Восход. 1991 г. (с. Измалково)

« ■ 0 С Х 0 Д 1 ■7 сентября 1991 г о д а ^ З стр. т фНА ПОЭТИЧЕСКОЙ ВОЛНЕ Осенние мот йвы « ж и т е й с к а я ИСТОРИЯ Мы с супругой любим смотреть телевизор. Дел по хозяйству много, но все-таки стремимся успеть посидеть у голубого экрана, В прош - лом году несколько раз смотрели передачи с демон страцией французских моде лей одежды. Восхищению нашему не было предела. Особенно приглянулся глав ный модельер. Худенький такой, горбоносенький. Ну вылитый я. Вот только он ку черявый, а я лысый. Созна ться, не отчаиваюсь. Врачи говорят, лысина — признак бывшей кучерявости. Смотрел эту повторяющу юся передачу раза три к ря ду. До сих пор впечатления покоя не дают. Еще бы: гла за в глаза смотрели, куда я пойду, туда и он голову по ворачивает. И интересно, и жутковато немного. А потом что твориться ста ло. Вроде бы подвергся я телепатии. На дальнем рас­ стоянии мы друг друга мы ели узнавали, да и действия тоже. Закрою глаза, а пере до мной такая картина воз никает. Он, мо^;ельер тот, то ножом полоснет по ма - терии из конца в конец, то ножницами выкраивает. По том мигом сшивает куски не машинке. И вот уже изде лие на манекен одевает, зо вет симпатичную девчину из приемки. Тв дает хоро - Шую оценку. Овладела мною с тех пор бессонница. Посмотрел как- то утром на свои брюки, ру башку, пиджак и говорю суп руге: пора мне покупать такой костюм, какой по те­ левизору видел, хотя он и дорогой. Хочу на француз­ ский манер одеваться. А она говорит, ты что рехнулся старый, может те бе приснилось все. Штаны то твои еще ничего выгля­ дят, а если их хорошо от­ стирать и погладить, то мож но еще и на мотаню ходить, Поспорили малость, но уступила супруга. Договори лись все же купить костюм. Правда, история с маслом была. Но вот день наступил. СО ыВшаяоя.мечта Деньги завернул в платок, спрятал подальше. С хоро­ шим настроением прибыл в райцентр, нашел двухэтаж - ный магазин, спросил, где костюмами торгуют. Иду в отдел «Одежда», а тут продавщица на пути мне палкой дорогу перекрыла, А уже вижу на вешалке чер ный костюм, другими цвета ми отливающий, как радуга после дождя. Ну все-таки пропустила. Сопровождала меня уже другая. Подхожу к костюму, дух захватывает, А она мне: «Что дед или жениться собрался, зачем костюм-то?» Нужен, говорю и баста. — Пусть так, — прогово рила продавщица, а квитан ция за сданное масло у тебя есть? — Ну как же, говорю. Не легко ее добыть, правда, было, Взя ^1 и рассказал, как она досталась мне. Знаешь, милая, говорю, мудреное это сейчас дело. Рынка у нас нет, на дому масло де­ лать давно перестали. Ну ес ли только для себя кто сби вает. Одним словом дефи - цит. В магазине не купишь, по талонам масло отпуска­ ется, Один выход — обра - титься к людям, имеющим доступ к производству этой продукции. Пробовал исполь зовать местные каналы. Обе щали, но путного ничего не вышло. Приносили доярки с фермы молоко, учили как его в маелр преобразо вать. Вскипятить, заквасить, сбить. Долгое это дело, ска жу вам, да и не по силам старичку. Другой выход на до было искать. А подсказа ла его соседка Фекла. — Ты, Филимон, — гово р 4 ^т, — к маслозаводским в райцентре обратись. Да не к начальству, а с самого низу, с уборщицы начинай. Уверена, добьешься своего. Там многие, как говорят на каком-то жаргоне, одной ве ревочкой повязаны. Не при воровывагот, а вроде бы по неписанному и негласному разрешению свою долю бе рут. Считают, грешно в мае ле «копаться», а у себя на столе его не иметь. Точно знаю, что и для бизнесу при хватывают. Ну, а в против - ном случае не постесняйся и к директору постучать. Как ветерану тебе не отка­ жет. Пошевелил я мозгами ма лость, прикинул что к чему, решил рискнуть. Сумку в ру ки, и на попутке двинул в райцентр. До завода доб раться труда не составило, вот только «первого» чело­ века на .месте не оказалось. — На что же она тебе, родственница что ли или как? — с хитроватой улыб - кой спросила средних лет женщина в белом халате с желтыми пятнами на полах. Стою, бороду тереблю, думаю, сказать что ли ей о цели появления своего здесь. А она участливо так продолжает допытываться: — А может нужда какая тебя, дедуля, сюда привела, может нужно что, говори не стесняйся. Сможем, помо­ жем. клюнул я на ее слова, с детства у меня привычка та кая — людям доверяться. Угадала дочка, говорю. С просьбой пожаловал. И на­ чал откровенничать. Как на должен, что у одной меня сразу такого количества нет. Значит к своим обратиться придется. Мне за хлопоты, им за участие по нескольку рубликов накинуть надо. За срочность дела, ведь заказа раньше от тебя не бь:ло, то же самое. Бее пальчики-то в руке загнул? Вижу и на склоне лет арифметики не забыл. Да-да, стольная полу чается. Ну как, согласен? Что делать. И костюм пе ред глазами стоит, и сторуб Левку жалко, С ноги на но­ гу переминаюсь. От ее ито га в пот ударило, во рту пе ресохло, А она, вижу, в ли це меняться стала, улыбки на нем уже нет. Еще секун ду, повергТется и уйдет, да чего доброго пару ласковых вместо до свиданья скажет. Что делать? Будь по-твое му, говорю. Я за ценой не постою. — Молодец, старина, ус лышал я, а та, что передо мной была в белом халате уже упорхнула, захватив с собою мою холщовую хо­ зяйственную сумочку. Минут через пятнадцать вернулась, с ней, увесистой, проводила через какой-то запасной вы ход с территории, как близ кого родственника, даже ру ку на прощанье подала. В Осень, осень, золотым покровом Ть] всечасно радуешь меня... У жнивья, колючего и злого, Изумрудом блещут зеленя. Жизнь всегда граничит с увяданьем. Но, живя, живущее храня. Человек, любуясь мирозданьем. Не вздувай военного огня! Выйдет в космос мощная ракета. Корабли отправятся в моря, — Чти природу: ты на этом свете Существуешь ей благодаря. Ж41 Солнце все сильнее, все лучистей. За рекой сышнее голоса. ^ Паутину, свитую меж • листьев. Унизала бусами роса. Я люблю распаханные степи И соломы золото люблю. Хорошо, сорвав с затылка кепи, Помахать, как другу ж.уравлю. * * * I я здесь как свой, хотя совсем не здешний. Осенний лес—приятель мне и друг. Шершавыми ладонями орешник Касается волос моих и рук. Срываю желтоватые комочки. Мне кажется, что где-то рядом ты —• Волнистый локон, ямочка на щечках. Глаза неповторимой красоты. Твой образ так пленителен и дорог, В нем безграничны ласка и любовь. Ловлю я чутким ухом каждый шорох: Быть может, это нежный голос твой?.. Ты мне расскажешь о веселой свадьбе, Где ты была прелестной тамадой. А мне сейчас к груди тебя прижать бы И в море счастья утонуть с тобой. А мне бы завтра вновь тебя увидеть. Ты озаришь собой лесную тьму. И узкий месяц будет не в обиде. Что видеть все не довелось ему, « * • Уже от нивы и от рощи Пахнуло осенью. Легко... Заря, как простыню, полощет Туман, лежащий над рекой. Иной сезон- - иные песни, О грустной сырости земли В необозримом поднебесье Тихонько стонут журавли. Зато от шороха лесного. От сочной тяжести садов Волшебной сказкой веет снова. Красивой музыкой без слов. Махну восторженно рукою, Задорно крикну в синеву, Любви и радости не скрою К тому, где вырос и живу. Е. ВЫСТАВКИН. духу рассказал и о передачах нее и сторублевку вложил, телевизионных, и о моделье — Вот такая история, — ре, о желании своем сума- говорю продавщице.-- Прав сбродном, от которого мне да, заготконтору еще посе в жизсть не избавиться. тил. Ну, а теперь вот, дер- А она уж совсем по-свой жите квитанцию и выписывай ски со мной. Так. мол, доб те чек на покупку, рый человек, а сколько же — Так прям и сразу? тебе под встречную прода удивилась работник прилав I сердце! Стоит жить. Сердце я взорвать готов,— Мне не жаль такого храма, Если в нем сама любовь Уступила место хламу. Только в этакую рань Спать., какое преступленье! Пусть же в муках новых ран Ищет сердце искупленье! И я знаю, что тогда— Откупного после срока — Все же ты мне скажешь «да»: Ты не очень ведь жестока... жу шикарного костюма мае лица-то надо? Я тут совсем душой вое - прянул. Права, мать честная, Фекла оказалась. Мир и впра вду не без добрых людей. Три кило, говорю. —И всего-то? ленно подняла брови масло делица, — Ну да ладно. Только знаешь, дедуля, по де фицитному времени цена будет не магазинная. Как сейчас принято, в два раза больше. Это раз. А дальше прикидывай. Ты вразуметь ка. - Костюмчик этот для привлечения внимания поку пателей висит. Он в единст венном экземпляре. Так что пошевели мозгами. А что тут шевелить. По - нял я сразу, куда клонит, удив - Только лишней сотни стару ха не дала. Ушел ни с чем. Придется квитанцию и меч ту свою до следующей пен сии приберечь. Но хватит ли ее аппетит вымогателей утолить, не знаю. А. ИВАНОВ. Если там, за гранью муки Могут счастье подарить Нежно-трепетные руки. Все просто, кроме соловья: Живой, малюсенький комочек; Но что умней того ручья. Той песни юной летней ночи! И человек, такой большой, Поверженный, клонится кленом; Но растревоженной душой Вдруг распрямляется влюбленно. Он полон тайны, этот миг; Как будто ты родился снова. Как будто сказку ты постиг. Сроднившись с соловьиным словом. и станет сладким созерцанье И жизни долгого ручья; И после скажешь на прощанье: Все просто, кроме соловья. • *« Трудились как-то плотники в ДК, Пришел к ним сам директор заведенья: Помочь он им сгорал от нетерпенья Уроком их родного языка. Эстет, служитель творческого мира Такие перлы мата выдавал. У плотников виски аж заломило, А он свое — весь день не уставал. Сгорали работяги от стыда, Не слушались — болели руки, плечи— И проклят мат был ими навсегда. Вот так приходит к нам культура речи. М. ПОЛУКАРОВ. «ЮМОРЕСКА О б и д а Давай сфотографируемся. Фотоэтюд А. Сасина. Он спешил к ней. С тру дом надел новую рубашку. Рукава куда-то исчезали, пу тались, а галстук все развя зывался. Уж считанные минут ки оставались до назначен ного времени, а он еще не выходил из дома. Васьков ский волнуется, спешит. Да и ОНА, видимо, ждет его. Наконец-то он вышел на улицу, вдохнул вечернего воздуха. Он так старается, так спешит. Только ноги по чему-то плохо. слушаюРС'я. Земля будто намагниченная, притягивает их к себе, затру дкяет ходьбу. Васьковский с усилием старается отры вать ноги от земли и широ ко шагать. Он спешит к НЕЙ, так спешит. Радость и трево га предстоящей встречи на полнили его грудь. Она ведь тоже ждет. Вот и дом, где живет лю бимая. На крылечке он чу ток задержался. Открыл входную дверь. За дверью зачем-то еще одна. Еще. Он открывал их и шел по длин ному коридору. Ему приш лось много их открывать, прежде чем дойти до НЕЕ. Найти ЕЕ комнату. И вот — счастье. Навстречу шла она е легком розовом с глубо - КИМ вырезом платье. Ее пле чи манили к себе. Она была такая, что затмила бы всех красавиц земли. Улыбка ЕЕ полуоткрытого рта пленила Васьковского. Он остановил ся перед НЕЮ. Силы поки дали его, хотя он старался сделать хотя бы шаг к НЕЙ. В руках у него оказались самые чудесные на свете цветы. Он протянул ЕЙ 6 у кет. Миг и она с благодар ностью прикасается к нему. Васьковский приготовился ощутить неописуемое бла женство. А тут... Какая доса да... Какая обида... Васьков ский проснулся. В. ОЗЕРСКИЙ.