Заря. 1991 г. (с. Красное)

3 стр 2 4 декабря 1091 года ± «Заря» И з мемуар о в Вальт ер а Ш еллен берг а= А Е-ТОМ 1942 года между Гиммлером и Борманом возник серьезный конфликт, в продолжение которого Гиммлер постоянно совершал мелкие так ­ тические ошибки, а Борман мак­ симально их использовал. Свою крупнейшую ошибку Гиммлер совершил в период своеобразного перемирия с Борманом в 1943 г.; он рассказал мне о ней год спус­ тя. Первый брак Гиммлера был не­ счастливым, но ради дочери он не хотел развода. В то время, о котором идет речь, он состоял в гражданском браке с одной жен­ щиной и имел от нее двоих де­ тей, которым был всецело пре­ дан. Он делал все, что мог, для , этих детей в пределах своих до­ ходов, однако, хотя после Гитле­ ра Гиммлер обладал наибольшей реальной властью в «третьем рейхе», и, контролируя деятель­ ность многих экономических ор­ ганизаций, мог бы нажить милли­ оны, он с трудом находил для се­ мьи необходимые средства. По­ этому он обратился к Борману, своему наиболее серьезному про­ тивнику в рядах партии, с прось­ бой предоставить ему в виде ссу­ ды 80 тысяч марок из партийных фондов — шаг для меня совер­ шенно не объяснимый. Примерно в это же время й на­ чал часто встречаться с Борма­ ном. Это был невысокий, плотный человек с сутуловатыми плеча­ ми и бычьей шеей. Он имел при­ вычку всегда откидывать голову немного назад и в сторону. Глядя на выражение' его лица и беспо­ койно бегающие глаза, можно было подумать, что перед „ вами боксер, нападающий на своего противника. У него были корот­ кие, толстые и некрасивые паль­ цы, покрытые черными волосами. Контраст между ним и Гиммле­ ром был гротескным. Если Гим­ м лера можно было представить "Жак аиста, стоящего в пруду, за-, росшего лилиями, то Борман на­ поминал свинью в картофельном поле. . Встречаясь впоследствии с ним, -я. имел возможнесть понять, какий- образом он влияет на Гит­ лера. Борман, постоянно присутство­ вавший.- в окружении Гитлера, стал незаменимым человеком именно в силу этого постоянства. Все, что имело отношения к Гит­ леру, проходило через Бормана. Вторым представителем руково­ дящих кругов, имевших явную склонность к России, был Мюл­ лер. Серьезные подозрения отно­ сительно искренности его работы против России у меня впервые возникли весной 1943 г. после окончания совещания атташе по делам полиции в иностранных государствах. Мюллер, мои отно­ шения с которым становились все более враждебными, в тот вечер был подчеркнуто коррек­ тен и вежлив. Я думал, что это оттого, что была уже почти ночь и он порядком успел напиться, но он вдруг сказал, что желал бы поговорить со мной. — Я считаю, — сказал он, — что вы должны признать, что со­ ветское влияние в странах Запад­ ной Европы нашло распростране­ ние не только среди рабочего класса; оно завоевало привер­ женцев и среди образованных людей. Я оцениваю это как неиз­ бежное историческое явление на­ шей эпохи, в особенности, ес.чи принять во внимание духовную анархию западной культуры, в ^ которую я включаю и идеологию «третьего рейха». Национал-соци­ ализм не более, чем куча отбро­ сов на фоне безотрадной духов­ ной пустыни. В противополож­ ность этому в России развивается единая и совершенно не поддаю­ щаяся на компромиссы духов­ ная и биологическая сила. Я провел эту ночь напротив Мюллера, глубоко погруженный в свои мысли. Передо мной си­ дел человек, ведший борьбу с ком­ мунизмом во всех его разнооб­ разных формах... Какая же пере­ мена наступила теперь! Вдруг он заявил: — Знаете, Шелленберг, то, что между нами возникли недоразу­ мения, просто глупо. Вначале я думал, что нам удастся отбро­ сить эти недоразумения в про­ цессе наших личных и профессио­ нальных контактов, но это не по­ лучилось. По сравнению со мной вы имеете ряд преимуществ, Я из низов: мои родители были бедны. Я был полицейским сыщиком, на­ чал с облав и прошел суровую ется в полсилы, и- если мы не бу­ дем соблюдать осторожность, это нас погубит. Гиммлер проявляет твердость- лишь в тех случаях, когда чувствует поддержку фю­ рера. Если бы этого ■не было, он не в состоянии был бы решить, какого курса ему придерживать­ ся. Гейдрих далеко превосходил его в этом отношении; * фюрер был прав, называя его «челове­ ком с железным сердцем». Бор­ ман знает, чего хочет, но он сли­ шком мелкая личность и не мо­ жет думать как государственный деятель. Посмотрите на него и на Гиммлера — ведь это сцепились две змеи. Гиммлеру будет трудно забраться наверх. ной личностью с самого начала не была ни германской, ни наци­ онал-социалистической, а факти­ чески была коммунистической. Кто знает, с к о л ь к о людей под его влиянием перешло в восточ­ ный лагерь? Мюллер прекрасно знал, что ему не удалось произвести на ме­ ня впечатление. Перемирие, кото­ рое мы заключили на один вечер, закончилось. Впоследствии из-за его враждебного отношения я по­ тратил впустую немало нервов и сил. Между нами шла своеоб­ разная дуэль в темноте, причем преимущество было на его сторо­ не. Враждебность его особенно усилилась с конца 1943 года, ко- « ...Н аш м а л е н ь к и й п а п а М ю л л е р станет г л а в о й Н К В Д » Все мы хорошо помним многосерийный фильм «Семнадцать мгновений весны», снятый по кни­ ге Ю. Семенова. Помним славного советского разведчика Штирлица, который расстроил пере­ говоры фашистской и американской разведок о сепаратном мире за спиной Советского Союза. Помним, что главным противником Штирлица был шеф гестапо Мюллер. Сейчас у нас появи­ лась возможность ознакомиться с противополож­ ной версией этих событий. Ее автор — известный по тому же фильму Вальтер Шелленберг, шеф тайной политической полиции. Его мемуары были опубликованы в США еще в 1956 году, в ФРГ — в 1979-м. Унас в стране его книга «Лабиринты. Мемуары гит­ леровского разведчика» будут изданы впервые СП «Дом Бируни» при участии малого предпри­ ятия «Антиква». Вниманию читателей предлага­ ем отрывок из этой книги. Он позволяет вам са­ мим судить о тех событиях. школу повседневной полицейской работы.. А вы — образованный человек, юрист, воспитывались в культурной семье, путешествова­ ли. Другими словами, прочно связаны с закостенелой системой консервативных традиций. Я не говорю сейчас о германском на­ роде —*• он по-прежнему остаётся верным, настойчивым и храбрым — и- не о героизме наших солдат на фронте. Я говорю об интелли­ гентских слоях общества и об их крайне запутанных представлени­ ях о духовных ценностях. Наци­ онал-социализм никогда не был для них перспективным и не смог изменить их. Если нам суждено проиграть эту войну, то причиной пройгрышаг будет не недостаточ­ ный военный потенциал; причи­ ной будет духовная неспособность наших руководителей. У нас нет настоящих--' руководителей. Прав­ да, у нас есть наш руководитель — фюрер, но на нем все замыка­ ется. Возьмем толпу, находящую­ ся в его непосредственном ; под­ чинении. Кого вы там найдете? Они дни и ночи проводят в непре­ рывных ссорах; одни стремятся заручиться расположением фю­ рера, другие закрепить за собой власть. Несомненно, что фюрер давно уже это видит, но, руковод­ ствуясь совершенно не понятными для меня соображениями, по-ви­ димому, предпочитает именно та ­ кой порядок вещей для того, что­ бы властвовать. Вот в чем его главный недостаток. Как бы я хотел думать иначе , но я все больше склоняюсь к выводу, что Сталин умеет делать эти вещи лучше. Подумайте только, что пришлось перенести его системе в течение последних двух лет, а ка,- ким авторитетом он пользуется в глазах народа. Сталин представ­ ляется мне сейчас совсем в ином свете. Он стоит невообразимо вы­ ше всех лидеров западных держав, и если бы мне позволено было высказаться по этому вопросу, мы заключили бы соглашение с ним в кратчайший срок. Это был бы удар для заряженного лице­ мерием проклятого Запада. Германия достигла бы гораздо больших успехов, если фюреру удалось проникнуть в самое су­ щество этих вопросов. Но у нас все замышляется и осуществия- Услышав, что Мюллер выска­ зывает подобные взгляды, я был изумлен. Ведь он всегда говорил, что Борман не что иное; как пре­ ступник; чему же следовало при­ писать внезапную перемену отно­ шения к нему? Я нервничал, пы­ таясь понять, что нужно Мюл­ леру. Хочет ли он поймать меня в ловушку? Выпивая одну рюмку коньяка за другой, он отпускал такие выражения в адрес гнилого Запада и наших руководителей - Геринга, Геббельса, Риббентропа и Лея, что те, наверное, чувство­ вали себя в тот ■момент весьма, дурно, Мюллер был живой карто­ текой, ему было известно все, самые интимные эпизоды жизни каждого из них, и поэтому он со­ общил мне ряд забавных деталей. Но все омрачало не покидавшее меня чувство беспокойства. Чего добивался этот человек, которого переполняли горечь и обида; так внезапно начавший раскрывать передо мной свою душу? Раньше подобных вещей от Мюллера ни­ кто не слышал. Для того, чтобы' направить беседу по иному пути, я беспечным и шутливым тоном заявил: — Превосходно, господин Мюл­ лер. Давайте сразу начнем гово­ рить. «Хайль Сталин», и наш ма­ ленький папа Мюллер станет гла­ вой НКВД. Он посмотрел на- меня, в его глазах таилась зловещая усмеш­ ка. —- Это было бы превосходно, — ответил он презрительным то­ ном, и его баварский акцент про­ явился сильнее. — Тогда бы вам и вашим твердолобым друзьям пришлось бы покачаться на висе­ лице. Странная беседа Окончилась, но я так и не понял, к чему стремил­ ся Мюллер. Это .стало ясно не­ сколько месяцев спустя. Наш разговор проходил как раз в то время, когда Мюллер стал идео­ логическим перевертышем. Он уже не верил больше в победу Германии и считал единственно возможным выходом - из положе­ ния заключение мира с Россией. Это находилось в полном соот­ ветствии с его образом действий. Насколько можно было судить по ним, его концепция взаимоот­ ношений государства с отдель­ гда он установил контакт с рус­ ской секретной Службой, и мне приходилось считаться не просто С его личной неприязнью* я был объектом ненависти фанатика. В 1945 г. Он присоединился к коммунистам, а в 1950 г. один немецкий офицер, возвративший­ ся из русского плена, рассказал мне, что в 1948 г. видел Мюллера в Москве. Вскоре после этой встречи Мюллер умер. ОГДА летом 1944 года Риббентроп вызвал меня к себе в свою летнюю резиденцию в замке Фушль, я был полон мрач­ ных предчувствий. Я ничего не слышал о нем в течение несколь­ ких месяцев и был почти уверен, что он вынашивает очередной план, который решит все пробле­ мы и поможет выиграть войну одним ударом. Перед визитом (< Риббентропу я имел беседу с Гиммлером, который разместил штаб в своем спецпоезде, стояв­ шем недалеко от Берхтесгадена, где находилось убежище Гитлера, оборудованное в скале. Я был пе­ реутомлен, так как именно в то время принимал военный сектор секретной службы, которым до этого руководил Канарйс. Резиденция Риббентропа раз-- •мещалась в роскошном дворце, окруженном огромным парком. Дворец был предоставлен в его распоряжение государством для того, чтобы он мог принимать там важных гостей, и быть ря­ дом с Гитлером. В отличие от прежних встреч Риббентроп принял меня весьма приветливо, поинтересовался, как идет работа, и подчеркнул, на­ сколько важным для него стало мое управление. Сначала я не мог понять, было ли это ничем не прикрытое лицемерие или же им руководило что-то другое, и спо­ койно ждал, пока -он закончит из­ лияния. — ...Мне нужно поговорить с вами об одном очень важном деле. Необходима строжайшая секретность. Никто, кроме фюре­ ра, Бормана и Гиммлера, об этом не знает. — Остановив на мне пристальный взгляд, он про­ должал: — Нужно убрать Ста­ лина. Я кивнул головой, не зная, как реагировать на такое заявле­ ние. Риббентроп объяснил мне, что весь режим в России держит­ ся на способности и искусстве од­ ного человека и этим человеком является Сталин. Он • повернулся и направился к окну. — В личной беседе с фюрером, — продолжал он, — я сказал, что готов пожертвовать собой ра­ ди Германии. Будет организова­ на конференция, в работе которой примет участие Сталин. На этой конференции я должен убить его. — Один? — спросил я. Риббентроп резко повернулся ко мне. — Фюрер сказал, что одному этого не сделать. Он просил на­ звать человека, который сможет помочь мне. — Риббентроп при­ стально посмотрел на меня и до­ бавил: — Я назвал вас. Риббентроп сказал также, что Гитлер приказал ему обсудить этот вопрос со мной с глазу на глаз и выразил уверенность, что я найду практический способ вы­ полнения этого плана. — Теперь вы понимаете, — за ­ кончил Риббентроп, — зачем я вас вызвал. Я не знаю, какое у меня было в этот момент лицо, но вряд ли умное. Я был совершенно рас­ строен и более того — озадачен. Риббентроп все уже заранее обдумал и теперь начал объяс­ нять мне детали плана. Он, ко­ нечно, понимал, что на конферен­ ции будет очень строгая охрана и вряд ли получится пронести в зал заседаний гранату или револьвер. Однако Риббентроп слышал, что моя техническая группа изготав­ ливает револьверы, по форме ни­ чем не отличающиеся от вечной ручки. Из такого револьвера мож­ но стрелять крупнокалиберными пулями на расстоянии примерно 6—7 метров. Эти револьверы бы­ ли сделаны настолько’ искусно, что по внешнему виду никто не мог догадаться об их действите­ льном назначении. — Мы, конечно, — сказал он, — могли бы пронести такой рево­ львер или что-нибудь в том же духе в зал, и тогда все, что от нас потребовалось бы; это иметь твердую руку. Наконец-то Риббентроп закон­ чил. Все это' время я пристально следил за ним. Говорил он с та­ ким увлечением, что напоминал мальчишку, пересказывающего содержание впервые в жизни про­ читанного детективного романа. Но, увы, было совершенно ясно, что передо мной настоящий фа­ натик, и единственное, что он хотел от меня, — это услышать о моем согласии и готовности вме­ сте с ним участвовать в выполне­ нии задуманного. Я считал, что план Риббентро­ па, мягко выражаясь, — резуль­ тат его нервного- и умственного переутомления. Однако обстанов­ ка была неподходящей, чтобы возражать, и, кроме того, я по­ нимал, что каждое сказанное мною слово сейчас же будет пере­ дано Гитлеру. Наконец мне по­ казалось, что я нашел выход из тупика, в котором оказался. Я сказал, что хотя и считаю план технически\ выполнимым, однако успех его прежде всего будет за ­ висеть от того, удастся ли зама ­ нить Сталина на конференцию, че­ го добиться будет весьма трудно, особенно после неудачного опыта отношений с русскими в Стокголь­ ме. Словом, я отказался пред­ принимать какие-либо попытки связаться с русскими, поскольку потерял доверие с их стороны, и все из-за противодействия Риб­ бентропа. Я предложил, чтобы он прежде создал необходимые ус­ ловия для осуществления плана и добился согласия Сталина уча­ ствовать в работе конференции. Если же ему это удастся, я буду готов поддержать его словом и делом. Строить без долгостроя ВНИМАНИЕ: ИНТЕРЕСНЫЙ ОПЫТ «На выданье» новая деревня в смоленском совхозе «Капы- ревщина». Десять благоухаю­ щих свежим,- деревом двухуров­ невых домод ждут новоселов. Осталось только -отрегулиро­ вать электрокотлы отопительной систему,? ?аОтвели под деревню большое промелиорированное поле. Рядом — речка, которую летом перекроет запруда. Будет для ребятишек озеро, кстати, третье на счету директора совхо­ за А. Панкова за его 25-летнее пребывание на своем посту, В округе только диву даются: как это Панкову в, наше время удается так быстро и жилье, и хозяйственные помещения со­ оружать? — Ёсе просто, — объясняет народный депутат . России А. Панков. — Мы создали свое строительное управление, в ко ­ тором -около сотни „работников, перевели его на аренду. Теперь на совете обсуждаем лишь, ка ­ кие объекты надо возводить, а все остальное — забота строи­ телей. В совхозе уже построили но­ вую контору,, детский сад, зве ­ роферму. В стадии завершения — коровник, двухэтажные кот ­ теджи для молбдежи. Завозят материалы для возведения но­ вого культурно-бытового ком­ плекса, где под одной крышей разместятся универмаг, кино­ театр, баня, бассейн. Долго­ строя здесь не бывает. Где хозяйство деньги берет? Зарабатывает. В основном за счет увеличения производства продукции. Ю. СИДОРОВ.