Вперед. 1999 г. (с. Волово)
ОПАЛЕННАЯ ЮНОСТЬ Война, оккупация. С этими словами у пожило го поколения воловцев связаны самые тяжелые воспоминания. По их ис терзанным судьбам бес пощадно пронеслись го ре и разруха. Очевидцы событий тех огненных лет с болью в душе приотк рывают нам странички своей молодости. Но многим не суждено было дожить до светлого часа освобождения. Мирное население района дважды пережило нашествие немецко-фа шистских захватчиков. Выдержали седоволосые старики-инвалиды, по черневшие от безутеш ных слез женщины, оси ротевшие детишки. О произволе, чинимом на воловской земле гитле ровцами, не понаслышке знает уроженец с.Вы шнее Большое Василий Иванович Подоприхин. В 1941-м ему исполнилось пятнадцать. Война перечеркнула все мечты Василия. Па ренек уже подумывал о том, что со временем за кончит курсы механиза торов, освоит новенький трактор. А еще хотелось научиться играть на трех рядке и звездными вече рами завлекать местных красавиц переливистыми звуками гармошки. Отец Иван Федорович С матерью Марией Мак симовной да старшим братом Петром работали в колхозе имени Вороши лова (так назывался ны нешний кооператив "Ро дина") за трудодни. Худо ли, бедно, а в подворье содержали скотинку, раз водили птицу. К тому же глава семьи слыл в окру ге хорошим плотником. И в то скорбное воскре сенье 22-го июня Подо- прихины привычно хлопо тали в своем хозяйстве. Сообщение о веро ломном нападении фа шистской Германии на Советский Союз селяне встретили холодным мол чанием. А когда прошло оцепенение, стали мужи ки собираться у правле ния колхоза. Все судили- рядили: одолеем ли гер манца к осени? Те, кто постарше да поопытней, закалки гражданской войны, были куда осто рожнее в высказываниях: "Немец-то вояка упор ный..." В домах большов- ^ е в вместе с повестками райвоенкомата прибави лось материнских слез. Получил ее и старший брат Василия. Письмо он прислал из Хабаровска, незадолго до прихода ок купантов. Сообщал, что обучается в школе млад ших командиров. Но, уточнил, по указанному адресу мне не пишите, впереди фронт. Это была единственная и послед няя весточка Петра Ива новича Подоприхина род ным. О его дальнейшей судьбе ничего неизвест но. Конец осени - начало зимы 41-го выдались на редкость морозными и снежными. О появлении в селе фашистов Васи лий узнал от родителей. Взрослое население под дулами автоматов собра ли возле только что об разованной комендатуры. Ветер пронизывал до ко стей. В гнетущем ожида нии люди смотрели на эсэсовцев. Скоро на ло маном русском донес лось обращение. Мол, доблестная немецкая ар мия освободила вас от большевизма. Вот-вот падет Москва, подчиняй тесь нам! Боязни к врагу тогда не чувствовалось, но кулаки сжимались от ненависти и безысходно сти. На оккупированной т е р р и т о р и и з а х в а т ч и к и установили свой режим. Каждое утро заставляли отмечаться у начальника комендатуры, насильно выгоняли расчищать снежные заносы, вырав нивать обледеневшие проездные пути для бро нетехники. Солдаты "до блестного вермахта" ра ди собственного развле чения избивали стариков, не щадили ребятишек. Ткнет, бывало, мальчуга на прикладом в спину, да даст автоматную очередь чуть выше головы. А сам хохочет и что-то свое ло почет по-немецки. На сы тых, холеных лицах офи церов прослеживалось эдакое пренебрежение к русскому народу, грани чащее с коварством и жестокостью. Никогда не сотрется из памяти В.И.Подоприхина та де кабрьская ночь 41 -го , когда озверевшие фаши сты в крестьянской избе сожгли заживо 56 ни в чем не повинных мужчин. Так гитлеровцы рассчи тывали сломить волю и патриотизм советских людей, чтобы завершить войну в ближайшие дни. Восьмого декабря под ударами частей Красной Армии они были вынуж дены отступить. Разве мог предположить Васи лий, что в родные сердцу места опять нагрянут не навистные враги. Июнь 42-го. Жаркой летней ночью канонада войны подкатилась к рай ону. События этих долгих месяцев второй оккупа ции В.И.Подоприхин пе реживает заново. И по- прежнему сердце щемит безутешной болью... Однажды раздался громкий стук в окно. Взволнованная мать от ворила дверной засов. - Эй, хозяйка! - раз дался зычный голос пол ицейского . - Сын-то Васька дома? Его срочно т р е б у ю т в к о м е н д а т у р у . На сей раз она распо лагалась в Лачиново. В.Подоприхин успел только одеть самодель ные оборочки и крепко обнять запричитавшую мать. Колонну около сот ни человек под надзором автоматчиков с овчарка ми, подгоняя, вели всю ночь. Вместе с Василием забрали его друга-одно- фамильца Николая Подо прихина да еще 15 вы- шнебольшовцев. К утру следующего дня их при вели на станцию Кшень. Несколько суток путь не вольников лежал через Мармыжи в Расховец. Колонну располовинили. Взрослых отвели в сто рону, молодежь выстрои ли поодаль. - Неужели расстреля ют? - мелькнула в голове жуткая мысль. Однако фашисты ре шили использовать жи вую рабочую силу в вос становлении разбитого железнодорожного по лотна. Трудно предположить, как сложилась дальней шая судьба Василия, ес ли б не представился случай дерзкого побега. Во время налета совет ской авиации охранники заметались в панике, а парнишка бросился пря миком в лес. Долго блу дил Подоприхин среди незнакомых равнин, пока тропинка не вывела его к опустевшей деревеньке. Но услышав лай собак, повернул в другую сторо ну. Выбившись из сил. словно во сне, В.Подо прихин добрел до поко сившейся соломенной хаты. Старушка на свой страх и риск пустила его переночевать. Фашисты не стали искать пропав шего, видимо, посчитали убитым во время бом бежки... В окно дома кто-то тихо-тихо постучал. - Мать, есть немцы в селе? - прошептал из темноты незнакомец. - Надо вот раненого спря тать, - умолял стройный мужчина в полевой фор ме. Раненого бойца ре шили спрятать в забро шенной конюшне, куда и прежде фашисты редко заглядывали. Украдкой Василий приносил ему пищу, а выздоравливаю щий красноармеец рас сказал ему о положении дел на фронтах Великой Отечественной. Уж сколь ко пролетело дней после этого случая. В ходе Кур- ско-Касторенской опера ции оккупантов выбили из района. Теперь на всегда. Однажды на по роге дома Подоприхиных появились два красноар мейца. Улыбаясь, спро сили Василия: "Парниш ка, не узнаешь нас?" По сле паузы один добавил, поправляя шинель: "Я и есть тот самый ране ный..." Прощаясь, крас ноармейцы выделили ему из солдатского пайка бу ханку хлеба и банку кон сервов... В 1943 -м Василия Ивановича Подоприхина призвали в ряды Красной Армии. Воевал наш зем ляк в составе 867-го от дельного автотранспорт ного батальона СВГК. От Смоленска до Берлина протянулся его нелегкий путь к Победе - путь му жества, патриотизма, расплаты за поруганные врагом родные села, скорбь и унижения мир ных жителей. Сегодня 56-я годов щина освобождения рай она от немецко-фашист ских захватчиков. В.И.По доприхин вспомнит свою опаленную юность, тай ком смахнет непрошен ную слезу... Г.ЕСАУЛОВ. (Наш корр.). СМВМ 4 А Этот случай про изошел с Екатериной ^ Засимовной Ромашкн- ной во время минув шей войны. Жила она то гд а с м атерью , братьями и сестрами в Васильевке, где роди лась, выросла и живет до сих пор . О тец с гражданской вернулся больной и в 1933-м умер от ран. Воспиты- вала их мать. Когда немцы окку- пирювали наш район, Кате как раз 18 испол- ^ НИЛ ось. Фашисты за ставляли женщин рыть о к о пы . С о б и р ал и и _ пригоняли их на рабо- ту рано утром и лишь поздно вечером отпу скали домой. Однажды, в лютые январские морозы, не мцы, чтобы согреться, развели костер, собра лись около него и ду мать забыли прю жен щин. А те, одетые в плохонькие одежонки, продрогли совсем, да и смеркаться уже стало. Екатерина была не из робкого десятка и, не выдержав , крикнула, обр ащ ая с ь к группе охранников: "Вы когда нас домой отпустите? Самим-то, вон, тепло небось". К женщинам приблизился один из гитлеровцев и наста вил на Катю пистолет. Все оцепенели, а не мец стоит и смотрит на девушк)' испытыва- юше. Что надеялся он прочесть в ее глазах? Конечно, страх и отча янье. А увидел злость и презрение. Казалось, время остановилось . Мгновения Екатерине показались вечностью. Не выдержала дев>лика и закричала: "Ну стре ляй же! Чего ждешь?" Ф аш и с т м ед л ен н о опустил оружие и рез ко ответил: "Все нах .хаус!" (домой, значит). И уже более миролю биво добавил: "Сме лый , Катя, Если бы побежал-застрелил!” (Окончание на 4 стр.) ш г На мраморных плитах в зале Победы Централь ного музея Вооруженных Сил СССР высечены имена наших земляков. Героев Советского Союза Ф.И.Ба чурина и И.А.Солдатова. МУЖА ОТДАЛА (Окончание. Начало на 1 стр.) Заголосили они, обнялись. Смешались сле зы радости с горючими слезами утрат и по терь. Оплакивала Паша и свою вдовью долю, и мужа своего, сложившего голову на поле брани за детей и внуков, за мирное небо над их головами. Наверное, про таких, как Прасковья Пет ровна, написаны строки: "Сыновей растила, Сон их стерегла. А война случилась Мужа отдала!" Только не сыновья, а дочки подрастали у нее. Старшей, когда закончилась война, 6 исполнилось, а младшей - три. Шло время. Восстанавливалось ра зру шенное войной хозяйство. Прасковья р а ботала в колхозе "Волна революции" (по том он стал именоваться "Великий О к тябрь"). Много испытаний выпало на ее долю и в послевоенные годы. В память врезался один случай. Это было в пяти десятые. Осталась она на один день до ма, дочек к школе собрать, что-то пости рать, заштопать, чтоб не хуже других р е бятиш ки были. А за это п ред седа тель колхоза лишил ее хлеба, который выда вали на трудодни. Горько и обидно стало Прасковье. Вступился за нее брат мужа Егор Никифорович, который тогда у них с семьей гостил. И заработанное все до посл ед не го зерныш ка отдали . Плакала Паша, думая: "Без мужика и обидеть зн а чит можно. Работаю, как вол, зачем же так ко мне?" Но не держала долго зла. Простила. В труде и з а б о т е пролетело время . Дочки выросли. Сами теперь бабушками стали. А Прасковье Петровне уже 87 . Ко г да по телевидению показывают хронику Великой Отечественной , у бабушки Паши, как называют ее правнуки , всяк 1 . " раз больно сжимается сердце и бе гут по морщинкам слезы. И.ВАСИЛЬЕВА. На снимке: П.П.Скрябина. (Фото из се.мейного а. 1 ьбо.ма). г Родина! В наплыве грозных туч Мужеством возвышенное слово Ломигор коснулось и Волово, Тихой речки безымянных круч. Речка Кшень, больней иных примет Все ещ е сквозит былая рана Бронелобый след Гудериана: Слава Богу, разворотный след. ' ". ' . . . ■ ■ ■ I I . . I I . . ............................. .... I. I I I I стр. “ВПЕРЕД” 27 января 1999 г. № 8 (6774)
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz