Знамя Октября. 1980 г. (с. Доброе)

23 августа 1980 года •ЗНАМЯ ОКТЯБРЯ^ 3 стр- с т р д н и ю : Сет одж л ш ежоляж ет см 1 0 0 лет с о дж ж р ож д еш иж Л , С . СОЛНЦЕ бросило на з?млю думали Соловьевы, Больше всех сноп горячих лучей. И сразу сад жяя/.и жатву Миша — он только ожил, загомонил птичьими голо чго курсы механизаторов закон сами, засверкал каплями нед<-вне- чил — и Сте. 1 а, студент будущий го дождя. агроном. Бабушка Настя вышла на Как то вечером Настя прибежа крыльцо и смотрит, как блестят ла домой; яблоки в темной листве и вспы —Завтра в район поедем на хивают на солнце ягоды черпму сг е.<-,вк'.ь. И вы, мама с папой, хи. И Танюшка тоже смотрит на смотр'-|Тв , чтобы не раздумали в этот удивительный, живой мир. последний момент. Колхоз дает Откуда сад взялся? — спраши- по.ивсды. вает она. —Сажали его. — Кто? —Известно, кто. Люди, —Как их фамилия? Бабушка отчего'то вздыхает и негромко говорит: —Соловьевы. ...Была так?я семья — Соловь евыу. Отец — на все руки мас­ тер. Мать — хозяйка примерная Тихий дождь прошел к полуд ню в воскресенье, пыль прибил. Солнце не печет, а будто тихой ласковой рукой гладит. Сад в ди‘ невинной радуге. И на сердце у всех такая радость. Идут все Соловьевы к праеге нию. Издали Колька смотрит на нее, Настю, подходит. Но кто это бежит, что есть мочи? Кричит — не разобрать. и собой пригожая. Дети в ни с Увидел их, завернул к ним. Вась пошли. Три сына — рослые, лад ------ Р А Г Г К А . З - Са д ныв. Стела догонять их млад шая, Настенька. Выросла у нее коса русая до пояса. Принесла как-то ветку черемухи и, застес­ нявшись, шепнула матери: «Это мне Колька подарил». Цветы поставили в банку с во дой, и в доме будто посветле — ------------ ло. Степа начал мечтать: " —Эх, росла бы у нас черему запаленный, черный. Мишин това­ рищ, Иван! —Миша..., — отдышаться не может. — Война. Минута прошла, но все так из­ менилось, что, кажется, не было степеню тихой радости, А солнце по прежнему ласкает, нежит. Что —Соловьи бы тогда у нас по селились, — подхватил Миша и многозначительно добавил. — то фамилию какую носим.,. Старший, Семен, произнес: —Груши и яблони посадить бы, см/ до той беды, которая, как да малину, да вишню. Хоть полы черный вихрь, залетела к ним в за; есть. сад? —А где сажать то? И покатили подводы в район. —Да на пустыре, за сараями. То.чько не нарядные семьи в них. Только там целина, не поддаст- а отцы, сыновья, братья. В воен- ся земля. —А рук то у нас сколько! Осенью пустыря не узнагь с-'апо. Степа принес из лесу ма­ ленькие саженцы черемухи и садкл их с северной стороны. С это'-о сцд и начался. Яблони ст комат. Миша с Иваном — тоже на этих подводах. Вечером при­ ехали с повестками. Завтра к се ми в военкомат, — всем кроме отца и Степы, которому семнад­ цать только минуло. Всю ночь мать с Настей, да жал Семен, вишни — Миша, гру- Любой вещи собирали, пекли шу — Степа. Отец — два куста пышки, сало резали. И плакала малины. Насте не досталось. Л мать украдкой, В шесть сели через несколько дней Степ > завтракать. прибежал из сада. —Ай, мать, хороши пышки, — —Какие то прутья натыканы по похвалил Семен. — Только соло­ веем четырем углам, да еще к ны больно. Ну, ничего, и такие колзям привязаны. сгодятся. Дорога не близкая. О-ец объяснил, что это ряби А перед дорогой, как водится, на. Принес Колька, тот самый, что присесть надо. И пошли они в черемуху Насте подарил. И са сад. Окропленный росой, он ды- жали они с нею вместе, а отец шал, говорил, улыбался, прини" помог немного. мал их тайны и дарил свои. Пошел третий год саду. Семен Соловей тогда уже не пел, забо- осснью женился и в честь Лю- тился о птенцах, укрывал их в бы посадил березку. Маленькое гнезде. деревце было, едва до плеча Мать с отцом сели на скамью, доставал'о. Шла она под вечер с возле них — Люба, дав место водой по первому снегу и обя Семену. Настя примостилась затегаьно заходила в сад. А тут сбоку. А Мише и Степе места не над белым снегом, на синем не" хвглило. Они остались стоять, сказала бе горели бусы Настиных ряби нок. И щеки Настины горели, когда она встречалась с Любой, —ждала кого-то. —Рябина моя. — говорил ей Колька. — Посмотри, какая кра сота вокруг. —Выучусь на садовода, еще красивее посажу. —Вместе будем сажать. А между тем весна подходила. В колхоз прислали письмо, что Семен Иванович Соловьев на- —Сядьте, — строго .