Восход. 1985 г. (с. Измалково)

•восход» 7 декабря 1985 года 3 стр. СТРАНИЦА ВЫХОД НОГО Д НЯ РЕБЕНОК СМОТРИТ В МИР. Фотоэтюд В. Фролова. НА ТЕМЫ МОРАЛИ Нищ ие д у х о т На автобусной остановке, не стесняясь прохожих, стоящих поблизости жен- жин и подростков, упраж­ нялись «в красноречии» молодые парни. Они либо учатся в училище, либо только вступили в трудо­ вую жизнь. Пересыпая бранной шелухой, ожидаю­ щие автобуса парни расска зывали друг другу пошлос­ ти. — Неужели вас в школе этому учили?— возмутилась одна из женщин,— вы- же не одни, здесь дети. — Они поболе нас с то­ бой знают,— оборвал гру­ биян с подкрашенной ше­ велюрой. Лишь вмешатель­ ство мужчины охладило пыл желторотого наглеца. В самом деле, откуда растут такие? В какой семье воспитываются? Кто их учил? Читают ли они вооб­ ще что-нибудь? Уверен, что нет. Классики русской и со­ ветской литературы учат нас оберегать, любить рус­ ский язык. Мы по праву гордимся им. Это язык Пушкина и Чехова, Турге­ нева и Толстого, Это язык великого Ленина. Он поис­ тине велик и могуч. Так кто дал право глумиться над ним? Помнится, как рассказывал нам учитель- с()ронтоаик о Льве Никола­ евиче Толстом, который дал миру бессмертные произве дения. Говорил ли он так, утверждать не могу. Но слова учителя - фронтовика запомнились крепко. Вот они: «Если бы я был ца­ рем, волей своей тех, кто портит русский зык, прого­ нял бы сквозь палочный строй». Люди, пересыпающие свою речь нецензурщиной, бед­ ны словесным запасом, ни­ щи духом. Их образное мышление пошло и грязно. А что же те, которых боль­ шинство? К сожалению, по­ рой мы стараемся не заме­ чать, не слышать брань, хо­ тя мысленно возмущаемся. Боимся одернуть хамовато­ го попутчика, собеседника. А те наглеют, не стесняют­ ся ни взрослых, ни детей. Вчерашний школьник счи­ тает себя достаточно взрос лым, уже подражает тем, кто далек от культуры, тем, кто засоряет свою речь чуждыми словами. Думаю, что против тако­ го зла, как и против пьян­ ства, всем нам необходимо объединить свои усилия, самым решительным обра­ зом пресекать матерную брань. Уверен, что многие, осо­ бенно из числа людей . старшего поколения, под- держат меня. Но мало одо­ брить в душе, важно са- ' мим проявить мужество, , одернув зарвавшегося под­ ростка, чтобы тот почуаст- | вовал к себе нетерпимость. Иначе этот разговор впус-; тую. ; М. АЛАДКОВ. ; Н. Ф. Пинчук сразу в послевоенные годы работал в Измалковском райкоме ВЛКСМ. Затем стал журнали­ стом, работая в районных газетах нашей области, Ор- В день свадьбы трактори- _________ _______ сту Никите Пьяных друзья подарили коричневого пе­ туха. Незамысловатая по­ делка местного гончара Савелия вызвала неописуе­ мый восторг гостей. Петух и впрямь развеселил сва­ дебное застолье. Коричне­ вый, зеленоглазый, с рас­ крытым до положения «ку- ка-ре-ку» красным клювом, он воинственно возвышал­ ся над зажаренными пер­ натыми собратьями, уго­ дившими на стол по слу­ чаю торжества, демонстри­ руя свое глиняно-глазур­ ное преимущество. И еще одно преимущест­ во, кроме его несъедобно­ сти, было у коричневого петуха. Чрево его ем­ костью литра в полтора заполнялось подкрашенным первачом. После этого пе­ тух обретал еще большую весомость, и, ^«азалосьг ста­ новился особенно гордели­ вым и надменным. А ког­ да его наклоняли клювом к стакану, и стакан напол­ нялся жгучей коричневой жидкостью,—гости ликова­ ли. —Вот это выдумка! На- кукарекай-ка, петушок, и и мне стаканчик,— подстав­ лял тару сапожник Кузьма Набойкин, за ним конюх Илья Дугин. И прочие поч тенные гости подвигали стаканы. К концу застолья сапож­ ник Кузьма был пьян, как сапожник, конюх Илья на­ пился в дугу. Зигзагами разбрелись по домам про­ чие почтенные гости—сва­ ты, дружки, кумовья. У всех в головах шумел ка­ мыш и покорно гнулись деревья. . Слава о коричневом пе­ тухе облетела всю округу. Потешались мужики над выдумкой гончара Савелия. А в семье Никиты Пьяных этот петух стал своего ро­ да талисманом, символом веселья, благополучия, ну, прямо-таки, божеством. Шло время. Случайно или не случайно, но вышло так, что коричневый петух превратился в идола пок­ лонения для многих мужи­ ков Сосновки и соседних деревень. Дом Никиты стоял почти рядом с сельмагом. Место многолюдное. К одиннадца ти часам Кузьма Набойкин и Илья Дугин тут как тут. По совместительству сапож ник и конюх стали зазыва­ лами выпивох, гарантируя ловской областной газете. Ныне он находится на за­ служенном отдыхе, но... не ржавеет перо ветерана. Предлагаем вниманию читателей его рассказ. РАССК АЗ Кори ч н евый п ету х им полный сервис в доме Никиты Пьяных. — Неприлично, мужики, хлебать из горла за углом. А дом Никиты— вот он ря­ дом, Жена пока на работе. Детишек нет. Он, почитай, всегда дома. Притом, там хамсичка, лучок, стаканчик найдется. Да и брага имеет ся, и квас холодный. Ну, а самое главное, если это дело пропустить через пе­ туха— оно куда интерес­ нее, чем по подворотням прятаться. Расчетливые мужики пе­ реглядывались, думали, скребли затылки, но «про­ пустить через петуха» (что это такое— не знали) им хотелось. И они «клевали» на приманку: хамсичка — квасок—бражка — петушок — чем не сервис? И шли знакомиться к Ни­ ките. Как обычно, в таких случаях каждая очередная бутылка становилась дешев ле предыдущей. Много всякой всячины пропустил через свое чре­ во коричневый петух Ники­ ты. Через петушиное нутро прошли многие десятки раз ных разностей, начиная от коленчатого вала и кончая целым набором нашей бо­ гатой флоры— черничной, грушевой, яблочной, пер­ цовой, тминной, клубнич­ ной, рябиновой,— словом, всякой, исключая разве осиновую, еловую да сосно вую настойки. С первыми петухами сча­ стливый обладатель петуха коричневого целовал его раззявленный клюв и безо­ шибочно находил там то, что добродетельные клиен ты оставляли ему после вчерашнего... Сбежала от Никиты мо­ лодая жена. Никита допил­ ся до белой горячки. ...Вот на окне появляется «оричнееый петух со злове­ щим красным клювом. Вот он увеличивается, разду­ вается. Вот перед Никитой уже два, три коричневых петуха. Сохнет во рту, сту­ чит в висках, от страха мороз по коже. А петухи окружают Никиту. Грозные. Добра не жди. Никита хва­ тает лом’ и расшибает пе­ туха вдребезги, а он снова возрождается и уже шипит по-гусиному. Слышен лишь звон стекла, и наступает беспамятство... ...Два года не появлялся Никита в деревне с тех пор как в смирительной рубахе увезла его «Скорая помощь». Возвратилась в опустевший дом быстро по­ старевшая Вера—жена Ни­ киты. Вставила расколочен­ ные окна, родила дочь, на­ чала отвыкать от буйного благоверного. А коричневый петух уце­ лел. Хотела расколотить его Вера, да стало жаль; память все-таки... ...Два раза обошел во­ круг дома Никита Пьяных. Ухожен огород. Чьими-то руками приколочены но­ вые штакетины к забору. По-хозяйски опять же чьи­ ми-то умелыми руками еде лана новая скамейка у цве­ точной клумбы. На свеже­ выкрашенных дверях в дом — замок. Недобро защемило серд­ це Никиты. Поднялся, скры ваясь от глаз соседей, огородами поплелся к Кузьме Набойкину. Тот подшивал чьи-то валенки. Сосредоточенно возился с нитками и канифолью. — О, здорово, друг ми­ лый!— радостно встретил Никиту Кузьма. Ничуть не изменился старик за истек шие два года. Даже опрят­ нее стал. — Да ты садись-садись, — засуетился хозяин, - г Дав но прибыл-то? Домой за­ ходил? С Верами со своими увиделся хоть? Никита молча покачал головой. — Что же так?—удивил­ ся Кузьма.—Вера-то ждет не дождется. Хозяин чай, отец маленькой Верушки. Славненькая девочка! Да садись же ты, что стоишь как столб? Не сумлевайся. Вера все знала про тебя и про это самое ЛТП. А не писала, потому что ты мол­ чал. Тоже мне гусь нашел­ ся! Виноват—так повинись. Жизнь-то у вас только на­ чинается. Поблажил — и хватит. Я вот тоже хоть и на старости лет, а решил завязать с этим делом. Пусть себе говорят, что трезвый сапожник — это не сапожник. Жизнь, она, брат, интересная штука. Вот так. А теперь пообедаем. Кузьма нарезал в тарел­ ку свежих помидоров, по­ ложил луковицу, хитро подмигнул Никите, и извлек из холодильника бутылку... с этикеткой «Пшеничная». У Никиты похолодело в животе. Кузьма не обратил вни­ мания на Никиту, наполнил стаканы. Залпом выпил свой и уставился на Ники­ ту- — Да ты што,— зашипел гость,—опять за самое... — Пей, дурень. Это бере зовый сок. Приятно, зна­ ешь, перед едой не вы­ пить, а попить из холодиль ника. А этикетка? Она ,для игры на нервах тех, кого еще тянет на эту самую «Пшеничную», будь она не­ ладна. Перекусили, покурили. И Кузьма сказал: — Дуй, Никита, домой. Дел по хозяйству там мно­ го. Я помог, чем сумел, остальное сам доделаешь. Встреча е веррй и, ,Ве- рочкой была' такой, и должна' она быть близкими людьми. Но, крг- да Никита увидел крричнег вого петуха и со зверски­ ми глазами потянулся за ним, Вера властно сказа­ ла; — Не смей! Это ведь подарок. * * * От автора. В этой исто­ рии я изменил имена дей­ ствующих лиц и поэтому позволил себе маленький домысел. Стоит в Сосновке на бойком месте дом ме­ ханизатора Никиты Пьяных. Отшумел в этом доме ка­ мыш, хотя уцелел корич­ невый петух, нехитрая по­ делка местного гончара Савелия. Умер от пьянства конюх Илья Дугин. Пьют березовый сок тракторист Пьяных и сапожник Набой­ кин. Растет Верочка. Серь­ езная такая особа. А где этот дом, стоящий на бойком месте—какая разница? Н. ПИНЧУК. Буфв1Чица кафе «Ивол­ га» Шурочка Л\армвладова в силу своего характера и нервозности профессии бы­ ла грубовата, а порой и откровенно нагла в обра­ щении с посетителями. При этом она без зазрения со­ вести обвешивала их, за что неоднократно имела неприятности. Выручала Шурочку услужливость на­ чальству в лице директора комбината общественного питания Федора Петрови­ ча Бульонова, до самозаб­ вения обожавшего армян­ ский коньячок в гармонии ...полного созвездия. Буфет­ чица подавала его непре­ менно в тонком чайном стакане с чайной ложкой, серебряным подстаканни­ ком и золотистой долькой лимона, что отводило вся­ кие подозрения от дирек­ торской персоны деже у вездесущих народных кон­ тролеров. Неприкрытое хамство бу­ фетчицы иногда переходи­ ло всякие границы запри- лавочного этикета, и на жалобы, сыпавшиеся на контору общепита, как осенние листья в ветрен- ную погоду, не мог не ре­ агировать даже такой за­ коренелый нелюбитель вся­ ческих жалоб, каким слыл Бульонов. — Шурочка,— не раз го­ ворил директор, медленно помешивая чайной ложеч­ кой в стакане,— неужели ты не можешь быть покор­ ректнее с клиентами? Ведь может наступить такое вре мя, что я буду вынужден тебя уволить. И не только за грубости. Надеюсь ты понимаешь о чем я гово­ рю? Но время такое не насту­ пало. Традиционный чай по утрам делал свое дело. Душа у Бульонова после него мягчела, как воск на солнце. Немалую роль, ко­ нечно, играло Шурочкино правило: денег с шефа не брать. Заведенная тради­ ция с ЛИ.ЧВОЙ окупалась за счет клиентов, строчивших жалобы. Однажды, после очеред- САТИРИЧЕСКИЙ РАССКАЗ з в е з д н ы й ч а и ного скандала, который ус­ троили в кабинете директо­ ра заезжие туристы, имев­ шие неудовольствие об­ щаться с буфетчицей кафе. Бульонов решил-таки при­ пугнуть Шурочку. — Мармеладова! Наведи к завтрашнему дню поря­ док в своем хозяйстве. Ко­ миссия из области ожидает ся,—как бы между прочим обронил директор во вре­ мя утреннего обхода. — Шутить изволите, Фе ­ дор Петрович?— обиженно поджала пухлые губки бу­ фетчица. Но в ее глазах метнулась тревога. — Да уж какие шутки,— как можно серьезнее про­ басил Бульонов.—Один вер ный человек из управления шепнул, Упоминание о «верном человеке» сработало без­ отказно. После обеденного перерыва на буфете поя­ вилась табличка «Санитар­ ный день». Утром следующего дня, каждого незнакомого посе­ тителя кафе Шурочка бра­ ла в плен обворожительной улыбкой. Глядя на вежли­ вую и расторопную хозяй­ ку буфета, очень верилось словам поэта «И жизнь хо­ роша, и жить хорошо!» Ближе к обеденному пе­ рерыву Шурочка стала улыбаться реже. Ее тонкие подщипанные бровки, под­ черкнутые высоким белым кокошником, все еще оби­ женно выгибались коро- мыслицами, явно выражая неудовольствие нахальной клиентурой, осмелевшей от плакатных улыбок буфетчи­ цы, Шурочке вдруг при­ помнилась довольная ух­ мылочка директора, когда он, коротая время за ут­ ренним «чаем», разгляды­ вал убранство преобразив­ шихся витрин. Мармеладо- ву пронзила мысль, что ее, как вчерашнюю выпускни­ цу кулинарного училища, напугали дядей-букой из управления. До слез было жалко шоколадного ликера. Шурочка поклялась себе отомстить директору. И та- ной случай подвернулся. Однажды утром припа­ сенный для директора коньяк остался нетрону­ тым. Бульонов ходил по общепитовским точкам трез вый и злой, не заглядывая в буфет. В комбинат не­ ожиданно нагрянули реви­ зоры из областного управ­ ления. Они молча листали документы, беседовали на­ едине с работниками обще­ ственного питания, а потом внезапно уехали. Федор Петрович, не по­ являвшийся в кафе целую неделю, заявился сюда осунувшийся и постарев­ ший. Молча сел за свой столик у окна и стал ждать, что с ним никогда не слу­ чалось. Традиционный «чай» почему-то не несли. Буль­ онов взглянул на Шурочку, которая шустро обслужива­ ла ранних посетителей, но она в упор не замечала его. Наконеец, у столика появилась неопрятная по­ судомойка. Она молча по­ ставила стакан с чаем на край стола. Стакан был обыкновенный, граненый, плохо вымытый и без под­ стаканника. Федор Петро­ вич слегка пригубил по старой привычке, и лицо его сморщилось. Он встал и, ни слова не говоря, шар­ кающей походкой напра­ вился к выходу. Шурочка смотрела ему вслед и ви­ дела, как сутулятся и вэдра гивают директорские плечи. Ей даже стало немного жаль Федора Петровича, но от «верного человека» она знала, что приказ о его снятии заготовлен. Ю. ОПАРИН.