Памятная Книжка Воронежской губернии 1904 г.

Памятная Книжка Воронежской губернии 1904 г.

156 — и быстро развивалась и крѣпла страшная болѣзнь—наслѣдство отъ отца А по виду онъ былъ здоровый, красивый мужчина, съ крѣпкими развитыми мускулами, ни разу не болѣвшій физически’ »Вскорѣ послѣ того"—говоритъ въ своихъ запискахъ Эд. Густ. Бао, супруга А. К.,-—„какъ онъ сталъ помѣщать свои работы въ журн. „Вопросы философіи и психологіи", я стала замѣчать въ немъ первые признаки переутомленія: онъ сталъ раздражаться, скоро утомляться за работой, по временамъ становился нѣсколько угрюмымъ, неразговорчивымъ, подозрительнымъ. Я посовѣтовала ему отдохнуть, бросить напряженный трудъ и обратиться къ ка­ кому-нибудь хорошему врачу. Сначала онъ долго отнѣкивался, говоря, что „это все пустяки", что онъ „только немного усталъ", но потомъ послушался моего совѣта и обратился къ доктору по внутреннимъ болѣзнямъ, нашедшему у него нѣкоторое разстрой­ ство печени и сердца и посовѣтовавшему ему, главнымъ образомъ, хорошенько отдохнуть; такъ какъ подходило лѣтнее время, то мужъ взялъ отпускъ и два мѣсяца провелъ съ нами на дачѣ въ Новосаратовской колоніи, дѣйствительно бросивъ всякія серьез­ ныя занятія и дозволивъ себѣ лишь легкое чтеніе, пользуясь журналами, взятыми изъ библіотеки главнаго штаба. Онъ много гулялъ и видимо окрѣпъ и повеселѣлъ на чистомъ воздухѣ за эти два мѣсяца, такъ что совершенно бодрый и здоровый вер­ нулся къ отправленію служебныхъ обязанностей... Но за зиму онъ снова потерялъ здоровье, попрежнему отдавшись усиленному умственному труду, и къ веснѣ заболѣлъ своимъ недугомж—то­ ской, принявшей такіе размѣры, что онъ самъ уже понялъ, на­ сколько дѣло плохо: онъ бросилъ всякія занятія, опять взялъ отпускъ на мѣсяцъ и безвыѣздно жилъ на дачѣ. Но голова его была уже утомлена.. Онъ невыразимо мучился самыми мрачными представленіями и на него вчужѣ жаль было смотрѣть, а что мы съ нимъ тогда пережили и перестрадали—словами не выразить".... Тутъ одналіды, потерявъ всякое самообладаніе, всякую волю надъ своимъ разсудкомъ, А. К. Бао сдѣлалъ попытку на самоубійство. Она не удалась. На крикъ маленькой дочки, звавшей и молившей о помощи на улицѣ, прибѣжалъ случайно проходившій мимо воен­ ный врачъ; онъ и оказалъ А. К. первую помощь. Затѣмъ пріѣ­ халъ и постоянно жившій въ колоніи докторъ P. Р. Бетлингкъ. Подъ его бдительный надзоръ и поступилъ больной, жизнь кото­ раго была на волоскѣ. На утро третьяго дня онъ пришелъ въ себя, заговорилъ, былъ несказанно радъ своему спасенію и со слезами благодарилъ доктора и ухаживавшихъ за нимъ. Слѣдовъ душевной болѣзни почти и не было видно. „Когда мужу стало настолько лучше,—продолжаетъ въ своихъ запискахъ Э. Г. Бао,— что онъ могъ ѣхать на пароходѣ (Новосаратовская колонія на-

RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz