Заря. 1977 г. (с. Красное)

сЗАРЯа # 1 0 сентября 1977 г о д а .# Э стр. Литературная страница К ОЛЬ! А Коль! — разда­ ется в гулкой ко-мнате звонкий мальчишеский голос. В приоткрытую дверь робко заглядывает соседский маль­ чик Женька. На голове у не-* го самодельная шапка из га­ зеты, пуговицы на рубашке расстегнуты. — Какой он тебе Коля? — выходит из-за кухонной пере­ городки жена тракториста Ки- кслая Курбатова, Валентина — веснушчатая, с искусственной завивкой бабенка. В руке у нее мокрая блестяш,ая тарел­ ка. — Никакой он тебе не Ко­ ля, а Николай Тихонович. Яс но?! Он тебе не ровесник! Женькина голова исчезает, а - потом снова всовывается в комнату. — Ну, а Николай Тихоно­ вич? Где он? Не пришел? Обе­ щал змея сделать. того к стене. Потом располагаются на вы­ гоне. — Сейчас я покажу, как делать и пойду, — говорит Николай, оглядываясь на свой до.м. — Запоминай, как вя­ зать каркас. Давай нитки... На пороге недостроенной веранды показалась Валенти­ на. Коля! — кричит она. — Что ты там делаешь? Иди ужи­ нать! — А, погоди ты, сейчас приду, — отмахивается Нико­ лай. — Что ты возишься с ме­ лочью пузатой? — не унима­ ется жена. — Иди веранду лучше делай! — Веранду, веранду... Ус- пеется! — бормочет Нико­ лай. отмахиваясь рукой, как от мухи. Женька, на всякий Л . Т и т о в I Р л с с к & 3 3 М Е И- ИСКУСИТЕЛЬ — Какого еще змея? — отмахивается Валентина. — Только ему и дел, что с то­ бой возиться, — Змея, котооый летает! Из бумаги. Уж с неделю Коль­ ка обещает и все никак: то некогда, то уморился. —Нет его, нет. С работы еще не приходил. А ну, по­ сторонись, я месиво несу, за­ пачкаю... Николай свеклу куль­ тивирует, и дома дел по гор­ ло, а ты с какой-то ерундой... Веранду никак не доделает, перегородку в сарае надо чи­ нить... Иди, иди. Женя, бегай с ребятами, а Николай тебе [(е товарищ! Ж енька выходит через се- Ки на веранду , в которой нет крыши и стекол в рамах . Не­ которое время он стоит, р а з ­ мышляя . Карманы его отто­ пыриваются от катуш ек с нит­ ками, за пазухой , холодя ко­ ж у , перекатывается П'узь*рек с клеем , В левой руке тонкие палочки — для каркаса б у д у ­ щего змея . Женька идет на выгон, ку­ да ведут с разных сторон че­ тыре дороги. Здесь он и бу­ дет сторожить Николая. «Дурак, не спросил, где он пашет. — ругает себя Женька, — а то сбегал бы к нем,у в поле, сж бы не про­ гнал». Ждать пришлось недолго. Около семи часов на вечер­ нюю улицу усталой походкой вышел невьюокий курносый парень в замасленной кегуке. — Коля! — кинулся ему навстречу Же+Гьна. — Коля, я дранку нашел! Вот такая, смо­ три! Пойдет? Николай берет черными грязными руками одну палоч­ ку, молча подбрасывает ее на ладони , определяя вес. Тяжеловата... Не пойдет. Это же доски, а не дранка! Я тебе что говорил? Забыл? От старой фанеры отдирай дранку, от фанеры! А ты, на­ верное. возле стройки подо­ брал? Женька огорчен, закусил губу. — Ладно, — успокаивает Николай, — я знаю — здесь в одном месте можно отло­ мить... Пойдем. Не доходя до дома, они заворачивают к соседскому сараю и отдирают несколько легких планочек от рассох­ шегося куска фан*ры, приби- случай, укрылся за спинои Николая, но Валентина все равно видит его рыжий вихор. Ну, погоди ты! — грозит она Женьке пальцем. — При­ ди еще, я те крапивой!.. Постояв на пороге, она ушла в дом. — Дела, дела, — ворчит Николай доставая папиро­ су, — этим делам конца-края не будет. дь]хнуть человеку некогда. Веранда, забор... Тьфу... И вы, пацаны, тоже мне — змея сделать не можете! Некоторое время он со­ средоточенно работает, свя­ зывая нитками каркас. — Клей есть? Бумага? — спрашивает он. — Тогда начи­ наем клеить. Запоминай... Ле­ пим бумагу, теперь делаем поводок из трех нитей: одна идет от середки, две по бо­ кам... Валентина пьет чай и смот­ рит на них а окно. «Ну, пря­ мо как маленький Колька, — думает она. — хоть бы при­ шел поел, а потом возился бы...». Змей готов. Николай торо­ пится — ему самому хочется скорее запустить его. — Главное хвост! — поуча­ ет он Женьку. - Нужно, что­ бы он был и не легкий и не тяжелый, и не длинный и не короткий, а в самый раз. Постепенно к ним подходят ребятишки. Их чже человек десять. Они окружили Женьку и Николая, прилаживвкущего хвост. Некоторые мальчишки пытаются давать советы, но Николай сердито их обрыва­ ет: — Что ж сам-то не сделал, умелец? — ехидно спрашива­ ет он непрошенного советчи­ ка. — Что. слабо? На пороге вновь показыва­ ется Валентина. — Коль, пойдем стиральную машинку перетащим, — про­ сит она. — Погоди, сейчас запускать будем! — Без тебя запустят. Как без меня?.. Да я бь:стро, Валь, ну что ты в са­ мом деле? Ну, десять минут, не больше! Валентина со злостью от­ швырнула в сторону тряпку, которую держала в руке, и ушла, хлопнув дверью так, что звук этот раскатился по всему выгону. Николай, послюнив палец, поднял его вверх, определяя направление ветра. — Эх, слабоват ветерок!— сокрушенно проговорил он, глядя на едва покачивающие­ ся верхушки деревьев. — Ну ничего, хвост облегчим, мо­ жет, взлетит... Женька, держи змей, а я буду тянуть за нит­ ку... Ну. побежали. Бросай] Бросай же! Николай бежит, ноги его обутые в кирзовые, пахнущие соляркой сапоги, гремят по земле, спотыкаются в колдо­ бинах. Змей медленно ползет вверх, вяло помахивая хвос­ том. Следом бегут ребятиш­ ки. — Упадет! Упадет! — кри­ чат они. Николай и сам видит, что змей падает — не попал в струю ветра, однако, стиснув зубы, он упрямо бежит через весь выгон. От небольшого домика, по­ чти не видного за деревьями, отделяется худощавая фигура колхозного учетчика Парахи- на. Лысая голова его задрана вверх, — он смотрит на опу­ скающегося змея. На нем ста- рь:е синие голифе, выцветшая майка и калоши на босу ногу. На глазах очки с пыльными стеклами — учетчик тоже только что вернулся с поля. — Хвост] Хвост! — шумит он, размахивая худыми жилис­ тыми руками. — Хвост уко­ ротите — тяжелый хвост! Змей медленно опустился. Николай хмуро ВЗГЛЯН 1 УЛ на непрошенного советчика. — Сам знаю, — сказал он. — Женька, оторви кусок хво­ ста. , Еще, еще рви! — ко­ мандует Пэрахин. — Ишь, на­ вешали сто пудов! — Ты меня не учи] — раз­ драженно проворчал Николай. — Я этих змеев знаешь сколь­ ко переделал? На десять ка­ тушек запускали... — А я? Я думаешь меньше? — возмущается Парахин. — Каких только не делали: и «по­ пиков», и простых, и фигур­ ных... Да еще раскрашивали бывало. Николай морщит лоб: ка­ кой все-таки длины нужен хвост? Тут не запустим! — дело­ вито чешет затылок Парахин. — И думать нечего. Ветер слабый. Надо идти за дерев­ ню. на Яркин бугор. Там все­ гда ветер. — Пойдем, — скрепя серд­ це, соглашается Николай. Ему не хочется, чтобы запуском змея распоряжался Парахин. Пошли на Яр«ин бугор. — Однако этот змей поле­ тит, — шевелил он толстькми губами. — как ни грубо сде­ лан, а полететь должен. Женька поддерживал хвост и гордо поглядывал на взрос­ лых и на ребят — это он за­ теял такую кутерьму. Раздался треск. Семилетний Эдик, ехавший на велосипеде, нечаянно наехал на тряпичный конец хвоста и оторвал его. Ты что? — завопил Па­ рахин так, словно ему поез­ дом отдавили ноги. — Ослеп что ли? Не видишь куда едешь? Сейчас как шугану, загремишь отсюда вместе с лисапедом. Испуганный Эдик ненадол­ го приотстЗл. — Ничего, дело поправи- ^^ое. — вступился Николай.— Сейчас привяжем. Женька! Вскоре процессия вышла на Яркин бугор, где Аул ровный свежий ветерок. — Во! Здесь он пойдет]— блестя глазами, воскликнул Парахин, лицом пробуя ве- тэр. Он отобрал у Николая катушку с нитками и размо­ тал ее, отойдя метров на двадцать. — Здесь то конечно, — поддакнул Николай, приго­ товляя змей и расправляя ему хвост. — Здесь должен полететь. — Ну что? Мне бечь? — крикнул Парахин. — Ты го­ тов? — Давай! — выдохнул Ни­ колай. И они побежали по кочко­ ватому лугу. Отпускай — хрипловато скомандовал Парахин, споты­ каясь на кочках, и одну за другой теряя свои калоши. Оставшись босььм, он побе­ жал с неестественным для его возраста быстротой. Николай отпустил змей и бе­ жал. задрав голову кверху. — Скорость, скорость при­ бавь, — громко, словно в ру­ пор, кричал он Парахину. — Уже пошел! Идет! Идет! Змей медленно, но верно набирал высоту. Вот он попал в поток ветра, на мгновение остановился, завертел хвос­ том, потом дернул нить и легко пошел ввысь. Николай все бежал и, за­ смотревшись, упал. Но никто не увидел и не засмеялся, да и сам он не придел этому значения. Машинально изру­ гавшись, он встал и побежал, обгоняя мальчишек. Парахин босиком стоял на росистой холодной траве. Ли­ цо его бькло серьезным, ка­ залось оно окаменело. Ос­ татки волос на голове встали дь^бом. В жилистом кулаке он держал катушку и не спеша отпускал нить. Змей круто поднимался. 