Знамя Октября. 1980 г. (с. Доброе)

27 ноября 1980 года- 13НЛМЯ ОКТЯБРЯ^ 3 стр- 4 ■ч 2 8 ж о м 8 р л — 1 0 0 л е т с о д ж ж р о ж е д е ж ж ж Л . Л . Б л о х а ВЕЛИКИЙ русский поэт Алек­ сандр Александрович Блок (1880— 1921 г.г.) прошел недолгий, но очень сложный и напряженный творческий путь, заполненный большими историческими собы­ тиями. «Я много пережил лично и был участником нескольких, бы­ стро сменивших друг друга, эпох русской жизни», — писал он. В своем творчестве Блок отра­ зил существенные черты этой бурной, переломной эпохи, и от­ блеск русской революции лежит на его стихах и поэмах. Блок на­ чал писать в конце 90-х годов и окончательно сложился как поэт в начале XX века. Большую роль в формировании общественных взглядов писателя сыграла революция 1905 года. Полного расцвета и наиболее широкого размаха творчество его достигло в годы реакции и ново­ го подъема освободительной борьбы. Тема России — центральная те­ ма всего зрелого творчества Бло­ ка. Неизменно связывая эту тему с вопросом о положении и судь- бе народа, он вдохновенно разра­ батывал ее и в лирике (начиная с цикла «На поле Куликовом» вплоть до стихотворения «Ски­ фы», и в эпосе («Возмездие»), и в драме («Песня Судьбы»), и в пуб­ лицистике. Образ Родины в поэзии Блока с течением времени все больше наполнялся конкретным общест­ венно-политическим содержа­ нием. Октябрьская революция выз­ вала у поэта новый творческий подъем, В январе 1918 года он создал поэтический шедевр — всемирно прославленную поэму «Двенадцать», которая навсегда осталась в художественной исто­ рии человечества величайшим памятником Октябрьской эпохи. Громадная притягательная си­ ла блоковского стиха, могучая внутренняя энергия его ритмов проверены временем. По силе дарования, страстности отстаива­ ния своих воззрений и позиций, по глубине проникновения в жизнь, стремлению ответить на самые большие и насущные воп­ росы современности, по значи­ тельности новаторских открытий, ставших неоценимым достоянием русской поэзии. Блок является одним из тех деятелей нашего ис- ||ксства, которые составляют его "■"Сэдость и славу. С Т Р Л Н И Щ ЧЕСТНОСТЬ Т А Л А Н Т А Р а с с к а з ы в а ю т , что на одном из литературных вечеров, когда Блок читал свои стихи, в паузе между двумя произведениями из переполненного зала разделся го­ лос: —О России, прочитайте о Рос­ сии!.. Поэт растерянно улыбнулся и внятно произнес: —Все это— о России... Поднялся шквал аплодисментов: для большинства слушателей Блок и был певцом родной земли , ее судьбы. Это он сказал: «Русь моя, жизнь моя...» Будущий поэт родился и вос­ питывался в профессорско-дво­ рянской семье, заботливо обере гаемый от «грубой жизни». Пи­ сать стихи начал рано, но всерьез ими занялся в восемнадцатилет­ нем возрасте. Вскоре обстоятель­ ства сложились так, что он сбли­ зился с группой литераторов- симаолистов во главе с Андреем Белым (впоследствии — совет­ ский писатель). Блоку поначалу казалось, что именно чере з символизм и лежит его путь к поэтическому позна­ нию «тайн» мира. Это увлечение постепенно прошло; сама реаль­ ная действительность тогдашней России все больше и больше захватывала поэта своими печаля­ ми и радостями, любовью и не­ навистью, борьбой добра и зла. Уже первый сборник Блока «Стихи о Прекрасной Даме» (1905) нес в себе ощущение бес­ покойства и тревоги, идущих ча­ ще всего не от умозрительных представлений, а от противоречий жизни. Блок говорит: человек не может быть счастлив вне счастья роди­ ны. даже в любви не дано ему найти радость и вдохновение, когда вокруг него несправедли­ вость и страдание. Великий художник не мог не чувствовать подспудного накопле­ ния новых сил, способных разру­ шить «страшный мир» и вдохнуть жизнь в уставшее «земное с е рд ­ це» «...