Знамя Октября. 1970 г. (с. Доброе)

А. КАКОВКИН. П Р И З Н А Н И Я Что-то очень до боли знакомое И чертовски родное каждому Напевают ночами влюбленные И в подъездах глухих высказывают. И такое, наверное, издавна. О т начала ведется самого. Был отважным героем, видимо. Тот, кем первым признанье сказано! Верно, было признанье подслушано То ли месяцем, то ли звездами. И дословно, ничуть не нарушенным Всем влюбленным Земли пороздано! Песней ставшее многоязычною. Над планетой — «Люблю тебя!» кружится. Для немногих, как ложь, обычное, И, совсем необычное — любящим. П И С Ь М О На юге неласково, непогодь сплошь Землю затискала. Вновь не проедешь. Вновь не пройдешь. Лужами выложил дали все дождь Будто записками. А на севере где-то кружат звонкие ветры И звезды снега по ночам стерегут. Я прошу тебя очень, ты мне в синем конверте Две снежинки на память пришли как-нибудь. В нашей Палатке всю ночь напролет Шум, как в транзисторе Мы в ней, как в ракете, готовой в полет. Да разрешенье пока вот на взлет Над землею плывут дожди И шумят журавлиными клиньями. Твое имя я у беды В одну осень йа счастье выменял. Были дни и длинней, и темней. Были ночи чернее всех виданных Да тебя один дождь-дуралей Всем светилам в замену мне выдумал. тре.’с медведей. Несколько дней ушло у нее на то, чтобы обладить каменную бер­ логу: она натаскала поблекшей от заморозков травы и устлала ею укромное местечко в глубине пе- Главный не выспорил. Ночью геологу вновь не до сна. Ночью он сушится. Можно подслушать, как бродит горловиной и ее хватило бы на весна, Можно понять вновь как ты мне нужна. Если 'прислушаться. Бьется брезента квадрат за окном Птицей подстреленной. Палатка вполне заменяет нам дом, И вообще мы не скучно живем. Ты будь уверена. А на севере где-то кружат звонкие ветры, И звезды снега по ночам стерегут. Я прошу тебя очень ты мне в синем конверте Две снежинки на память пришли как-нибудь. ; * Я по лужам брожу под дождем . Почему же ты мне не встречаешься? Или ждешь, пока дождь за 01^ном Вновь до завтра со мной распрощается? А дожди все плывут и плывут. Напропалую как будто стараются. Я б тебя отыскал у земли на краю. Да вот дождь не придумал мне адреса. В. ОВЧИННИКОВА. РОЗОВАЯ МЕДВЕДИЦА Липецкий писатель В. М. Чернов закончил недавно работу над Как-то раз Розовая Медведица романом «Сын Розовой Медведицы», который будет издан Централь- наткнулась на сурчиную нору. Но­ но-Черноземным книжным издательством. ра была небольшой, как видно, зи- Отрывок из романа мы предлагаем читателям нашей газеты. мовал в ней совсем молодой и „ , неопытный сурок. Она принялась РОЗОВАЯ М ЕД В ЕДИ Ц А облю- ших проталин, слышала шум ве- ожесточенно, с охотничьим пылом бовала пещеру на южном склоне сеннего ветра, бушующего в лесу раскапывать сурчину. В воздух горы, поросшей дикими яблонями, и сгоняющего со склонов снег, полетели камни, щебенка, земля. Пещера была уютной, с узкой Иногда до нее доносились голоса Прокопав с полметра. Розовая птиц, чаще всего стук дятлов, а Медведица сунула нос в полузава- как-то даже на хворосте, которым ленное отверстие и еще раз убеди- был завален лаз в пещеру, целых лась, что добыча здесь, рядом и полдня крутилась и попискивала очень вкусно пахнет. Лапы ее за- бойкая трясогузка, как будто хо- работали с удесягиренной силой, тела сообщить медведице с мед- Нора уходила вглубь под слоис- вежонком, что уже весна, что при- тый туф. Но что для сильного зве- щеры, затем, все больше чувствуя гревает солнце и пора лежебокам рд камни? Они тоже летели -под С т и х и Солнечный зайчик Прыгнул в окно. В комнате стало Тепло и светло. Вот он с кровати Поднялся на стол, Д Л Я д е т е и Глянулся в зеркало, Спрыгнул на пол. Тихо по стенке Пробрался на дверь. Вышел неслышно... Пора на капель. вялость в теле, стала ломать су­ чья на деревьях, собирать сухой .хворост и заваливать лаз. Потом протиснулась в него и уже изну­ три окончательно закрыла отвер­ стие. В пещере было сухо и тепло и она могла спать спокойно, зная, что никто из зверей ее не потре­ вожит и не испугает. В одну из февральских ночей под вой снежной вьюги она почу- ствовала недомогание. Без особых мук у нее родился крохотный, раз­ мером в ее ступню, почти голый и слепой медвежонок. Он тихо и беспомощно запищал, и она, сразу проникаясь к нему жалостью и нежностью матери, стала его ос­ торожно облизывать дыханием. И потянулись дни, новые для молодой матери в ее продолжаю­ щемся полусне. Как-то сама собой она научилась нежно и мелодично мурлыкать своему единственному медвежонку, и он, кажется, пони­ мал эти тихие горловые звуки, ко- ьыйти на белый свет. Розовой Медведице и самой хо­ телось на воздух и солнце, но тре­ вога за малыша удерживала ее желания. И только тогда, когда она ясно и отчетливо услышала за пещерой звон капели и теплый запах парившей земли, она осто­ рожно ссадила с себя медвежонка, ткнула его носом на теплую под­ стилку и, страшно мохнатая, с сва- сильными лапами в стороны. В норе пискнул сурок, предчувствую­ щий близкий конец, и показалась обсыпанная землей мордочка с круглыми испуганными глазами. Розовая Медведица ловко пойма­ ла зверька за песочного цвета за­ тылок, тиснула зубами и выво­ локла его целиком. Он был теп­ лым, пушистым. Медвежонок то­ же подбежал к тушке зверька и. лившейся шерстью^на спине и бо- ощетинясь, стал нюхать его, втя­ гивая кнопкой носа незнакомый, ках, тронула лапой сухой валеж­ ник. Какая красота открылась перед нею! Было светло и солнечно, ото­ всюду бежали ручьи и теплым па­ ром дымилась на склоне перед пе­ щерой земля, с пробивающейся из и согревать нее травой: Розовая Медведица вышла йе­ не вкусный запах. Медведица съела сурка всего, оставив своему детенышу лишь теплые внутренности, и медвежо­ нок впервые понял вкус мяса. В июне Розовая Медведица спу­ стилась с ним ниже Яблоневого сколько раз втянула в себя запах нояса, поближе к ключам, где бы- весны, запах распускающихся по­ чек и громко, продолжительно чих­ нула. Потом она завалилась на спину и, радостно урча и повиз­ гивая, стала кататься по земле, потягиваться и тереться об нее бо- пошась у нее на брюхе путаясь в ее длинном пушистом мехе. На тридцатый день у медвежон­ ка прорезались веки и вскрылись ушные отверстия, затянутые ко­ жей, Глаза его были мутными и и слепо нами. Перед нею снова открыва ло много ягод, разных корнеи, лу­ ковиц, а главное—червей и личи­ нок. Теперь медвежонок, если вста­ вал на дыбки, был уже ростом с двухгодовалого ребенка, ловко лазал по деревьям, подражая ма­ тери, гонялся за бабочками и во­ дись просторы снова открывалась обще стал необычайно проказлив. жизнь в своих многочисленных проявлениях, но теперь она была не одна и это заставляло ее быть вдвойне осторожной. Отойдя недалеко чт берлоги и могли, пожалуй, только отличить постоянно оглядываясь на нее, Ро- пока тьму от света, но в берлоге зовая Медведица начала обламы- было все равно темно. Зато голос вать зубами хрупкие веточки с матери теперь доставлял ему удо- приземистой яблони-дички. Они вольствие. Он немного подрос, были горьковатыми, почти полусу- стал заметно подвижней. Лазал хими, но ими уже можно было по матери, скатывался на под- утолить первый голод. Потом на стилку, и она легонько носом сно- проталине разгребла землю и на- ва подсаживала его на себя. шла несколько личинок. Это тоже И вот однажды, увлекшись сбо­ ром дикой клубники, она забыла о нем. Все это время он бегал непо­ далеку, и она слышала хруст ве­ ток под его лапами и бедовое по­ визгивание, но потом увлеклась и перестала обращать на него вни­ мание. Он уже не раз получал от нее шлепки за свое непослушание, но дети есть дети, они забывчивы. Так случилось и в этот раз. Мед­ вежонок убежал от матери в по­ гоне за бабочкой, убежал и... не вернулся. Слабый писк издалека она не 75-я диорама Ефима Дешалыта революционное мировоззрение. Мощеная мостовая. Вереница деревянных особнячков. Ни кусти- ДИОРАМА «Симбирск—родина строгой документальностью. Кон- *<а возле домов. Загораются керо- В. И. Ленина» — 75-я работа за- сультировал мою работу известный синовые фонари. Вспыхнули све- служенного художника РСФ СР ульяновский историк и краевед до- том окна в доме Ульяновых. Из Ефима Дешалыта, талантливого цент педагогического института окон гостиной доносится музыка, советского диорамиста, автора та- имени И. Н. Ульянова С. Л . Сы- У рояля возле Марии Александ- ких известных полотен, как «Кра- тин. Работа над проектом нача- ровны, матери В. И. Ленина, ве­ ская Пресня», «Штурм Зимнего» и лась более года назад. Были скру- черами часто собиралась вся боль- др. пулезно изучены старинные фото- ** 1 ая семья. Надвигающиеся траги- Именно этой диорамой -«Сим - графин, особенности архитектуры, ческие события — смерть отца, бирск—родина В. И. Ленина»—от- стиль симбирского градостроения, казнь старшего брата Ленина — крывается экспозиционный ряд узор резьбы, цвета красок, кото- подчеркнуты всем тоном, цветом Ульяновского филиала Централь- рыми пользовались в те годы в диорамы. ного музея В. И. Ленина, располо- Симбирске, планы застроек этой “ Я старался воссоздать пред- • иного в Ленинском Мемориале, части города... грозовую атмосферу, царящую в ..Звучит музыка, и перед гостя- ...Естественным продолжением последние годы жизни Ульяновых ми мемориала как бы распахива- 1-й части этой художественно-изо- па Московской улице,—рассказы- ется окно в старый Симбирск. Ран- бразительной новеллы служит вто- ®ает Ефим Дешалыт. нее утро весны. Едва светает, рая часть диорамы—Московская Всего шесть минут длится это Заря чуть коснулась купоЛов улица старого Симбирска. Это путешествие в минувший век, в церквей, окрасила в лиловые тона дом, где прошли детские и юноше- старый Симбирск. Но какие они небо и реку. Но вот первый сол- ские годы Владимира Ильича, впечатляющие и емкие, иечный луч пробежал по Соборной Здесь начало формироваться его 3. БЫСТРОВА , площади, коснулся здания д ворян -_______________ Прошел еще месяц, и Розовую годилось в пищу. Медведицу потянуло на волю. Она Впервые она вытащила медве- услышала, она услышала только слышала терпкий запах протаяв- жонка из берлоги, когда стало запах—чужой, звериный, внуша- совсем тёпло и можно было не шший опасение за медвежонка, (бояться, что он замерзнет. Громко рявкнув, медведица резко «кого собрания, побежал по торго' вой части города. Еще минута — я уже высветлены узенькие улоч­ ки и переулки, известные симбир­ ские курмышки-тупички — бедняц­ кая часть города. — Композиция подчеркивает ха­ рактерный для Симбирска тех лет социальный контраст,—говорит ху­ дожник. — Диорама отличается Грузинская народная новелла ГРУЗИНСКОЕ издательство «Мернаи» выпустило на русском языке сборник грузинских народных новелл. В него вошли лучшие произведения устного творчества из тысяч собранных и записанных грузинскими фольклористами и диалекто­ логами. Книга интересно оформлена художником Зурабом Порчхидзе. И. БУАЧИД31, повернулась и кинулась на ' этот Как он смотрел, как озирался, Она пробежала метров чувствуя себя непривычно и неу- пятьдесят и в замешательстве ос- ютно в этом большом мире. Но тановилась. До нее отчетливо до- обвык -быстро и начал даже рез- щдд запаха—запах медвежон- Биться, бегая вокруг матери и запах хищного быстроногого хватая ее за клочья еще не выпав- зверя. Этот запах мгновенно вер­ шей шерсти. Глаза его все еще нуд память к виденному ранее были мутными и он все еще был зверю. Запах острой псины сказал мал и худ, так что четко^ просту- цц яснее, чем могли бы сказать пали ребрышки под тонкой шерст- глаза, что здесь только что побы- кой, но уже непоседлив.. В этот вал сильный, матерый волк, день Гозовая Медведица, взяв Гозовая Медведица так рявк- голову медвежонка в рот, понесла нуда,, что высоко в горах отозва- его дальше от берлоги, где зеле- дось эхо. Она поняла; случилось ная травка пробивалась довольно непоправимое, высоко и плотно. Здесь они оба п ' . _ долго кормились и нежились на Разгневанная мед- солние ведица напролом кинулась по сле- ^ ' ду исчезнувшего волка, в пасти С тех пор каждый день с утра которого находился сейчас мед- до вечера оба набирались сил, до- вежонок. Нюхая воздух, она бе* бывая себе корм. Медвежонок жала точно по следу, уходящему удивительно быстро стал набирать по склону вниз. Но волк нес свою рост и округляться. К концу мая добычу с такой легкостью и быст- он уже катился за матерью, как ротой, что медведице догнать его шарик. Ему, конечно, было скуч- было попросту невозможно, новато одному, без молочных сестер у подножья горы она резко ос- и братьев, но он не знал, что они тановилась. В нос ей ударили дру- могли быть и поэтому ни на что не жаловался. Порой он отбегал от матери далеко, теряясь в густой траве, и тогда она, вспомнив о нем, призывно звала его. ' И он стремительно к ней подка- гие запахи: пахло гарью, каким- то еще неведомым зверем и мир­ но пасшимися в долине овцами и лошадьми. Заурчав, медведица по­ пятилась, но не ушла. Гнев, злоба, материнская привязанность к де- тывался и теребил ее зубами за тенышу, похищенному волком, зва- край уха, лй е® к ет9МЩ§нню.