Знамя коммунизма. 1957 г. (с. Трубетчино Липецкой обл.)
4 3 Н А М Я К О М М У Н И З М А 27 января 1957 Г „ № 12 (2339) —С егодня перед рассветом, —продолжал Генрих, опустив сказанное Чернонятовым,—во дворо тюрьмы опять расстре ляли шестерых. И я стоял тут же, смотрел. Должен был стоять... Все шестеро из мое го коридора. Одному лет иод семьдесят. За что их расстре ляли? Это—самое страшное. Троих докалывали штыками. У меня перед глазами туман стоял. Готов был броситься на палачей, на этих тупых идио тов, душить, топтать их,—он с силой сжал здоровепные кулаки и скрипнул зубами. Они сами звери и из меня сделают зверя. А та женщи на, что я тебе говорил, мать двух партизан, повесилась. Вчера повесилась... А ты го воришь, успокойся... Чернопятов вздохнул. Он по нимал Генриха, по не в си лах был помочь ему. —Что же делать, дружище? — тепло сказал он. — Надо терпеть. —Терпеть...—повторил Ген рих и горько усмехнулся. — Терпение, конечно, тренирует характер, но если слишком долго терпеть, человек может стать тряпкой. Я видел сам в концлагере... Чернопятов промолчал. В душе он был согласен с Ген рихом. —А ты знаешь, как тяжко жить,—продолжал тот,—гр гд а честные люди считают * * *& подлецом. Ну как могут ду мать обо мне заключенные? Зверь! Скотина! Чудовище! Не иначе... А ко всему этому отец с матерью наделили меня та кой внешностью, что на кого ни взгляну,—трясется. Иной раз хочется крикнуть во всю глотку: «Я же не тот, за ко го вы меня принимаете!» А приходится молчать. Ты сове туешь терпеть. Но это же пытка! Вот хотя бы эта Валя Готовцева, или как ее в са мом деле? Одним видом своим я внушаю ей ужас, отвраще ние. Она убеждена, что я из верг, палач. Да и почему она доляша думать другое? Поче му? А я как увижу ее, так готов разреветься. Я ее при первой встрече толкнул. И не рассчитал. Упала она. А не толкни я, ее бы конвоир авто матом ударил. II еще как бы ударил! Или с водой. Я ока тил ее из попарного рукава. А разве она догадается, по чему? Ей же запретили да вать воду, выводить к руко мойнику, кормят пересоленной едой, а тут она наглоталась воды на добрые сутки. А вче ра по физиономии ей залепил. Да, залепил! А что было де лать? Гестаповцы пришли с обходом. Рыщут по камерам. А меня будто кто толкнул: впустил пх в четырнадцатую, а сам к пей, в тринадцатую. Захожу—спит. Слышу, бормо чет во сне, какие-то имена на зывает. У меня сердце за шлось. Нс знаю, что делать... Поднял руку п хлопнул ее. Она как вскочет, как крикнет, —и они тут как тут. Сразу ' (Начало в Я5 № 1 2 3 - 1 2 8 , 130— 132, 1 3 5 - 1 5 4 - 8 , И ) . Го луб ой Гсортй БРЯНЦЕВ пак ет П о в е с т ь трое. Вот, брат, какие дела! Зато сегодня я ее угостил,— и Генрих неожиданно весело ухмыльнулся.—Оставил непри вернутым пожарный кран, во да сочится... Когда привели ее с допроса, я завел болтов ню с конвоирами. А она при сосалась к крану, пьет. Смот рю одним глазком, но молчу... Чернопятов подошел к Ген риху, пожал его руку выше локтя. —Ах, Григорий, Григорий... Поверишь, как бы хотелось мне зайти в камеру, сесть с ней рядом, обнять, сказать что-нибудь ласковое. Ведь у меня такая же дочка... Кла ра... Хорошая дочка. Посидел бы с ней рядом, рассказал бы ей, кто я, что за человек. Подбодрил бы. Сказал бы, что мы думаем о ней день и ночь. Показал бы ей вот эти мои руки. Эх!.. " Генрих замолчал, а потом уже другим, деловым тоном сообщил: —Фамилия моего сменщика Вольф. Отто Вольф. Запом ни. Хороший человек. Живет в крайнем доме у кладбища, на квартире у сапожника. Ес ли его не забреют на фронт, организуйте встречу с ним обязательно. -Хорошо,—заметил Черно пятов.—Что ты еще можешь сказать? —Еще вот что. Маршрут уз нал; в какой машине повезут, скажет мне сменщик. Охраня ют машину два автоматчика. Но не это главное. Главное— мтроить все сегодня в ночь. ^ — Сегодня? — переспросил Чернопятов'и задумался.—По чему ? —Я свободен. Если будет нужна моя помощь... —Понятно... понятно.,.— произнес Чернопятов, погла живая небритую щеку и при кидывая что-то в уме.—Что ж... попытаемся сегодня. Генрих встал. Застегнул воротник мундира. —Договорились. —Где будешь вечером?— поинтересовался Чернопятов -Степан знает, — ответил Генрих,—Я пошел... А зажи галка пусть полежит,—что-то вроде улыбки пробежало по его мрачному лицу. ■Генрих Гроссе шагал домой. Немец по рождению, анти фашист по убеждениям, от личный мастер но профессии, он своей жизнью как бы отра зил судьбу большой, лучшей части немецкого народа в труднейшую эпоху его суще ствования. Генрих родился в большой семье потомственного металли ста завода Крупна. Среди его заводских товарищей в Эссе не, где он начал работать учеником, были люди разных видов, разных политических направлений. Были аккурат ные и благонравные правые социал-демократы, противники последовательной революцион ной борьбы с капитализмом; бы ли сторонники пламенного Кар ла Либкнехта, революционеры, верящие в силу рабочего клас са и его победу; были пост ные христианские социалисты, пытавшиеся примирить непри миримое... В бурных спорах, в боевых выступлениях в дни забастовок ковалось сознание честного немецкого юноши Генриха Гроссе. В 1914 году, когда герман ский милитаризм развязал первую мировую войну, Генрих оказался на русском фронте Лжепатриотический, шовини стический угар и ему вскружил голову: видимо его рабочая за калка была недостаточной. Он думал, что идет защищать родину. Но заблуждение дли лось недолго, ужасы войны заставили его задуматься над ее бессмысленностью. Слова многих товарищей по заводу и пламенные призывы Либк нехта предстали перед ним в новом свете. Он хорошо помнит волную щие, радостные дни братания с русскими революционными солдатами в 1917 году. Здесь, в окопах, он понял, что у не мецкого рабочего и солдата одна судьба, одни интересы и желания с русскими рабочи ми и солдатами. II когда кай зеровская армия в 1918 году бросилась на молодую Совет скую республику, он перешел на сторону Красной Армии. Всю гражданскую войну Ген рих провел на фронтах, бился против белогвардейцев и ин тервентов и в начале двадца тых годов вернулся на роди ну. Тяжело было дома: инфля ция, безработица, нужда... По битые кайзеровские генералы и офицеры при поддержке ко ролей пушек снова подняли головы. Как грибы, стали пло диться различные фашистские организации. Единственной си лой, которая противостояла фашизму и разоблачала его, была Германская Коммунист чеекая партия. Генрих Гроссе по мере усиления разгула нацистов, разгрома рабочих органи заций, еврейских погромов становился все более убежден ным антифашистом. Он неод нократно с оружием в руках участвовал в боевой защите рабочих собраний от банд гитлеровских штурмовиков эсэсовцев. Когда Гитлер захватил власть и Германия преврати лась в нацистскую тюрьму, Генрих Гроссе, работавший на заводе, вошел в связь с това ршцами и стал участником подпольной коммунистической группы. В 1941 году его мо билизовали и отправили на во сточный фронт. Но даже не начав воевать, он был тяжело ранен. Еще до первого боя его часть подверг лась воздушному налету рус ских. Генрих очнулся в госпи тале. Его четыре месяца латали и чинили, а затем, как не пригодного для фронта, при командировали к концентра ционному лагерю под Горело вым. Он стал очевидцем ужа сов, творимых фашистами на оккупированной территории. {Продолжение следует). шшш -■ * - 5 В сел ьск и районах Германской Демократической Республики ведется опытное строительство крупных типовых животноводческих ферм. Фермы соо ружаются из крупных бетонных блоков, изготовляемых предприятиями ГДР. Массовое строительство типовых ферм начнется в 1957 году. На с н и м к е : строительство фермы в Брюзевотце (округ Шверин). Монтажные работы ведет одно из берлинских строительных предприятий «ФЕБ-Монтажебау». На монтажной площадке используется 5-тонный авто кран со стрелой 6,5 метра. Фото Вейса (Центральбильд). ----------- Ж Ж ---------------- - Фельетон Разу да лые г о л овушни Известно давно, что сме лость города берет. Но такой смелости, такой удали,' что увидишь в нашем райпотреб союзе, нигде, пожалуй, не увидишь! Сразу видно, что стоят во главе торговли не то что удалые, а прямо-таки разудалые головушки. И немало их там. Но осо бенно прославились сам пред седатель Иван Тимофеевич Манаенков, главный бухгалтер Веревкин,, калькулятор Тру- бетчинского сельпо Авдеева и... продавцы из райуниверма га. ' Иным торговым работникам кажется, что если есть закон, его надо строго выполнять. А поименованным -выше дея телям так не кажется. Сов сем напротив, эти поименован ные даже убеждены, что за коны писаны не для них, им, умудренным, нечего смотреть, на законы. И повели они дело так; что ни в сказке сказать, ни пером описать. Одни сидят за столами, другие ходят начало никами, третьи торгуют. И все вместе дружными усили ями добиваются людского не удовольствия. Там товаров в лавках не хватает, там пло хие товары сбывают с рук, и во всех магазинах под тем или иным предлогом за вышают цены. А управляет всем этим свет Иван Тимофее вич, буйная головушка. Вот идут к нему подчинен ные и докладывают: так и так, мол, в магазинах у нас уже полгода торгуют папиро сами по завышенным ценам. А Иван свет Тимофеевич как стукнет кулаком по столу,,-да как возопит: —Быть этого не может! Все документы прежде всего ко мне на этот вот стол по ступают, а уж я потом всем говорю, что и как! Посмотрели документы, про верили; а выходит так, как подчиненные сказали: «Каз бек» и «Наша марка» полго- продаются по старым це- доро- через да нам А тут еще докладывают: в чайной обеды чересчур ги; всякое мясо, пройдя бухгалтерскую обработку, а потом через кухонную, теряет в качестве и увеличивается в цеце. —Как так без моего раз решения? — возмутился Иван Тимофеевич.—Кто мог так по ступить? • И зовут, виновных. И пред стала дред .светлы очи началь ства 1$асна девица Авдеева. И объяснила нараспев: —Мы берем мясо, доводим его цену до среднерыночной, а потом уж делаем другие наценки. За качество мы не отвечаем, мясо могут в кухне испортить. " Потемнело в глазах у Пва- на Тимофеевича, но он стойко выдержал и это испытание. р ;е новость: продают в раЖйге платки на 10 руб лей выше правильной цены. Жуоила такой** платок т. Во робьева, что из банка, посмот рела счета, пришла опять в магазин и молвила: —А ведь платки-то должны быть на 10 рублей дешевле. Отдали ей в раймаге десят ку, а потом промеж себя и говорят: «Этим банковским ничего продавать нельзя!» Вот каковы дела-то! Трудно, оч&нь трудно стало торговать. План товарооборота не выполняется, продавцы на начальство и ухом не ведут. Знать, недаром у Ивана Ти мофеевичу и присных крепки нервы и сила велика. А то ни за что бы не выдержать. И главное—смелость. Другой давно бы испугал ся, за голову ухватился. Этим же хоть бы хны. Сидят в ру ководящих креслах, посматри вают направо и налево, упи танности не теряют, а даже толстеют. " ' Завидный характер у тор говых деятелей. Ничем их не прошибешь. Немудрено, что еще многие лета будут они заправлять делами торговыми Что ж, пусть. ' ’ ‘ Но каково покупателю с таким начальством? ’ А, Р е дактор А. С. БРАИЛО. Адрес редакции: с. Трубетчино, Липецкой области, ул. Почтовая, 6. Телефоны: редактора—81, зам. редактора, секретаря и отдела писем—54, общий—43 Тру бе тч инская типография Лип ецк ого о блас тн ого управ ления ку ль тур ы Тираж 2000 ш . Заказ 48
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz