Заря. 1974 г. (с. Красное)

. - у __ * I * и * * г Н I * г * 5 5 * 5 • В 5 д еГ"™ 5 ^ 1 1 ■ ■ у ■ 3 5 8 ■ ■ • 21 м= !В | = = 1 = Здравствуй, Москва! Пишет тебе человек совсем уже старый. И к тому же дюже больной. Я не жя- лусь — это просто для факта. Это имеет отношение к тому, что я люблю космос н очень хочу ту да слетать. Я открыл вам самую большую свою тайну и в письме это можно, потому что на бумаге это не смешно, а когда говорить вслух, то п самому как-то непри­ ятно. . . Меня зовут Афанасий Петрович Большеглазое. Я родился в 1899 году. Кажется, что жизнь моя была счастливой и хорошей. Это оттого, что все страшное и плохое позади, прожито.. . Я был на двух войнах н оба раза воевал за Со­ ветскую власть и за Родину. Вме- Я опять пишу не то, что хочу сказать. Я прошу тебя, Москва, послать меня в Космос, а также на любую планету или звезду. Я чую, что вы ответите. .. Скажете, дескать, что Вы, Афанасий Петро­ вич, уже старенький и поэтому лу­ чше сидите дома, на печи, вместе со своей старухой. Нет! Я еще могу быть полез­ ным. Знаю, что у вас много моло­ дых орлов-космонавтов и стоят тебе. Москва, кликнуть, как мил­ лионы наших людей отзовутся и каждый скажет «Посылай меня!», Пблеты в Космосе — дело пока рискованное и там, в темном небе, может оборваться любая сильная жизнь. Поэтому я прошу, чтобы Ничего себе, успокоил! А л не хочу быть «там». Я эту жизнь де­ лал, кровь за нее проливал — мне интересно жить. Люди живут хо­ рошо и год от года все лучше. И я чувствую, что и доля моего труда есть в космических ракетах, в хо­ роших домйх, в новых школах, в новом огромном тракторе «Киро­ вец», что каждое утро проезжает мимо моей хаты. Я сделал себе «Космический корабль». Понарошку, вроде ма­ ленького, играю в космические по­ леты. У меня есть деревянный са­ райчик. Я прорубил в крыше ды­ ру и построил над ним другой са­ райчик, поменьше. Получилось вроде второго этажа. Потом пос­ троил третий, четвертый,, пятый этажи. Теперь в нашей деревне А. 7 I I Т О В «К о см о н а в т №. . . Р а с с к а з сте с Красной Армией я дважды бил врагов: в 1918 году, а затем без всякой пощады в 1941. Побе­ дили мы всех, а после войны сло­ малось здоровье и стал я уже не тот. Болею. Задыхается сердце, дает в грудь тяжесть... Работал я всю жизнь. И па -►войне тоже был при лошадях да п теперь, в наш великий атомный век, люблю и уважаю лошадей. И даже как-то грустно становится, когда иду по улице, а мимо меня проезжает трактор «Кировец». Ка­ жется, что земля подминается" под его колесами. Я против него бу­ кашка. Мне радостно и гордо ста- ^ иовится на душе, когда мы с ме- ™ рином Тишкой стоим около «Ки­ ровца» и смотрим на него и даже слезы на глаза наворачиваются— I так хороша эта сильная и непобе­ димая машина... Но это я отвлекся. Я хочу ле­ тать, летать в Космос. Это и в правду может показаться смеш­ ным, но я говорю это от чистого сердца. Чудаком казаться не бо­ юсь, потому что стал читать кни­ ги. Читаю я разную литературу, но больше всего люблю фантасти­ ческую и научную. А фантастика! Это ведь чудо, сравниться с кото­ рым может только трактор «Киро­ вец», который тянет двенадцати­ лемешный плуг и заменяет целую конюшню, а ведь на моих глазах и лошадей не хватало, пахали на себе.. . Извините, опять отвлекся. Труд­ но говорить про Космос и не. вспомнить при этом свою жизнь. Про Космос, про мечту свою я мало кому говорю на селе. Боюсь будут смеяться и старухе моей, Прасковье Гавриловне будет огорчение. Так вот, фантастика — вещь несравнимая ни с какими книгами. Сказки по сравнению с ней — бе­ либерда, слабая выдумка, хоть и там и побеждает добро. В сказках не говорится, например, почему полетел ковер - самолет, а фан­ тасты все объясняют и выдумыва­ ют такие непостижимые вещи, что аж дух захватывает. Читаешь и видишь — жизнь огромна, а пространство и над землей и в не­ бе не имеет конца. Я, конечно, со своим умом не все понимаю, что написано в фантастических кни­ гах, но эти книги жизненны и объ­ яснены человеческим придумыва­ ющим мозгом! в Космос послали меня. Если я погибну, будет несомненная выго­ да. Моя стариковская смерть не особенно разволнует мир. Или вот, например, планета Марс. Станции туда посылаете. Пустые. .. А почему бы не поса­ дить в станцию меня?! Приборы— они железки и никогда не заменят радостного удивленного человека, который своими глазами увидел Космос. Живой человек многое значит. Прилечу на Марс, выйду в красные пески, стану над высокой кручей марсианского канала и скажу: «Здравствуй, Марс. Привет тебе от России, от Афанасия Большеглазова!» А потом вернусь обратно на землю. Мне бы только научиться, когда какие кнопки нажимать. Я хоть всю жизнь конюхом был л все время были разные неотлож­ ные заботы: войны, хлеб пропа­ дал от засух и дождей или еще что случалось, поэтому ум мне не­ когда было развивать, а человек я смышленый и когда нас в Красной Армии стали обучать грамоте, то я быстрее всех выучился... Я верю, что фантасты, инжене­ ры и другие умные люди сделают жизнь очень хорошей. Об этом приятно думать, хотя я и не до­ живу до тех времен, когда мы до­ летим до звезд. Я верю, что пи­ шут фантасты, что есть в Космосе не только мы, но и другие очень развитые люди, что мы будем с ними дружить и учить друг друга всему хорошему. Ах, если бы мне дожить до этих пор! Вот тут уж я бы точно пригодился. Я могу с любыми людьми находить хоро­ ший мирный язык. И с животными тоже Вот взять, к примеру, лоша­ дей — умная скотина. И собаки у меня были, суслика я приручил, скворца с подбитым крылом... А у соседки Лапшиной муж,- Григо­ рий, дюже драчлив и буянист, когда выпьет. Так его жена Насгч всегда зовет меня, чтобы я угово­ рил его. И всегда он меня слуша­ ется и уважает, сразу ложится сам и сапоги скидывает. Однаж­ ды, когда сердце сильно заболело и думал я уж, что и не отдышусь, тогда он, Григорий, пришел меня проведать. Пришел выпивши, сле­ зу надо мной пустил, словно над покойником. «Ты, — говорит, — Афанасий Петрович, наверно пом­ решь, но ты не горюй, потому что «все мы там будем». мои сараи прославился, но мало кто знает, что мой сарай похож на космический корабль... В каж­ дой комнатке у меня стоит столик, скамеечка — можно отдохнуть. Пахнет сеном, яблоки лежат. У меня нет детей. А как бы хорошо... Приехали бы сын или дочь с семь­ ей... Внукам бы в моем «космичес­ ком корабле» раздолье — бегай, лазь где хочешь... Наверху самая маленькая, «пя­ тая ступень», величиной с собачью будку. Я из окна смотрю. Грустно. А вчера Григориев сынишка, от­ чаянный озорник, стрельнул в ме* ня снизу из рогатки спелой сли­ вой. Попал прямо в глаз. Залепил так, что аж сок по щеке потек. Сладкий сок, а потом горечь я ртом почувствовал — слезы по­ шли... В душе что-то переломи­ лось и вот сегодня пишу это пи­ сьмо. И чем больше пишу, тем ле­ гче становится на сердце. Словно перестало болеть оно у меня. Пишу и кажется, что слушают меня и относятся к моим словам со всей серьезностью. Вон слышу, снизу зовет меня старуха ужинать. А мне не хочет­ ся. Скоро стемнеет, зажгутся ран­ ние звездочки. Я купил в книжном магазине звездную карту, прочи­ тал к ней инструкцию и сегодня буду смотреть, где какие звезды. Большую Медведицу и Полярную звезду я знаю давно. Помню, ма­ льчишкой в ночное ходил, а эти звезды уже были. И на войне По­ лярная звезда не раз выручала. Недавно читал, что есть такие звезды, до которых никогда ни­ кто не долетит, будь он даже бес­ смертен. Это меня страшно огор­ чает. Мысль не хочет с этим ми­ риться, и я верю — люди изобре­ тут что-нибудь, придумают уче­ ную Волшебную силу, которая по­ зволит преодолеть агромаднейшее пространство в мгновение ока. Мне бы, товарищи, сил да моло­ дости! Жизнь бы моя пошла по-но­ вому — пошел бы учиться на кос­ монавта. Да и сейчас