Золотой ключик (г. Липецк), 2018 г.

…Э тот немец погиб не в бою. Его убила женщина ростом немногом выше тол - стовского Филипка. Заколола вилами и сама при этом осталась невредимой. …Оккупированное село, в котором фашисты награбили всё, что смогли, – от еды до одежды. Холодно. Русский мороз и своих-то не балует, а чужаков и вовсе не любит. Поэтому отобрали немцы у женщин даже лапти – разжигали ими костры. У Прасковьи Федотовой, как и у других, вы - несли все матрасы, подушки, одеяла. Вытащи - ли из плетёной полуразвалившейся колыбельки мягкое овечье покрывальце, что ещё в добрую пору служило старшим детям Прасковьи, а те - перь согревало маленького сына. Мальчик родился первой военной зимой. Это был поздний ребёнок Прасковьи, тре - тий. Она любила всех своих де - тей, но этого – особенно. Мечта - лось матери, что теперь-то, ког - да сама набра - лась житейско - го ума-разума, вырастит сына счастливым. Да - же игрушки ему мастерила, ещё не родивше - муся. Выре - зала из дере - вяшек лодочки и разные фи - Мы уже не раз рассказывали читателям о лип - чанине, фронтовом корреспонденте и фотографе, авторе пятитомного труда «Великая Отечествен - ная война в фотографиях и документах» Иване Алек - сандровиче Нарциссове . Этот талантливый и мужественный человек прошёл всю Великую Отечественную войну, расписался на здании Рейхстага. Оставил огромный архив бесценных военных фо - тографий, заметок и книгу воспоминаний «В объективе – война». В дневниковых записях Ивана Александровича есть удивитель - ные истории о героях некоторых снимков. В основном, написаны они очень скупо, только факты – видимо, Нарциссов писал второпях, бо - ясь что-то забыть и упустить. Но факты, описанные им, – потря - сающие. Прочитайте две истории, дорогие ребята. гурки. А уж в этом деле Прасковья толк пони - мала: отец её был искусным резчиком. Готовилась женщина встречать счастье, уже и дверь открыла. А в дом вошло горе. Огромное – на всю страну – а поместилось и в маленькой хате. В первые дни войны ушли на фронт муж Прасковьи и старший сын. На мужа похоронка пришла в конце лета. А осенью того же года се - ло заняли немцы (речь – о Тверской области). Сначала отобрали только продукты. Праско - вья с дочерью потихоньку перетаскали свои не - большие запасы картошки и свёклы в яму за ого - родом, присыпали землёй. Очень вовремя это сделали: перестреляв кур и уток, фашисты при - казали принести «русский картошка». Женщи - на открыла погреб и показала, что он пустой. Поверили. Дело катилось к зиме, и захватчики отобра - ли тёплые вещи. У Прасковьи и дочери остался только соломенный матрас – он был уже очень старый и неприглядный. И ещё – то самое оде - ялко. Малыш ещё не родился, а потому не ведал своего полусиротства и потерь, голода и страха. Но даже последнюю его вещичку надо было пря - тать от врагов. В один из дней пришла в голову дочери Пра - сковьи такая мысль: за селом находилось горо - ховое поле. Может, ещё что-то осталось с осе - ни? И девочка потихоньку от матери отправи - лась туда. Знала, что Прасковья не пустит, ведь за село фашисты запрещали выходить под стра - хом смерти. Да видно, очень хотелось доченьке порадовать маму. Ребёнок есть ребёнок! Она по - дорвалась на мине… Иван Александрович. Я з н а ю ,