8 закатных лучах солнца он ка­ зался ярким пятном. — Молодец, Колюха] Хо­ роший змей сделал! — пох­ валил Парахин. — Да н-у, Иван Иванович, все это кое-как, на прилепоч- ках, — смущенно отозвался Николай. — Я уж думал и не полетит... Это Женька попро­ сил, я и сделал. Мне еще ве­ ранду, забор... — Все-та«и хвост подлин­ нее надо бы, — заметил Па­ рахин. — Ишь как мотает его! Во-во! Опять повело. —Это ветер нынче чудной, — ответил Николай, — то нет его совсем, то ка« закрутит... Дай подержу, а ты, Иван Иваныч, покури... — На, только не упусти. Змея запустили на шесть катушек. Эдик ездил на вело­ сипеде смотреть, где он сто­ ит. Змей стоял над другим краем обширного поля. Нит­ ку по очереди держали ре­ бятишки. Кто-то раз упустил ее и Николай догонял, пры­ гающую по траве катушку. Чуть-чуть не упал змей. Парахин с Николаем сиде­ ли на траве, курили. Николай вдруг вспомнил о Валентине, вздохнул. Пойду домой. Иван Ива­ нович, — сказал он Парахину, — мне веранду делать, будь она неладна. Сегодня может несколько досок успею обст­ ругать — пусть жена успоко­ ится... — И мне надо курей за­ пирать, — вздохнул Парахин, живший совсем один, — не­ бось уже на нашесть сели. Оба они встали и пошли в сторону села. В сумеречном небе далекой точкой висел змей. Николай Киреев Женщина и рябина А Х , рябина! Ягодка ты красная! Почему я родилась несчастная? Все влюблялась: то в красивых, то в молоденьких. Вышла замуж за безногого Володеньку. Подарить ему трех доченек взялася, а родился лишь один сыночек Вася. На войну ушел родимый. Там и сгинул. Тридцать лет уже ищу его могилу... Не ответила рябина, Промолчала. И спросила ее женщина сначала: —Ах, рябина] Ягодка полынная! Для чего мне жизнь такая длинная! Сколь живу на свете белом, столь и мучаюсь. Все кляну судьбу, змею свою гремучую. Надо мной она давно не насмехается, от болезней и от злобы задыхается. Подползти вплотную злыдня не осмелится. Укусила б, стань я снова красной девицей!. И опять рябина не нашлась с ответом Только застонала вся под ветром. Наклонилась тут к ней женщина поближе: —Может быть в последний раз тебя я вижу. Я пришла к тебе, подруга, не случайно В этот миг тревожного отчаянья. На ветвях ведь стынут от мороза, нет, не ягоды, а бабьи слезы!.. * * * Я остался один на перроне. Мне с вокзала спешить ни к чему. Ведь недавно в зеленом вагоне ты умчалась ■ свою Кострому. Неужели расстались навечно! (Может все это было во сне!) И до той остановки конечной не подумаешь ты обо мне! ...Мы вину свою поздно заметим. Осознаем, что это беда... А любимых уносят, как ветер, Поезда, поезда, поезда... Стихи о свидании Я ходил на свиданье весной и ходил на свиданье летом. Что творилось тогда со мной, от заката и до рассвета!] Лес союзником был Для нас. Он в кого-то и сам влюблялся. И пускался в неистовый пляс, будто бес в него вдруг вселялся... А теперь вот стоит немой, словно жертва жестоких козней. ...Не хожу на свиданье зимой. Не хожу и осенью поздней. Женщине нужно п р о щ а т ь Женщине нужно прощать. Сколько она нам прощала... Мы — мастера обещать— , все начинаем сначала. Дружно излечим себя средством для нервной разрядки. И, ни о чем не скорбя, буркнем: «Все в полном порядке!» Женщине нужно прощать. Все она делает честно. В чем-то ее обличать — глупо и бесполезно. Даже и в смертных грехах чувства чисты и безгрешны... Плохо, что только в стихах пишем о женщине нежно. ' Словно боясь обнищать. Маясь, осудят же люди! Женщине нужно прощать, если ту женщину любишь.