уже не уцелеть Дворцам Помпеи с Геркуланумом. СНОВАОДУШЕ Плоть — от земли, душа — от Бога. Не писан ей земной закон, Непредсказуема дорога, Неизмерим диапазон. Лишь ей дано, блуждая вчуже В воздушных замках, в синеве, Себя случайно обнаружить В глухом таежном зимовье. Из океанской бездны черной Ко льдам на высях горных — шасть! Так можно от болезни горной, От декомпрессии пропасть. Она вольна, и в том отрада — Твердят от века мудрецы. Да, но какие перепады, Какие дальние концы! И все ей мало, мало, мало... в жар , то в холод — вновь и вновь. Остановись! Я не устала. — Остерегись! — Не прекословь. Итог такой, что впору плакать. Добро бы камень иль чугун, — Неосязаемая мякоть, Хитросплетенья тонких струн... ЛЮБОВЬИСТРАСТЬ Страсть налетит, неутолима, Дров наломает сгоряча... Светла и вечно негасима Любви неяркая свеча. Страсть, посылая на закланье, Насытясь, тут же гасит в нас Губ неуемное желанье, Огонь полузакрытых глаз. Отбушевав, отступит пламя, — И тихо тлеет, чуть дыша, К а к вытоптанная табунами, Опустошенная душа. Но страсти разомлевший зверь, Проснувшись, вновь начнет охоту... Лишь ты, любовь, спасешь теперь, Так будь моим автопилотом! искусственно созданных и не­ законно узаконенных после преступления в Беловежской пуще (что особенно обостри­ ло ситуацию, когда эмигран­ тами в собственной стране в одночасье стали почти 20 миллионов этнических рус­ ских и россиян других наци­ ональностей). Не принято даже обсуждать различные аспекты этой больной пробле­ мы под тем предлогом, что в России проживают более 140 наций и народностей, словно это отменяет понятие о ти ­ тульной нации, составляю­ щей примерно 85 процентов населения и являющейся главным налогоплательщи­ ком в стране. Россия — па­ радокс! — единственная стра­ ной страны, если они чув ­ ствуют каждый день, что не они тут хозяева, ка к и все граждане России, то о какой защите прав соотечественни­ ков за рубежом (разумеется, не только русских) можно го­ ворить? О какой политике, о какой стратегии , о к а к и х приоритетах? Все лишено смысла, если «русский воп­ рос» не решается и замалчи­ вается внутри самой страны- «материка*. ПРОПАСТЬ В ОРКЕСТРОВОЙ ЯМЕ Никогда еще Россия не ОДНОЭ ТАЖ НАЯ РОССИЯ : пают зарубежным. Турецкий тамтам — вообще секрет фирмы. Немецкие... чешские трубы — от 12 тысяч рэ и до 100. Армстронг бы на нашей и «Чижика -пыжика* не сыг­ рал... Проблем всегда хватало. Один за другим умирали музыканты. Всех их хорони­ ли бесплатно. Тут — кодекс чести. Царствие им небес­ ное... Но в лучшие времена в коллективе до 35 музыкан ­ тов было. Мосолов не просто «сде­ лал» оркестр, он привил чле­ нам команды культуру обще­ ния, этикет, эстетику, теперь их уже нельзя представить без накрахмаленных ворот­ нич ко в и н а гл аж е н ны х брюк. Когда духовой идет по городу, на ходу играя марш, за ним следует толпа маль­ чиш ек . А это значит , что будущее у оркестра есть. Когда-то в Задонске было несколько оркестров. Духо ­ вой детского дома! Когда он выходил за ворота, посмот­ реть на него сбегалось пол­ города. Оркестр техникума! Культпросветучилища! Ово­ щ есуш ильно го завода! Ш кольны е ! И х отличали многие и отличало многое. У каждого была своя особин- ка. Но игра их не оставляла равнодушным ни старика, помнившего свои вечера в городском саду, ни пацана, у которого свои вечера были впереди. Музыка духовых в праздничные дни качала го ­ род на своих волнах, и к а ж ­ дый прохожий старался ша ­ гать ей в такт , а знающие — непременно левой под уханье барабана. Однажды ребята из детского дома выехали с шефским концертом (обыч­ ное было дело!) в Арх-Бор- ки . Добрались засветло. И вдарили посреди притихше ­ го села. Это было что-то! Тот эффект вспоминают здесь до сих пор. Я тоже помню эти вече­ ра. М узы кан ты сидели в «красном» углу зала, куда н и к то не смел заходить . Даже во время частых раз­ борок между парнями, не ОСТРОВА В ОКЕАНЕ рического выживания надо противостоять двум крайностям: с одной сто­ роны, зоологической ру­ софобии, узаконенной в большинстве средств мас­ совой информации поче­ му-то в виде пропаганды «европейских ценнос ­ тей», с другой — агрес­ сивной ксенофобии. Оба явления, между прочим, наблюдаются не только в России, но и в просвещен­ ной Европе, так что здесь мы отнюдь не впереди планеты всей. Эти тен ­ денции есть в любом со­ обществе, но нам они уг ­ рожают особенно, ибо мо­ гут разорвать страну из­ нутри. «Рассеяны, но не рас­ торгнуты» — этот девиз русской эмиграции, начи­ ная новый проект, мы на­ мерены адресовать сооте­ чественникам ближнего и дальнего зарубежья, дабы по мере сил способство­ вать воссоединению ра­ зорванных частей разде­ ленного русского народа: надо наконец способство­ вать тому, чтобы обе эти «части» стали говорить на одном языке с «мате­ риком» и понимать друг друга. • Мы намерены к об­ суждению обозначенных здесь тем вместе с широ­ ким кругом читателей привлечь известных уче­ ных, политологов, психо­ логов, экспертов в облас­ ти защиты прав наших соотечественников, где бы они ни жили. Мы мерены проанализиро ­ вать ряд проблем вместе с исследователями раз ­ ных волн русской эмиг­ рации, русской диаспоры в ближнем зарубежье и других диаспор. Мы на­ мерены обращаться к сви­ детельствам давней и не­ давней истории, ее траги­ ческим и светлым страни­ цам, дабы не быть ман ­ куртами. Мы, граждане России, живущие на ее территории, тоже ведь со­ отечественники, о чем на­ помнил нам президент Владимир Путин в часы московской трагедии. Од­ нако об этом нелишне по­ мнить и в обычные дни, если мы хотим действи­ тельно решить «русский