жизни своей не жалею ради великого дела. И уж если вы посылаете в Космос кошек и собак, то чем старик Большегла­ зое хуже. Я же думать могу, го­ ворить. Смерть могу принять бес­ страшно и вполне сознательно, по­ тому что знаю — в Космосе как на войне. И даже если буду в полете и моя ракета вдруг загорится, то до последнего мгновенья буду пе­ редавать на землю все научные факты. Так что имейте меня на примете. А я буду учиться, буду читать книги. С искренним уважением, жела­ ющий летать для пользы и славы Родины Афанасий Большеглазое, космонавт №... с. Красное О с е н ь Ветер в небе тучи гонит. Застилая м глою дали, Все мне кажется, что кони В чистом поле заплутали. И, желанием гонимы Отыскать родные стены, » Мчат в простор необозримый , Покрываясь белой пеной. Тучи мчат а м еж ду сосен, Укрывая хво^й корни , О д ино ко бродит осень. Словно старый, добрый коню х Валерий КУЗНЕЦОВ. Светлана Меншен М е б е л Столько радости было, Когда, окупая все муки , В дом внесли гарнитур __ Как младенца, боясь одно го , Чтоб — не дай то го б о г !— Бесстрастные гр у зчи ков руки Не оставили пятен На теле блестящем его И модерн , словно вирус, Расползался по залам и спальням Раскорячивши нож ки , Втянув подставные бока. Уступая ему, были срочно В кладовку отправлены Круглый стол и кушетка, Потертые вроде, слегка Мебель новая в доме Разбойной исполнена власти, Захватившая прочно Законное место свое, I * * Любить тебя так трудно И так просто, Как отыскать давно забытый луг, Где к травам никогда Не льнули косы, Где нет понятья— недру г или д р у г Где, путаясь в негласности Тропинки, Д оверчивую трогая росу, Вдруг выйти по залетной Паутинке Отправляла хозяев К соседям все чаще и чаще, Или в кухню , с ко торой Ничто не роднило ее Д аж е книги в шкафу Как в строю бессловесном Солдаты, подогнав кореш ки , Под единство выбранный цвет, Стали мебели в тягость, И книги убрали куда-то, Книжный шкаф переделав В невиданной марки буфет Жизнь бы сносной казалась, Когда б из кладовки обычной, Где стояла кушетка В содружестве с кр у глым столом, Не смеялся так гр ом ко Один из хозяев, привы кший Что-то чеховское перечитывать Как всегда— перед сном. * К затерянному озеру в лесу И если гро зы не остудят солнца, Коснуться обнаженностью воды — И о зе р о откры тьем шевельнется, Роняя в ил с говорчиво следы. И птица вскри кнет Горько и печально. Нам не суля ни худа, ни добра Предвестница любовно го Прощанья Не обронит счастливого пера. О ро дн ом Лю блю село мое родное . Где я живу и где тружусь Где вспоминается былое, Где настоящим я горж усь Село, где избы утопают В роскош ной зелени садов, Где красотою привлекают Пейзажи чудные прудов. Где черноземные , большие В о кру г раскинулись поля, Где за победы трудовые Дары приносит нам земля Где труд ударный и прилежный Прославил многих имена, И по заслугам награжденных Грудь украшаю т ордена. н. ПОЛЯКОВ. с. Красное. НАСТОЛЬНАЯ КНИГА СОВРЕМЕННОСТИ ----------------- Ю м о р е с к а ---------------- — Благодарю за книгу , Галя! — Понравилась. — Да, это литературный шедевр Сочным, задушевным язы ком на­ писано. Смаковала каж д ую стра­ ничку. Д е вчон ки в отделе напере бой гГросили: «Хоть на денечек дай»! Не дала. Вслух прочла один отрывок , где американец невероят ное пари заключил . Нашу кассир ­ шу даже слеза прошибла. — Сцена чувствительная. — Вот ведь книжица какая ! Всю душу мне разборедила . Зна ­ комых просила посодействовать, говорят : «Лапа, это издание — де ­ фицит». — Это настольная книга со вре ­ менности , так что нет ничего уд и ­ вительного Хотя есть идея! Напиши в фирму «Книга— почтой». Сошлись на Корнеплодова . Не от ­ кажут — Недаром считала тебя зол о ­ той женщ иной . Дай в щ ечку чм о к ­ ну! Только что туда писать? — Пиши просто : «Прошу поста­ вить меня в очередь на посылку од но го нет, трех экземпляров книги «Лечебное голодание» . А. АДПОСТЕНКОВ.