Заря коммунизма. 1962 г. (с. Волово)

РАССКАЗ НАВСТРЕЧУ ЛЕНИНСКИМ ДНЯМ Л Е Н И Н Крум Григоров Болгарсний писатель Недалеко от нашего дома было кладбище, я до нас часто доносились рыдания вдов и матерей, потерявших на войне своих мужей и сыновей. И когда по утрам, просыпаясь в продымленной комнате, мы, дети, торопи­ лись выбежать во двор— подышать чистым воздухом, я по привычке начинал при­ слушиваться, ие плачут ..ли опять по. погибшим солда­ там. В доме у нас все, были неразговорчивы и унылы.Да­ же обычно словоохотливая бабушка- угрюмо молчала и •время от времени тяжело вздыхала. —И -что ты все.вертишься возле меня?:—сердилась она, когда я пытался, заговорить с ней'.—Ост;ршь меня в по­ кое', дай с' мыслями .соб­ раться... Но потом, спохва­ тившись и стараясь. загла­ дить, .свода-' грубость, ласково выговаривала мне: —Не нужно, внучок, быть таким любопытным/Всё рав­ но всех не перебьют. Кон­ чится война, вернутся твои дядьнсдомоП, тогда насту­ пит конец слезам и горю. Начнем играть свадьбы, по­ зовем Цока—музыканта с его большим барабаном, пригла­ сим все село, расставим сто­ лы во дворе — до - самого гумна. II посмотришь, какое веселье пойдет! Дедушка тоже- стал хму­ рым, смотрел на всех испы­ тующе: казалось,-,что. он ви­ дит тебя насквозь. Он был единственным мужчиной—нс считая нас, детей,—не толь­ ко в нашем доме, но и во всем квартале. Поэтому женщины часто приходили к нему выплакать свое горе, попросить совета. От голода люди таяли, словно свечки. И все" же всегда находилось что-ни­ будь—ревень, щавель или прошлогодние плоды,—чем бы можно было «смазать горло», как выражались на­ шенские. А если случится '—разболеется; скотина, ста­ раются её на ноги поднять разными травами и снадобь­ ями, ну, а коли подохнет, что уж тут поделаешь— сдерут с неё кожу, из во­ ловьей—сделают ' постолы, из бараньей—тулупы. А вот убитых на войне не вернуть! Эта мысль не давала дедуш­ ке -покоя, от нее нельзя бы­ ло найти никакого лекарст­ ва. Иногда он говорил: —Мы с моей старухой послали на фронт трёх сол­ дат. И нас постоянно страх одолевает, не случилось бы с ними чего-нибудь... Но что поделаешь? Война... Че­ ловеческая бойня! Будь про­ клят тот, кто ее выдумал... Долетали слухи, что сол­ даты бунтовали, не выдер­ живая голода, и поднимали оружие против офицеров... Позднее мы услышали еще одну новость: будто-бы Стой- не Димитров дезертировал с фронта и скрывается в на- „ З а р я коммунизма ших лесах. По верпы лп эти слухи? Может быть,кто- нибудь нарочно их распро­ страняет?Дедушка был сдер­ жанным человеком и, когда односельчанки спрашивали его об этом, отвечал: —Не видел, не слыхал... Язык ведь без костей, на тс и дан человеку, чтобы бол­ тать... Пощднажды утром появил­ ся объездчик и, взобрав­ шись на тумбу в центре се­ ла, закричал во все горло: -Ей,- селяне, слушайте! С фронта убежал Стойте Димитров, по прозвищу Усет, скрывается где-то тут, в ле­ сах и оврагах. Кто его встретит, должен ''немедлен­ но сообщить в общину. Кмет приказал не давать ему хлеба, пусть с голоду по­ дохнет. Несдобровать тому, кто посмеет нарушить этот приказ,—будет строго на­ казан... Вскоре по шоссе под кон­ воем провели жену Стойте— Персию. Волосы ее были рас­ трёпаны, руки скручены за спиной. Двое охранников, тяжело стуча подкованными сапогами, подталкивали ее прикладами и кричали: —Отвечай, был у тебя ночью