Вперед. 2024 г. (с. Волово)

 № 18 (10 065)  07 МАЯ 2024 ГОДА   ГАЗЕТА ВОЛОВСКОГО ОКРУГА ЛИПЕЦКОЙ ОБЛАСТИ ВПЕР Ё Д 2 Память Экипаж— одна семья! Летчик Афанасий Трушкин и его боевые товарищи освобождали Волово от фашистов Оккупация района длилась семь месяцев, с июля 1942 года. 26 января 1943-го насту- пилдолгожданныйдень: 325-й полк, в составе которого вое- вал экипаж Трушкина, вошел в село. Днемранее, 25-го числа, произошло резкое похолода- ние до 35 градусов. Техники готовили машины к боевому вылету, а в землянке летчи- ки и штурманы, развернув карты, внимательно слушали командира. Он сказал: «По данным раз- ведки, на узловуюжелезнодорож- ную станцию Касторная при- бывают эшелоны, в основном «Мессершмитты 110». Наша цель — нанести удар, бомбовая нагрузка — 2 800 килограммов на самолет». Начальникштаба полка под- полковник Роман Васильевич Андреев огласил приказ. Ли- дером-осветителем назначен командир 1-й эскадрильимайор Кацюржинский. Перечислив личный состав бомбардиров- щиков, добавил: «Фотографи- рование результатов бомбо- метания производит экипаж Трушкина со штурманом стар- шим лейтенантом Трофимом Пасиченко. Над Касторным бу- дут самолеты других полков, надо иметь это в виду». Ночью Афанасий Трушкин с товарищами вылетел на боевое задание. Из восьми человек по- гибли пять, спастись удалось двоим. Штурман отряда лей- тенант Пасиченко перенес са- мое страшное — гитлеровцы схватили его в плен, вывели на расстрел. 25 января 1943 года Трушкин получил приказ и совершил взлет в числе первых. Стояла ясная погода, наружный термо- метр показывал 35 градусов мо- роза. На темно-синем небе све- тила Луна, «перемигивались» звезды. Четыре мотора, рассекая винтами холодный воздух, лег- ко разогнали бомбардировщик. Каждый выполнял свои обязан- ности: капитан Афанасий Труш- кин и второй пилот Василий Ко- шелев, отрегулировав моторы, наблюдали за контрольными приборами. Кабина летчиков открыта, приходилось одеваться как можно теплее — меховые комбинезоны, лохматые унты, с шелковымутеплителемшлемы. Чтобы не обморозить лица, ис- пользовали маски. Кабина штурмана находи- лась в передней части самолета. Проверив расчеты, он сложил карту, на клочке бумаги напи- сал: «Линия фронта — 21-30». Передал текст командиру, подо- шел к радисту, осмотрел люки. Еще перед вылетом на боевое задание экипаж решил, что для наибольшего поражения враже- ской цели следует сделать семь заходов, сбрасывая по четыре бомбы. Здесь, у бомболюков, штурманПасиченко встретился с бортмехаником Соловьевым, который продолжал тщательно осматривать моторы. За контрольнымиприборами управлялся бортмеханик лейте- нант Плаксенко, стрелок-радист передавал радиограмму. Воз- душные снайперыДробушков и Устинов, прильнув к пулеметам, пристально вглядывались вдаль за появлением фашистских стервятников. Линия фронта на- ходилась в 35-40 километрах, ее преодолели на высоте 2 100ме- тров. В районе станции Кшень что-то горело. А в обозначенном на карте населенномпункте Ло- мигоры со стороны противни- ка беспрерывно продолжались пулеметные очереди, в ответ били «катюши». Над Касторным темно-синее небо прошивали красные искры автоматической пушки. Прожектора, как щу- пальца, впивались в тихоход- ный четырехмоторный ТБ-3. Густые черныешапки разрывов крупнокалиберных зенитных снарядов пестрели в оранжевом горизонте и приближались к са- молетам. Огнем были охвачены эшелоны на станции. Шесть раз экипаж Трушки- на успешно заходил на не- приятельские объекты, в 7-й штурман Пасиченко сбросил последние бомбы. Афанасий Трушкин и Василий Кошелев развернулина обратный курс. В этот момент лучипрожекто- ров «захватили» наштяжелый бомбардировщик, сразу же в правой плоскости разорвался снаряд. Черный шлейф дыма потянулся за подбитым са- молетом. Экипаж предпри- нял попытки удержать его в горизонтальном положении. Соловьев иПлаксенко затыка- ли пробоины бензобака асбе- стом, тряпками. На помощь им бросились Дробушков и Мер- кулов, но пламя разгоралось. До линии фронта дотянуть не удалось — самолет вошел в крутую спираль, разваливаясь в воздухе и стремительно на- правляясь вниз. Пасиченко выполз на мостик к пилотам, их уже не было. На малой высоте штурману уда- лось оттолкнуться от горяще- го ТБ-3, дернуть за кольцо па- рашюта. Купол раскрылся, а штурман всем телом ударился о промерзшую землю. В овраж- ном сугробе его перевернуло несколько раз, парашют накрыл тело. В тишине услышал глу- хуюотдаленную стрельбу. Когда она прекратилась, Пасиченко медленно поднялся, сбросил с себя купол и увидел горящий вдалеке самолет, подобрался к его обломкам. Рядом лежали погибшие товарищи из экипа- жа — Соловьев, Меркулов, Дро- бушков. Было около двух часов ночи, вокруг белела степь, а там, вдалеке, полыхало Касторное. Сильно болела грудь, ушиб- ленная при приземлении. Труд- но дышать, даже ступить шаг, но идти надо! Мысленно про- стившись с товарищами, Паси- ченко побрел по сугробам. Часов в семь утра, 26 января 1943-го, услышал лай собак, впереди — село. Штурман перелез через из- городь плохонькой избенки, на которую, думал, немцы не по- смотрят. Из дома вышел старик, пустил его укрыться до вечера, принес соломы. Неимоверная усталость взяла верх, штурман задремал. Когда очнулся и открыл гла- за, трое гитлеровцев направили на него автоматы. Пасиченко поднялся, вылез из-под печки, куда его спрятал хозяин. Обе- скураженный старик стоял у двери, он не успел предупре- дить раненого летчика. При- вели в комендатуру, где на- ходился еще один пленный, молодой летчик-истребитель, назвавший себя Галочкиным. Успел сказать, что вел неравный воздушный бой сразу с тремя «мессерами», на подбитой ма- шине возвращался к своим. До линии фронта не дотянул, вы- прыгнул с парашютом, попал в плен. Вечером 26 января обоих летчиков связали и повели в степь. В морозной ночи разда- лось несколько выстрелов. Про- шитые пулями воины упали. Гитлеровцы осветили карман- ными фонариками лица рас- стрелянных, сняли с них унты, верхнюю одежду, забросали тела мерзлыми комьями. На- ступила тишина... Вдруг могила «зашевели- лась». Трофим Пасиченко смог выбраться наверх, снег окро- пился пятнами крови. Спустил- ся в овраг, снял и разорвал ниж- нюю рубаху. Одним клочком перевязал рану нашее, другими обвязал ноги, они стали как ко- лодки. Подутро забрелна окраи- ну деревни. Пробрался в сарай, зарылся в солому. Бой приближался. Сюда про- рвались части советских войск, фашисты отступали на запад. Красноармейцы подобрали штурмана на дороге, он был без сознания. Отнесли в медсанбат танкового батальона, привели в чувство. На следующий день офицера отправили самолетом в полковой лазарет. «Воскресшему из мертвых» снова удалось встретиться со своими. У койки стоял ко- мандир эскадрильи майор Кацюржинский. Они вместе преподавали в авиаучилище, отправились на фронт, участво- вали в боях под Москвой. Судь- ба связала их неразрывными узами дружбы. Командир эска- дрильи, увидев забинтованного штурмана, не сдержал слез. В лазарет приходили однопол- чане. Приносили гостинцы, письма и приветы, желали вы- здоровления. Пасиченко угро- жала гангрена. Врачи решили ампутировать ноги, но хирург Уфимского госпиталя ограни- чился ампутацией пяток. Через год Трофим Плато- нович на костылях вышел из вагона пассажирского поезда, прибывшего в Оренбург. Здесь, на улице Челюскинцев, жила его семья. Штурман все же вернулся в авиацию, обучал молодежь в военном училище. После По- беды работал заместителемна- чальника Грозненского аэро- порта, заместителемдиректора электромеханического завода в Оренбурге. Бывшийштурман награжден двумя орденами Красного Знамени, медалями... В тех боях многие бомбарди- ровщики, получив пробоины, прилетали обратно на аэро- дром. В жарко натопленной землянке начальник штаба полковник Андреев принимал рапорты экипажей. Вошел зам- полит, тихо произнес: «Трушкин не вернулся». Летчики быстро встали, обступили Хачатура Петросянца, который, тяжело вздохнув, сказал: «Последняя радиограмма: «Иду на врага». Вскоре в полк возвратился Василий Кошелев. Вместо мо- лодого паренька с красивым веселым лицом перед сослу- живцами стоял воин с суровы- ми глазами. От него все узнали о судьбе командира отряда капи- тана Афанасия Трушкина. Когда фашистский снаряд поджег бомбардировщик, лет- чики пытались пересечь линию фронта, но горящий самолет не слушался управления. Трушкин приказал экипажу прыгать с парашютами, покинул кабину и сам, приземлился у местечка Куганы. Не успев сбросить па- рашют, заметил приближаю- щихся немцев. Капитан погиб в перестрелке. 28 января 1943 года из де- ревни выбили фашистов. Все население, солдаты и офи- церы, второй пилот Василий Кошелев, воздушный стрелок Василий Устименко извлек- ли из-под обломков обгорев- шие тела погибших товари- щей— Соловьева, Меркулова, Дробушкова, Плаксенко, не успевших покинуть самолет, нашли окровавленное тело Трушкина. Всех с почестями захоронили в колхозном сади- ке (Дедов лес). Позднее их прах был перенесен в братскуюмо- гилу села Новопавловка. Кошелева и Устименко спас житель деревни Куганы Иван Петрович Степочкин, надежно спрятавший летчиков. Гитле- ровцы трое суток тщетно пыта- лись их найти. По ночам жена Ивана Петровича и дочь Мария носили им пищу. Трушкин был общимлюбим- цемв полку, все сожалели о слу- чившемся. Тяжелее пришлось его жене, медицинской сестре Елене Терентьевне. Население не забывает геро- изм отважного экипажа. Про- летят еще десятилетия «И под- виги эти войдут, как светоч, в столетья седые...» С.Бачурин, учитель истории и общество- знания. (Материал и фото из архива школьного музея села Васи- льевка.) ] Командир самолета авиаполка Афанасий Трушкин перед вылетом на задание. / ФОТО: ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ.