Ленинская искра. 1988 г. (г. Грязи)

Н. БЫСТРЫХ Заст онало дерево, упало. Человек безжалостно срубил.' Быстро красота его увяла, Жаль — птенцов никто не пошалил. И редеет лес. беднеют люди. Обнажилась древняя тропа. Страшно думать: что же дальше будет? Что постигнет лес через века? Был когда-то человек мудрее, Он природу сердцем пошмал. И к зверям, деревьям был добрее. Никого зазря не убивал. И деревья, звери все и птицы Нас, людей, способны понимйть. Доброта людская пригодится Научитесь боль воспринимать. О. КОРЖЕНКОВ Ты взгляни на белый свет — красота какая! Неживой природы нет. вся она живая. Присмотрись ты лучше к ней — не чужие все же. Жизнь ее до мелочей с нашей очень схожа. Всяких прелестей полна. Все в ней очень мяло. Беззащитна лишь она перед грубой силой. И давно пора понять, что идет откуда на Земле. Она нам —мать, а ие просто чудо. • • • Любое взять столетие, которое прошло — тебе на лихолетие. Россия-мать, везл'О. Да, этого хватало. Всегда вот так, е яитвой. Не много и не мало — беда шла за бедой. То .в злом огне горела, то грабила Орда, то голод, то холера, то смутные года... Другой бы вот -вакое — какой она б была? А ты — под стать герою — все вынести смогла. На все хватило силы — на труд и ратный бой, и нет подобной в мире еще страйы такой. Пусть пройдет печаль твоя, пусть тебя осудят... Все войдет в круги своя, все как надо будет. Оклевещут, оболгут те. что возносили. Лишь друзья не предадут- — если они были. Все дроЙдет. изменится. А все ли? Что-то и останется навей Потому и дорог мне до боля на планете нашей человек. Пусть же будет радостно иль горько, Только надо должное сказать! в нем еше загадочного столько, что и самому не разгадать. • • • Как землю-матушку . . мы губим! Ах, как относимся мы к ней.., За плугом нет уже грачей. Лишь на словах мы землю любим* Нетрудно сделать мертвым поле, о достижениях трубя, и стать—по собственной же воле —« врагами для самих себя. Валентин Скороходов Б, ЦВЕТАЕВ о поэма Именем героя комсомольца названо одно из отделений сов­ хоза «Липецкий», комсомоль­ ский парк и улица в городе Ли­ пецке. т+щ Низкир избушки над рекою, У плетней ПЦпарочке осин. «Вот оно какое. Боровское», — Про себя отметил Валентин. По душе пришлась ему Матыра В берегах, поросших ивняком. Небольшая чистая квартира, На реку глядящая окном. Тянет, тянет свежестью осенней С отдаленных скошенных лугов. Хорошо лежать на мягком сене Под навесом легких облаков. И приятно вспомнить, отдыхая. Липецк, педучилище, друзей... Цепко держит намять молодая Жизнь прошедших лет, Минувших дней. Где-то чьи-то скрипнули ворота. Прозвучало эхо за рекой. Солнце, Сняв с деревьев позолоту, Уходило мирно на покой. Поздних трав пушистые метелки Наклонились от обильных рос. И кружила новость на поселке: «Дед Матвей учителя привез!» Новый стол, доска, а рядом карта. Известью и глиной пахнет класс, Ребятишки с радостью за парты Сели в это утро' в первый рае. В школе интересно и занятно, Веселей, чем даже на реке. И слова учителя понятны, И крючки, что пишет на доске. И беседа в школе ребятишкам, Может быть, Запомнилась навек: Что такое в жизни значит Книжка И каким быть должен человек. За окном — Холодный дождь и ветер. Сумерки сгустились за окном. Парни и девчата в этот вечер Тоже собрались за букварем. Заглянул на ранний огонек Дед Матвей, услышав о ликбезе. Просит Валентина: — Будь любезен, Запиши Путилина, сьоток. Валентин сказал, узнав возницу: — Раздевайтесь, коль пришли Учиться. В уголке, у теплой русской печки, Дед облюбовал себе местечке. Книжку тонкую охотно взял — Он о школе с детских лет мечтал, Но судьба по-своему решила: В батраки его определила. Не приди в поселок • власть Советов — Не видать бы деду книжки згой. Резкий ветер, прилетевший С поля, Подхватил у школы желтый лист. За столом: Учитель-комсомолец Да крестьянин — Местный коммунист. Не случайно так серьезны оба: Речь ведут о жизни хлеборобов. Уходя, сказал товарищ Зуев: «Значит, порешили, брат, на том: Свой актив сперва1 организуем, А затем собранье проведем». ...Уж давно идет собранье В школе, От цигарок стал зеленым класс. — Мы объединяться Не позволим! — Прогремел недобро пьяный бас. — «Мы?» А кто такие «мьг», скажите? — Панкину бросает Валентин. — Мы. учитель, Значит, каждый житель, Весь поселок, Это ты — один. Валентина в хлесткой перепалке Поддержали дружно бедняки-: — Горлом не возьмешь Сегодня, Палкин, Ваше «мы» — не мы. А кулаки! Палкин слушал и ушам не верил. Закурил, трезвея, Хлопнул дверью. Вслед за ним, Как будто по сигналу. Встали и ушли его дружки. В душном классе сразу Тише стало: Мирно толковали мужики. Жгли махру, вздыхали и потели. Им, конечно. Палкин — не указ. Хвастать нечем, как Жйвут сейчас. Только лучше будет ли в артели? — Будет, братцы1 — Зуев произнес. Валентин добавил: — Верю в это! Хоть с трудом но к Позднему рассвету Народился в Боровском колхоз. Рыхлый снег. Тесовая ограда. Звякнула щеколда, как затвор. Активистов шумная бригада — Из калитки на широкий двор. Закружились испуганные галки, И кобель попятился, рыча. Из сеней выходит Хмурый Палкин. Полушубок дергает с плеча. И к пришедшим: — По какому делу? — В гости, — кто-то Вставил озорно. Валентин сказал спокойно, Смело: — Конфискуем сено н зерно! К сельсовету шли Подполы с хлебом, Следом с сеном двигался обоз. Над поселком прояснилось небо Да сильней закручивал мороз. В небе звезд холодных Многоточье, Спит под темным пологом ■село. Разбудил учителя средь ночи Стук тревожный в Мерзлое стекло. Чиркнув спичкой. Он быстрее в сени. Сзади — звон задетого ведра. — Что случилось? Женский голос: — Сено Увезли с колхозного двора. В сердце парня боль Вошла занозой, Б у д т о кто-то придавил виски. По дороге в воздухе морозном Он бежит, сжимая кулаки. Двор колхозный, Свежий след от стога Заметает снежная пыльца. В стойле гладкий круп Рукой потрогав, Оседлал, пришпорил жеребца. Жадно ловят чуткие березки Разговор в •проснувшемся селе На снегу —• две узкие полоски Еле обозначены во мгле. Вдруг на фоне елок и берез Что-то поднялось горою черной. Жеребец, ездой разгоряченный Сходу головою в тучный воз. И взревел от лютой злобы Палкин: — Что, подлец, решил Под 'корень нас!' — Багя. я его того... И в балку?— Сын шепнул. Услышал: — Не сейчас. Валентин, Противник всякой ссоры, . Отвечает строго, Как солдат: — Неуместны, Палкин, Разговоры, Слышишь? Поворачивай назад-' На морозе съежились осины; Далеко до вешнего тепла. Клавдий Зуев встретил Валентина: — Здравствуй, комсомол! Ну, как дела? — Знаете о краже сена? — Знаю. Будем охранять колхозный двор. Загляни ко мне на чашку чая. Кстати, есть с тобою разговор. Чай с заваркой, черные оладьи, Сахарку для гостя приберег. К Валентину стул придвинул Клавдий: — Так нельзя, товарищ педагог! В ночь глухую, наших Мест не зная, В одиночку, к черту на рота- Нет, поступок твой не одобряю: Жизнь твоя нам ,очень дорога! Валентин, Немало озабочен, В мыслях ие совсем согласен С ним: «В самом деле, почему бы ночью Не сказать товарищам своим? Жизнь? Остался жив-здоров. и сено Не увез настигнутый кулак!» В девятнадцать лет, Пожалуй, все мы Рассудили б, верно, Точно так. Нарезвившись в переулках лнхе. Улеглась холодная метель, Во дворе колхозном Утром тихим Собралась крестьянская артель. — Инвентарь готов! — Готова сбруя! — Все сошлись, проверив, на одном. Запрягли коней. — Товарищ Зуев, Все в порядке. Что ж начнем? — Начнем! — Воздух рубанул ребром Ладони — Сразу вожжи сделались туги: И пошли, пошли по снегу кони, Увлекая за собой плуги. Ие беда. Что только ради пробы К борозде ложилась борозда. Волновала сердце хлеборобов Близкая весенняя страда. Не сидится в школе Валентину— Дышит ветер новою весной! Валентин, себя не узнавая, Непокото несказанно рад: Бродит в парне сила молодая, Звонче голос и живее взгляд. И готов шутить он. непоседа: — Эй. Антон, а ну лови, Дружок! — И летит в товаротца-соседа Валентином брошенный снежок Серой шапки словно не бывало— Обнажилась друга голова. Юность, юность — Повести начало — У тебя на все свои права! Уж давно от Л инки почему-то Не приносит писем почтальон. Решено, что завтра' рано утром Валентин отправится в район. У плетней улегся теплый ветер, И куда на небо ни взгляни — Щедро рассыпает вешний вечер. Словно точки. Звездочки-огни. И бегут, бегут ручьи в ниэвны, В нерушимой тишине звеня. Дед Матвей чуть свет для Валентина Подготовил лучшего коня. — Полчаса — и будем На вокзале, — Обронил, садясь в телегу дед. И осинки, как друзья махали Ветками учителю во след. Вот и Липецк. Стук привычный в раму. В комнате зажегся огонек. Женщина с порога: — Валя! — Мама! — Наконец-то свиделись, ёыаок! Пряный запах чебреп-а и тмина Разливает чайник по избе. Мать глядит с надеждою На сына, Говорит о доме, о себе. Дескать, печь дымит и Ветхи рамы, В крышу льют весенние дожди. — Все заменим, Все наладим, мама. Только ты немножко подожди. ...Вьется к роще мокрая Тропинка, Крепнет шум грачиный вдалеке. Снова вместе "Валентин и Линка, Рядышком идут — рука в руке. И летит навстречу вешний ветер, Резвый, беспокойный, им сродни. Кажется, что нет сейчас на свете Никого счастливей, чем они. Полдень. Солнце, Под ногами сыро, И ручьями полнятся лога, И волною мутною Матыра Рушит, подмывая, берега. Валентин идет, шагает споро (Узелок с гостинцем за спиной). Мысли пария то стремятся В город, То в поселок с шумной детворой Видит: Мать живет под новой крышей. Сшила Линка свадебный наряд. В новой школе учит о н ребят, Дед Матвей читает, Бойко пишет... Подождите, птицы, не звените. Задержись на миг, ручей, Не пой! Не услышал молодой учитель Тихий хруст и шорох за спиной. Продолжал идти легко и быстро (Не мешал заплечный узелок). Вдруг сухой щелчок — И грянул выстрел, Сбивший Валентина С крепких ног. Кошкою к нему — Ровесник Палкин- — Не подох, комсорг. Еще живешь? Подыши — Мне воздуха не жалко, — И, скривившись. Торнул в сердце нож. Сникло солнце. Замолчали птицы, Лес притих, И ветер сбавил бег. Валентин лежит. Сомкнув ресницы, Обагрив горячей кровью снег. С той поры прошло немало весен Отшумев в реке большой водой Здесь, в лесу, Среди берез и сосен. — Бугорок, поросший муравой. ■Здесь цветет неброско резеда И звучат над ней призывно Горны. ...Синеглазый, Гусый. Непокорный, Ты таким остался навсегда! Ю.КУРОВА РЫЖЕУСОЕ солнце осветило вершины. И ложится дорога под прострелянный скат. По земле по афганской, сквозь разрывы и мины едет парень геройский, едет русский солдат. Эх, дорога, дорога, без конца и начала! Дотянись ты до дома, до нрасавнц-берез... Чтобы мама встречала у родного порога, и чтоб не было больше ни разлуки, ни слез. * * • ВОТ и снова ветер листья кружит. Стелет под ноги пестреющим ковром. Пусть гуляет в переулках стужа, ей сердец своих не отопрем. Мы с друзьями ■соберемся вместе, у камина тихо посидим. И споем о красном лете песню — ведь в душе мы не простились е ним. * * * ЗЕМЛЯ родная! Где брала ты силы в те давние, жестокие года? Какому богу ты молилась, чтоб он тебе терпенье дал? Восстать из пепла, победить и выжить, и снова расцвести, как сад весной... И чтоб могли мы на рассвете слышать Курантов бой над нашею страной. Тебя терзали люди, словно звери, верша свои кровавые дела, И даже трудно нам сейчас поверить, что тоже где-то мать их родила. Но ты сильна, гуманна, терпелива, добра' к тому, кто без меча пришел..* Так будь же вечно ты, Земля, счастливой. ТогДа и людям будет хорошо. • * * НАШ милый горой — шумный, многолюдный, гы людям дорог в праздники и в будни. По улицам твоим с утра до ночи спешит, бурлит людское многоточье. Печален ты — грустим с тобою вместе. В дни радости — струной звенишь от песен, И как же нам тобою не гордиться? Здесь довелось нам жить и здесь трудиться. Мы ж е —твои родные дети. Ты, Грязи, лучше всех- .на свете, « • » Знать бы мне, где оно. Мое счастье скрывается. Может ищет давно, По дорогам скитается. Может рядом совсем Оно где-то таится. Улыбается всем, А меня сторонится. Целый свет обойду По дорогам и кручам) Свое счастье найду В этой жизни кипучей.