мать. — Так полагается. И они присели прямо на рос­ ную траву. Настя все пыталась подвинуться, чтобы хоть Мишу посадить, и тут увидела кустик (едой полыни, которая неизвест­ но зачем выросла у скамьи. Сорвала ее и сразу ощутила горький, тревожный запах. __Ну, вот, — сказал отец. Чзсто сидели мы так в спокой нов время. А теперь дорога превляется на сельскохозяйствен п|>едстоит. Ты, Сеня, верно ска- ную выставку в Москву. За вы" не близкая. И трудная. Но сокий урожай, за большой хлеб. ни случилось, мы ждем —Москву увидишь, — радова ^ес домой. А лучше бы ничего не лдсь Люба. — Счастливый ты. ст>^чилось и воротились бы Цв А над ними готовились рас- и невредимыми, крыть свои клювики бело розовые последние минуты, когда бутоны яблони, и земля под но" были вот так все вместе. И гами была вся устлана белым вобрал в себя глазами, черемуховым цветом. дыхвкьем. всем своим существом Сразу обильно — в один день зд^,еный сад и всех их. Чтобы не — зацвели яблони, груши, потом рд-лучаться. вишни. Прилетел соловей и стал гетъ вечерами. . -Увидел все-таки Семен Моек Цвел сад, и хлеб поднимался ву. В колючем ноябрьском сне спорый, наливаится силой, и ста гу, продутую ветром до °вноЬ^ рики говорили: «Могучий уро' Потом были б<зи « п^ сем из дому не было. Зима сме Всей семьей убирать будем, нилась весной. Попадались на их пути сады — не белые лепестки осыпали они, а черный пепел «А как же наш сад? — думал он.— Кск Люба?» Люба родила еще в августе. «Давайте Сенюшкой назовем»,— предложила тогда Настя.. Нет — почти закричала Люба. — Не на­ до! Зачем второй, когда один есть уже? Назвали Колькой, в честь На сгиного жениха. Его-то у них по ка не было в семье. Только пись­ ма слал ей. Потом наступила весна, и соло вей прилетел, пел долгими вече рами. Но плотно закрывала- мать окно, а отец уходил дымить ци­ гаркой в сени и долго думал свою, понятную лишь отцам ду­ му. Люба, покормив малого Кольку, рано ложилась спаггь, и никто не знал, что не спит она все ночи. Много—много раз прилетал еще в этот сад соловей. Прохо ДИЛИ зимы, весны. Наливались золотым соком груши и яблоки, краснела рябина над белым сне гом, осыпалась черемуха, и ле­ пестки ее падали на русую Нас тину косу. И уже припорошили ее , точно снегом... Она поправляет платок и смот рит, на деревья, будто опять ко­ го то ждет. —Бабушка, — возвращает ее в нынешний день Танюшка. — А расскажи про Соловьевых. Как их звали? Она будто только сейчас заме чает внучку. —Соловьевы... Были у них Се­ ня, Миша, Степа был. А еще товарищ, Коля. Девочка была Настя. —Где они сейчас? —Где? — бабушка обнимает Танюшку. — Миша—под Орлом, есть там такое село Спасское — Лутовиново. Сеня — в Сталингра­ де. Степа— где-то в Белоруссии. А Коля тут , совсем близко. То дедушка твой. Всего пять лет и пожил после победы. Танюшке это не совсем понят­ но, и она опять спрашивает: —А улица у них какая, дом? Бабушка Настя молчит. —Ты что ли забыла? Зачем же ты плачешь, бабушка? Она встает. —Пойдем лучше яблочек на­ берем, да понесем к бабушке Любе. Они выходят в сад. Окроплен­ ный дождем , он дышит, говорит о своем. Где то в глубине па дает, гулко ударившись, созрев­ шее яблоко, вобравшее в себя сладость и аромат лета. Танюшка подбирает розовые плоды и не сет их бабушке. Остановившись возле, спрашивает: —А Сеня и Миша знали, что я по саду буду гулять? __ Конечно, знали. Они его тебе и подарили. _М н е ? — недоверчиво произ­ носит она. — А зачем? __Чтобы заботилась, берегла. Таня идет к рябинкам и смотрит на их оранжевые корзи ночки: ИМЯ удивительного писателя^ романтика, фантаста Александра Степановича Грина (1880—1932) хорошо известно советским чита' телям. В своих произведениях он сумел раздвинуть рамки обыден­ ности и обнаружить в окружаю­ щей жизни ее поэтические сторо­ ны. Писатель, проживший трудную и сложную жизнь, тем не менее верил в человека и считал,что все прекрасное зависит от воли силь­ ных. чистых сердцем людей, уме­ ющих мечтать. Идеальные образы Любви, Красоты и Человечности, созданные. А. Грином, полны вы­ сокого гуманистического смысла, хотя и носят порой отвлеченно- романтический характер. А. С. Грин всегда стремился подвести реальную основу под свой вымысел потому, что, с его точки зрения, «чистая фантасти­ ка», как «выдуманный жанр, не имеет права на существование». Поэтому города, поселки, дерев­ ни, в которых живут и действуют гриновские герои, описаны столь подробно, что у читателя остается отчетливое впечатление существо­ вания всех этих мест. Так же реальны герои самих произведе­ ний А. Грина, взятые им прямо из жизни. Это те, кого можно лазвать пасынками капиталисти­ ческого общества — труженики, бедняки, неудачники, бродяги. А. Грин, тонкий психолог и мастер увлекательного сюжета, видел свою главную задачу в том, чтобы словом, с помош.ью ярких картин, необыкновенных ге­ роев показать человеку, каким может быть и каким должен быть лучший, справедливый мир, лв.тяющийся извечной мечтой че­ ловечества. Все это делает осо­ бенно привлекательными гринов­ ские произведения для юношей и девушек, которые в талантливых творениях писателя находят высо­ кие нравственные образы. Творчество А. Грина, продол­ жившее гуманистические тради­ ции русской литературы, выдер­ жало испытание временем. Оно и сегодня служит советскому и за- р,уГ.ежному читателю, любимо и высоко ценится им. Феодосия. В мемориально-литературном музее А. Грина сохра­ нился тот мир, который окружал его при жизни. Тот мир, в кото­ ром он сочинял произведения «Золотая цепь» и «Бегущая по вол нам». Тот мир, который заставляет мечтать страстно, глубоко о дальних странах, неповторимых городах, мужественных красивых людях, заставляет мечту воплощать в жизнь. Музей оформлен в виде парусника, приготовившегося к дальним странствиям. В комнатах-каютах квартиры Александра Степанови­ ча Грина (Гриневского) среди личных вещей—морские приборы, канаты, карты, модели судов, экзотические раковины. В доме по Галерейной улице, где находится музей, жил и рабо­ тал писатель с 1924 по 1930 годы. Он выбрал этот дом и этот город после нескольких лет скитаний. Ему хотелось жить в тиши^ не, ближе к любимому морю. И в этом желании Грина отразился верный инстинкт писателя — приморская жизнь была той пита­ тельной средой, которая давала ему возможность создавать свои произведения. Рассказы Грина вызывают в людях жела 1 Н 1 е побольше узнать о писателе, его жизни и творчестве. На снимке; экскурсанты в музее писателя. Фотохроника ТАСС. __А кто их сажал? —Рябинки-то? Настя. Интересно. Точно так же зовут, как и бабушку! Она думает об этом долго, а потом вдруг гово рит: —Бабушка, а я вот тут свою яблоньку посажу. Возле Нестичои рябинки. А. СМЕТАНИНА. В о р о н и Ё ж СКАЗКА - БЫЛЬ В ШИРОКОМ поле в давние времена ж ил—был Ворон, а в темном лесу — Еж . Ворон и Ё ж крепко дружили и были неразлучны , как братья . Они часто бывали друг у друга в гостях. Но однажды поссорились и пошли искать себе новых дру зей. В чистом, глубоком овраге Ворон увидел прозрачный род­ ник. Студеная чистая вода не­ торопливо б еж ал а , по камени­ стому руслу ручейком. —Родничок, давай дружить! — предложил Ворон. —Давай, только по.моги мне, с дороги камни убрать, а то мне течь тесно. —А как тебя зовут , ручеек? —Никак. —А меня Ворон. —А можно. чтобы и меня такж е стали звать ? —Можно. Ворон охотно помог своему новому другу и полетел смот­ реть, куда течет ручеек- А в это время в темном сос­ новом бору ходил в поисках друга Еж . Он увидел, к а к под высокой сосной струилась в песке прозрачная вода ручеи ка Родничок был веселый и говорливый. Это Еж у понрави- лось и он сказал : —Д ав ай дружить ручеек? —Давай, А как тебя зовут? —Еж. —Я хочу, чтобы и меня так­ же авали . —Хорошо. Еж охотно помог своему другу и расчищал ему дорогу среди бурелома и завалов . И так онн долго шли вместе, по ка не вышли из лесу- И здесь, на окраине леса бежал другой ручеек и по.мо гал ему Ворон. Увидев друг друга бывшие друзья вспомнили о своей ссо­ ре и им стало стыдно. В то время ручейки уже сое динились и озорно побежали дальш е по простору. —Д авайте все дружить, — весело кричали они. Вновь подружились Ворон и Е^к Отсюда и название нашей реки пошло — Воронеж. Только теперь эти дружные ручейки по другому называют: «Полыюй Воронеж» и «Лес­ ной». А старые их имена за­ были. „ Но это и не страшно. 1лав ное, чтобы такж е все дружили, как они. АКСЕНОВ .