муж? Персия только скулила', словно побитая собака, и ничего не отвечала. Про­ цессия направлялась в Трек- ляно. Бабушка проводила ее взглядом и вздохнула: —Скоты проклятые, бабу забрали! II что она им сде­ лала? Если муж убег, так чем же она-то виновата? Осень уже воцарилась в горах, долинах, в речных поймах. Леса переливались всеми оттенками золота—от медно-красного до желтого осыпавшаяся листва ковром покрывала влажную землю. После ясных ночей по ут­ рам выпадал иней. —Значит, скоро жди сне­ га,— говорил дедушка,— Дров нет, а на отощавшей скотине трудновато будет 2 стр. 8 аррсля 1962 г. возить их из леса V дедушки была привыч­ ка всегда кого-нибудь брать с собой в лес по дрова.Обыч­ но ездила бабушка или кто- нибудь из нас, старших де­ тей. Как-то раз, спозаранку, дед поманил меня к себе:' —Собирайся, прогуляемся до Златонова выгона. Дрови­ шек нарубим. Запрягли волов, привяза­ ли к телеге торбу с кар­ тошкой, которую 'бабушка дала нам вместо хлеба, и двинулись в лес. В эту по­ ру в горах было очень ин­ тересно... Слышно было, как падали с ветвей перезревшие желуди и с легким шоро­ хом зарывались в мягкий лиственный ковер. Неболь­ шие стада коз и овец пере­ бегали из рощицы в рощу в поисках пищи и влажными от росы губами смачно пе­ режевывали её. Земля под развесистыми дикими гру­ шами была сплошь усыпана маленькими желтоватыми плодами. И дед всю дорогу сокрушался: —Надо было захватить с со­ бой мешок. Наполнили бы паданцами кадушку, нава­ рили бы грушевой браги. Нынче груши в нашем саду совсем не уродились, вот бы дички и пригодились... Аранжевым пламенем по­ лыхал боярышник, в его за­ рослях с ветки на ветку пе­ релетали какие-то серенькие с тоненькими клювами пти­ цы. Наконец, мы добрались до Тырсепицы и начали рас­ прягать волов. Дед только было собрался покормить скотину кукурузными стеб­ лями, как в "кустах что-то зашуршало. Должно быть, дрозд или белка,решили мы. Дедушка вытащил топор и начал обрубать дубовые вет­ ки. Мы постепенно углубля­ лись в лес и вдруг на од­ ной из полян натолкнулись на высокого,словно жердь,муж­ чину. Он был в изодрапной солдатской одежде, на голо­ ве фуражка без козырька, через плечо перекинуто ружье. Па лесничего не по- хож. Я затрепетал от стра­ ха, смотрю, вроде бы и де­ душка переменился в лице, хотя по-прежнему крепко сжимал в руках топор. Не­ знакомец шагпул нам нав­ стречу и улыбнулся. II я по­ дымал, что этот бородач не так уж и страшен. —Не пугайтесь, бай Заре, —заговорил солдат,—Ведь, кажется, мы родственники, хотя и дальние, не так ли? Вот тут-то дедушка чуть было не выпустил топор из дрожащих рук. —Эге-ге-е, ты лп это, Стойте?—заикаясь, начал он.—Слышали о тебе раз­ ное, да те думалось, что именно здесь тебя встретим... Тогда я понял, что перед нами Стойне Димитров. Он протянул дедушке руку. Тот пуглнво оглянулся по сто­ ронам, желая удостоверить­ ся, что вокруг никого нет, и только после этого почув­ ствовал себя несколько сво­ боднее. Стойне присел на корточки и оперся па ружье. Разговорились... Дедушка сообщил ему все, что знал об односельчанах. Потом он вытащил кисет с табаком п подал его Стойне. Тот скру­ тил цигарку, на которую ушла добрая половина со­ держимого кисета. —Давно я не курил нас­ тоящего табака, — сказал Стойне, жадно затягиваясь, —Иногда сотру сухие буко­ вые листья, да не во что их завернуть... Правда, есть у меня одна бумага, — при этих словах он вытащил из- за пазухи старую измятую газету,—но лучше уж я ум­ ру без курева, чем пущу ее на папиросы. В ней про Ок­ тябрьскую революцию и про Ленина написано... Он развернул газету и показал нам фотографию мужчины с высоким лбом, лысой головой, прищуренны­ ми проницательными глаза­ ми и с небольшой острой бородкой. —Вот он, Ленин!