Растет передо мной понятие «гражданин», — говорится в его письме 1908 года, — и я начинаю понимать, как освободительно и целебно это понятие, когда начи­ наешь открывать его в собствен­ ной душе». Думы Блока — о судьбе роди­ ны. Ими пронизаны и стихи, и пьесы, и дневниковые заметки, и письма. Из циклов тех лет самый знаменитый — «На поле Кулико­ вом». Здесь слились в едином ду шевном потоке ощущения прош­ лого. настоящего, будущего Рос­ сии и чувство неотторжимой со­ причастности поэта к движению истор>1И, к радостям и горестям земли отчей. Как очистительную грозу, встре­ тил Блок Великую Октябрьскую социалистическую революцию. Вместе с Маяковским и другими участниками совещания деятелей литературы и искусства в Смоль­ ном он заявляет о своей готов­ ности сотрудничать с Советской властью. Он показывал пример добросовестного отношения к делу, к любой возложенной на него обязанности. Захваченный крушением ста­ рого мира, вслушиваясь в гул ш ш восставших народных масс, Блок создает свою знаменитую поэму «Двенадцать». В ней поэт вопло­ тил величественную музыку, ко­ торой гремел тогда «разорван ный ветром воздух»; Революционный держите шаг! Неугомонный не дремлет враг) Сразу же после публикации поэма приобрела широчайшую из вестность. Ее читали со сцены листовки с текстом поэмы тайно распространялись в тылах белых армий. Александр Блок умер в 1921 году. На смерть художника от кликнулись многие почитатели его необыкновенно яркого дерева ния. Владимир Маяковский писал «Творчество Александра Блока целая поэтическая эпоха... Блок оказал огромное влияние на всю современную поэзию» С. К О Ш Е Ч К И Н , кандидат филологических наук. «...ВСЕМ сердцем, всем созна­ нием слушайте Революцию», — эти слова А, А. Блока поставлены эпиграфом к плану массовой ра­ боты, которая проводится к сто­ летию со дня рождения поэта в Добровской центральной библио­ теке. Подготовлены беседы, обзоры о жизни и творчестве человека, отдавшего свой талант Револю­ ции. Дневники поэта, воспомина- НАКАНУНЕ ЮБИЛЕЯ ния, литературоведческие мате­ риалы— весь этот материал лег в основу бесед и обзоров. На абоненте оформлена книж­ ная выставка. Представлены здесь произведения Блока, сборник вос­ поминаний современников из се­ рии «Литературные мемуары». литературоведческие статьи, де­ сятый номер журнала «Звезда», посвященный юбилею. Выставка вызывает живой интерес у всех посетителей библиотеки. О. МИХАЛЕВА, заведующая читальным залом. ПОЧЕМУ-ТО песня вспоминает­ ся: «Нз колодца вода льется, во­ да — чистый леденец...» И ассоцм- тируется она со старым «Журав­ лем», что стоял одиноко в пашем огороде. С ним у меня было свя­ зано многое. ...Первый осенний морозец. Землю подковало, снежок выпал. Старший брат по воду пошел. Не за водой. — так у нас не говори­ ли, поясняя, что за водой можно далеко уйти н не вернуться. — а именно по воду. Позвал Петру- ха меня; —Я что-то покажу. Вот у оче- па видишь железку. Она из кон­ ских удил. Всегда лошади грызут ее п знаешь почему? —Наверно, она сладкая. — от­ вечаю нерешительно я. —Правду говоришь. Вот умни­ ца. Попробуй лизни. Такую шутку, пожалуй, многие на себе испытали. Кусочек кожи языка останется на похолодавшем железе и долго помнишь первую злую боль. Зачем взрослые так делают? Ш это первое знакомство с ко- хотя и осталось в памя­ ти, но теперь, спустя многие де­ сятилетия, оно навевает лишь грусть безо всякой досады. Было много других встреч, неожидан­ ных и радостных. Колодец выкопан в огороде, но грядки из него не поливали. Мать поясняла: —Студена вода в нем. Огурцы плохо расти будут. Брали колодезную воду на чан, да в лагункн, когда на покос со­ бирались. И калитка в огород ча­ ще была закрыта, хотя соседи со всего околотка к нашему колодцу тропинку по переулкам протопта­ ли. Они тоже наберут ведерко— два в особых случаях, когда на­ пример, гости приедут, а в ос­ тальное время ходили на речку, где у каждой хозяйки было свое облюбованное место вал, пробовал. Ну как из Мохо­ вого болота. Петруха и скучает, на родину его тянет. Зимы в военную трудную пору выдались морозными, вьюжными. Прорубей на речке некому было долбить. И вся округа соседская стала ходить за водой к нашему колодцу. Напрасно мать сомнева­ лась, что родник в колодце иссяк- Г ЗЫРЯНОВ РАССКАЗ Нарушал этот строгий порядок Петруха. Вычитал он из газет о пользе закаливания, и каждое ут­ ро обливался у колодезного сруба ледяной водой. Мы. младшие, виз­ жали от восторга, когда брат брызгал на нас, приговаривая; —Растите крепкими, будьте здоровыми. Сам он вскоре ушел служить в армию. Сначала письма шли с Дальнего Востока, потом с фин­ ской границы, а в сорок первом с Северо-Западного фронта. И всегда Петруха спрашивал о ко­ лодце, вроде был он ему кровным приятелем. Сосед, дед Егор, служивший еще в японскую кампанию, пояс­ нял это так; —Лучше нашей водицы нету нигде. У китайцев она мутна, под Старой Руссой — ржавчиной от­ дает. Сам в германскую там бы- нет. Утрами и вечерами, не пере­ ставая, скрипел старый «Жура­ вль». кланялся в темную глуби­ ну обледенелого сруба. Мать оправдывала себя: —Теперь все только на чае си­ дят. На стирку бы брали, да сти- рать-то нечего. Сама же она полоскала белье в единственной проруби, где поили колхозных лошадей. Пришла она как-то домой с речки иззябшая, в покрасневших руках дрожит не солдатский тре­ угольник — почтовый дсазенный конверт. Мы. было, бросились к ней, но она упала на лавку и за­ рыдала. —Похоронка это, — прослезил­ ся дед Егор, мастеривший нам у жарко пылавшей железной печки самодельные коньки. В этот .момент мне стало еще больнее, чем тогда, когда Петруха наш знакомил меня с колодцем. Думалось. братану и не такую боль пришлось принять, самую тя. желую. смертную. ...После войны наше село на новое место переезжало. Низину у речки должно было затопить мо­ ре — водохранилище гидростан­ ции. Мать заранее облюбовала участок, где мы поставим дом и и очень плакалась, что не может взять с собой наш’ старый коло­ дец. Печальны были ее глаза, ког­ да приезжие мужики, нанявшиеся переставить дом и надворные по­ стройки, стали засыпать колодец. Велено было на старой усадьбе все заровнять, чтобы в будущем дно водохранилища стало чистым, —Ровно покойника закапывают, —заметил дед Егор, все еще бод­ рый и подвижный в свои восемь­ десят с лишним лет. Потом он многозначительно добавил: —Море будет у нас, а ему без речек и родников не жить. Вот и пробьется ключ из старого колод­ ца, силу свою возьмет. Па новой усадьбе мы тоже вы­ копали колодец. Не очень глубо­ кий, но вода оказалась студеной и чистой. Мать опять хвалилась со­ седям: —На чай гожа. Позднее к колодцу мы постави­ ли электрический насос. Надо во­ ды — включи кнопку и зажурчит в трубе холодная струя. ...Колодец. Много пережито с ним, но и дальше он будет всегда с нами. Л о э т ж ч е с х а ж р у б р ж к а Ю. НИКОЛАЕВА ВЕЧЕРОМ Шум дождя За незашторенным окном. Мгла сиреневая Тихо входит в дом. А трава — Она все зелена, Будто вновь Весенняя она. Лишь кусты сирени Грустные стоят: Листопад, Прошел над ними листопад. Не включаю света В комнате моей. Трону клавиши — Игра быстрей, быстрей. Это Лист — И словно сотни солнц кругом! ...Шум дождя За незашторенным окном. ВСТРЕЧИ Цветами, травами Отбушевало лето. Встречаться радостно Мне и с ноябрьским лесом. Брожу без устали. Все устлано листвою. Немножко грустные — Березы здесь со мною. Я с ними ласкова — Мне их легко утешить. Зеленолапые — Лишь ели безмятежны. Пресветлым праздником Сюда ты, солнце лейся! Встречаться радостно Мне и с ноябрьским лесом. В. АЛЕКСАНДРОВ ПАМЯТНОЕ я грущу по росам, по родным березам', что оставил вдалеке. И о том, что бросил, В эту неба просинь, что брожу сегодня налегке. Я грущу по звездам, но уж знаю — поздно. Первый лед на реке. Сковал он наши грезы, побелил березы, и родные кудри на виске. А. БУГАКОВ С ЛЕСОМ ГОВОРЮ Свет раздался, И зрение застит. Словно в осени, ветви тихи. Я читаю открытому настежь, В глубь манящему лесу стихи. Я замолк. Будто что-то припомнив. Лес заду.ччиво в небо глядит. На обрывистом склоне щнповник Продолжает, — алеет, горит. Обжигаясь о ягоды, синий Опускается ветер к реке... Торопливо лопочет осинник На веселом своем языке, с. Горицы,