—пояснил Стойте,—Под его руководст­ вом народ в России сбросил царя п помещиков. Сейчас там у власти большевики, рабочий народ. Имя Ленина подняло на бунт и болгар­ ских солдат... Мы решили свести счеты с нашими кро­ вопийцами и живодёрами, кметами и сборщиками на­ логов, которые без зазрения совести обкрадывают парод... Дедушка слушал с рази­ нутым ртом, вперпв глаза в фотографию. Он впитывал каждое слово Стойне, слов­ но земля, истомившаяся от жажды. Старик с трудом улавливал смысл рассказа Стойне о событиях в дале­ кой России. Но одно было ясно ему, если там нет больше помещиков н кметов, особенно таких, как Иосиф Зелника, который отобрал у нас коня Дорчо и потом при­ слал нам постолы, сделан­ ные из его кожи, который рыскал по пустым амбарам и, обшаривая все закоулки, уносил всё, до последнего зернышка пшеницы, — то лучшей власти на земле и не сыщешь. Вот бы и аам такую в л а с т ь ! Стойне спрятал газету за пазуху. Дедушка просто не знал, как его отблагодарить за такие хорошие вести, но потом, вспомнив про торбу е картошкой, протянул ее Стойне. —Стоишь того, чтобы тебя попотчевать водочкой п еще чем-нибудь вкусненьким, но видишь у пас "даже хлеба нет. Угощайся, это старуха приготовила... Стойне набросился па еду, проглатывая картофелины, одпу за другой, покамест торба не опустела. Видно было, что он пзголодался. Было уже за полдень, те­ ни стали удлиняться. Де­ душка снова принялся за дрова, чтобы донаступления темноты выбраться из леса. А я все еще не мог отор­ вать зачарованного взгляда от ружья Стойне, от его не­ бритого лица. И с каждой минутой он словно вырастал в моих глазах. «А этот Ленин, видно, богатырь, раз самого царя поборол»,—ду­ мал я. —Кланяйтесь нашим,— сказал на прощание Стой- пе.^-А кмет и сборщик на­ логов пусть пеняют на себя, если мне где-нибудь попа­ дутся... Он исчез в кустах. А я побежал к дедушке помогать ему и все допы­ тывался у него... —Скажи,а какой он из се­ бя, этот Ленин, который ца­ ря одолел? —Откровенно говоря, вну­ чок, и я знаю не больше тебя. Старый и неграмотный человек—словно ребенок. Но ты растёшь, а я... Тебе нуж­ но учиться, чтобы всё знать п всё увидеть. Имя этого человека нужно бы запом­ нить. Так как, бишь, его?... —Ленин, дедушка,-Ленин! —повторял я. Мы нагружали телегу дро­ вами, и дедушка что-то шеп­ тал своим беззубым ртом.Но движению его я догадался, что он по слогам повторял имя Ленина. А когда война кончилась и Стойне Димитров вернулся домой, в нашем село была создана партийная организа­ ция. Имя Лепина в то время было уже известно даже жителям самых отдаленных горных селений... г. София. н •»«*»»*>*»«< >♦♦»♦♦♦♦♦♦♦•♦♦♦« ■ Мозг класса, дело класса, | ; сила класса , слава класса —-1 вот что такое партия.\ Партия и Ленин — | близнецы-братья— * кто более : матери-исто-1 рии ценен Мы говорим Ленин, - подразумеваем —| : партия , : Мы говорим. партия, подразумеваем —| Ленин. I В. Маяковский. [ ииинииим« *♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦*