Восход. 1980 г. (с. Измалково)

2 Ир. «Во«вод» 25 октября 1980 года. ПО Э Т , воин. П А Т Р И О Т ЭТА СТРАНИЦА ПОСВЯЩАЕТСЯ НАШЕМУ ЗЕМЛЯКУ—ПОЭТУ ПАВЛУ НИКОЛАЕВИЧУ ШУБИНУ. 30 СЕНТЯБРЯ с о с т о и т с я ТОРЖЕСТВЕН­ НОЕ ОТКРЫТИЕ ПАМЯТНИКА ПИСАТЕЛЮ Е С. ЧЕРНАВА—НА ЕГО РОДИНЕ. Среди поэтичесжих имен лешшградце® и москвичей —участников Великой Отечественной войны (1941 —1945 гг.) навсег­ да останется в памяти имя Павла Шубина—та­ лантливого лирика, чья судьба вобрала в себя характернейшие приметы советской эпохи 3 0—40-х годов. В суровые .месяцы пер­ вой военной зимы роди­ лись на фронте поэтиче­ ские строки, которые пов­ торяли про себя, вероятно, многие бойцы, независи­ мо от того, где они роди­ лись. Но более всего эти строки созвучны были на­ строениям воинов, чей дом остался под Ельцом, к которому подходили фа­ шисты. Равдолье родных мест виделось в этих сти­ хах; Санная дорога до Чернавска Вьется, Вьется снежная пыльца, СВ 1 ИСТ саней до самого Ельца. Ветер—у лица. И— даль. И пляска Тонкого поддужного кольца... Начальные строки сти­ хотворения, рожденного на фронте, не только вы­ зывали в памяти родные места, они подводили каж­ дого слушавшего или чи­ тавшего их к выводу; Родина! В подробностях простых Для меня открылась ты однажды, И тебя я внял кровинкой каждой И навек заношшл. словно стих. Написал это стихотво­ рение 23 декабря 1941 года поэт-фронтовик Па­ вел Шубин. Он вошел в литературу в середине тридцатых годов и часто с тех пор называли его и.мя среди имен других ленинградски.^ поэтов. И сам Шубин много писал о Ленш 1 граде, но также ча­ сто писал он и о своей «малой» родине, которую постиг и запомнил с дет­ ства. Павел Николаевич Шу­ бин родился в селе Чер- нава нынешнего Измал- ковского района Липецкой области 14 марта 1914 года. Мдаули годы, но все так же, как в детст­ ве Шубина, струят свои воды Чернява и Сосна, почти не изменился пей­ заж этих мест. Поэт и се­ годня вводит нас в родной дом, в места, запомнив­ шиеся ему на всю жизнь; Дальнозоркой памятью увижу За сто верст отсюда на закат Низкую соломенную крышу, Вровень с ней— сугробы, а повьппе— Дым над черепичною трубою; Башенко(( белесо- голубою В небо он уходит, язьшат... Дома—шкуры волчьи на распялках. Веники сухого чабреца. Кадка взвару. Меду полиорца, Печь—в полхаты, в петухах и галках Цвета .молодого огурца— Мудрое художество отца... Пягнадцатилетним под- РОСТКО.М уехал Шубин из родного села в Ленинград, работал та.м слесарем. В 1934 году поступил на филологический факуль­ тет Ленинградского педа­ гогического института име ни Герцена, в 1938 году его окончил. Первые стихи Павла Шубина, появившиеся в печати в 1930 году, сразу обратили на себя внима­ ние читателей. Опублико­ ваны они были в ленин­ градском литературном журнале рабочей молоде­ жи «Резец». С этим жур­ налом. а также с ленин­ градской комсо.мольской газетой «С.мена» надолго оказалась связанной по­ этическая судьба Шуби­ на. Через несколько лет после первого выступле­ ния Шубина в печати из­ вестный ленинградский критик Валерий Друзии в в большой статье, посвя­ щенной творчеству моло­ дых поэтов, особо подчер­ кнул яркое дарование на­ шего земляка. В стихах Шубина про­ никновенный и тонкий ли­ ризм гар.монически соче­ тается с высокой граж­ данственностью, мотивы любви к родной земле, к русской природе — с ге­ роической темой защиты Родины. Ранние стихи и поэмы Шубина овеяны ро.мантикой гражданской войны. Это страстный рассказ о подвигах отцов, делавших и заищщавтих революцию. Котовский и Фабрициус, легендарные полководцы и безвестные герои—партизаны. слов­ но, наяву живут в стихах Шубина, являя молодежи пример мужества и вер­ ности революционному Д 0 V^гу. Эти чувства насы­ щали первые шубинскне книги сти.хов «Ветер в ли­ цо» и «Парус», изданные в Ленинграде в 1937 и 1940 годах. Романтиче­ ский настрой этих книг, созвучных 'нремеви, был рожден героической, ове­ янной трудовым энтузи- аз.мом эпохой тридцатых годов. Молодой поэт за­ воевал признание стнха- лш о древней Руси и бое­ вом восемнадцатом годе, о Кубани и Севере, хреб­ тах Оихоте-Алиня. «Ма­ лая» родина — околица Чернавы — раздвинулась до гигантских просторов— от Балтики до Тихого оке­ ана. Постичь величие про­ сторов, красоту Отчизны помогало возникшее в дет­ стве поэтическое чувст­ во родной земли, то чув­ ство, что Окрашивало осо­ бым светом все разду.мья и переживания Шубша. Розовые свечи на каштанах, Розовые мальвы на баштанах. Вечера, наполненные светом Наших встреч, тревожных и нежданных. Может, это снова мне приснится; Звездный свет, упавший на ресницы. Холодок зубов и отзыв стоном Трепетного горла певчей птицы— и в этом была «малая рю- дина», ее прекрасные, до смерти незабываемые при.меты, Шубин писал о Ленинграде, о скорби дру зей над гробом Кирова, о творимой городом «золо­ той» легенде веков», о старой, уходящей в прош­ лое Охте, о грусти в ал­ леях Петергофа, о Лесно.м проспекте и Островах. На фронт Шубин ушел из Моквы, но главной его любовью оставался Ле­ нинград в годы войны ставший для поэта симво­ лом мужества, солдатско!! стойкости, бессмертия. Уверенность в непобеди­ мости люби.мого города выразил Шубин в своей проникновенной лириче­ ской дилогии «-Ты гово­ ришь, Ленинград». В годы Великой Отече­ ственной войны Павел Шубин—офицер Совет­ ской -4.рмии, участник бо­ ев на Карельском и Вол­ ховском фронтах — вос­ певает доблесть своих од­ нополчан; Нет, Не до седин. Не до славы Я век свой хотел бы продлить. Мне б только ло той вон канавы Полмнга, полшага прожить. Прижаться к земле И в лазури Июльского ясного дня Увидать оскал амбразуры Н острые вспышки огня. Мне б только Вот эту гранату. Мгновенно поставив на взвод . Всадить ее, Врезать, как надо. В четырежды проклятый дзот. Чтоб стало в нем пусто и тихо, Чтоб пылью осел он в траву! ...Прожить бы мне эти полмига, А там я сто лет проживу! Глубоко в души солда­ там — защитникам Ле­ нинграда запала песня Волховского фронта, со­ чиненная Шубиньш, его чудесная песня о Ленин­ граде—«Лашнград мой, милый брат, Родина моя...» Ленинград встал перед поэтом в январе 1942 года в «бурке сне­ гов, в ледяной пыли»— сражающийся в непуйц- ренный город-воин, да ­ ющий силу своим запщт- шгкам. За мужество и отвагу, проявленные в боях, П. Н. Шубин был награж­ ден орденами Отечествен­ ной войны П степени. Красной Звезды и меда­ лями. Павел Шубин безвртг менно скончался 9 апреля 1951 года, но его силь­ ный и чистый голос про­ должает звучать в совет­ ской поэзии, «от Сердца к сердцу» переходит завет поэта; И, может быть, затем дано нам детство, Чтоб вешним утром встретиться в уп С зеленою землей И заглядеться Па дальную красу. II с этих пор До седины оставить в сердце чисто.м Влюбленность в мз!р... Эту влюбленность в мир Павел П1уб1ш пронес через всю жизнь. Ее не остудили ни ветры Запо­ лярья, ни военная гроза. Трепетный парус его поэ- эни, взявший старт с бе­ регов ти.хой и скромной Сосны, смело вышел в широкое море советской литературы. Л. ЗАМАНСКИИ, кандидат филологических наук. С т и х и П а в л а Ш у б и н а Солдат Опять в штыковой; Удар Зеленой ракетой Мы начали ту Атаку Па дьявольскую высоту. Над сумрачной Лицей Огонь закипел, И ты распря\шться Не смог, не успел. Но взглядом неробким Следил, неживой. Па вершок и прыжок— на аршины. Горевать над тобой. А мне не избыть. Не забыть до конца Твою Полмига II рваный флажок Зааллел над вершиной. В гранитной могиле. Сухой и крутой. Тебя мы зарыли Под той высотой. На той высоте До небес взнесена Как бился на сопке Отряд штурмовой. Как трижды катились С вершины кривой. Как трижды сходились Во всей красоте Веровал сосна. Ей жить—охранять Твой неначатый бой. Иголки ронять. не убитую Ярость бойца. В окопе холодном. Безмолвный уже. Ты все на исходно.м И, сжатый в пружину, Лежишь рубеже. Мгновенья, Года Готов—на вершину, В атаку, туда. Где в пламя рассвета, Легка и грустна, Зеленой ракетой Взлетела сосна. Нет, Не до седин Не до славы Я век свой хотел бы продлить, Мне б только до той вон канавы Полмига, полшага прожить. Прижаться к земле И в лазури Июльского ясного дня Увидеть оскал амбразуры И острые вспышки огня -Мне б только Вот эту гранату. Злорадно поставив на взвод. Всадить ее Врезать, как надо, В четырежды ироклятый дзот, Что б стало в не.м пусто и тихо, Чтоб пылью осел он в траву! ...Прожить бы мне эти пол.мига, А там я сто лет проживу! У-2 Осень Мне хочется писать стихи О ТОЛ 1 , как улицы внхи, Как, выраженные в закат, Стореют клены у оград. Н светлы линзы луж литых, Н дно в пласишах золотых, И городок до самых крыш Опущен в голубую тишь. Где, небо постелив на дно. Бездонно каждое окно И дремлет тихая заря В хрустальном кубке октября. Как бы струясь из-под воды — Бесшумны легкие сады. И. зажжены неярким дне.м. Кипят огнем и серебром. Вплывая лопуху под ласт. Кудрявые кораллы астр. Пойти туда, где берег прост И море видно во весь рост. В библейской прюстоте песка — Пространств бездомная тоска. II каменные лишаи В копейках рыбьей чеш>’н, |Там вечный бой и древний зов ^Летящих в бездну парусов. Скитальцев грозная купель — .Могила их и колыбель, И Млечного Пути покров Над легко Розою Ветров. II сердце обожжет тоской Безродной вольницы морской. Повыше леса чуточку Во весь курносый нос Смешно чихает «Уточка» Фанерный бомбовоз. От этого чихания Сейчас ворвусь я с холоду, Прижму холодный нос к щекам, к затылку. к золоту Небесного авто Спирается дыхание И снится черт те что! П комната семейная. Родных твоих волос; —Я только на минуточку Неважно, я в пальто... Гремит над лесом «Уточка» У .мыса Горн кровавый вал Расколется на зубьях скал, И дюны Огненной Земли Т е ^ покажутся в далн. Тысячелетний бой—не сон; II где-то за стеной Стучит машинка швейная Работает портной... И ты сидишь под лампою Завидуя теплу. Мороз пушистой лапою Проводит по стеклу... Небесное авто. Меня трясут за валенки —Сгоришь! Уснул, чудак, И чмокает, как маленький, Губами натощак... Каляной рукавицею Протер глаза, встаю. Дорога на позицию. Шалашик на краю, Шоферы курят—греются, Вокруг костра—темно. Нескоро развиднеется, Хоть за полночь давно. Однако в путь пора уже. Германец у дверей, По суткам давит на уши Работа батарей. ■ И так же круглосуточно Сквозь ветер и моров Снует, чихая, «Уточка»— Домашний бомбовоз. Судьба ее—прн 1 ме|рная,‘ Я сон ругаю свой; —Учти, она—фанерная, А ты, дурак, живой! Война, она—^не шуточка, На отдых сроку нет... ...Гремит в потемках «Уточка» — Воздушный драндулет. Ты—Одиссей, и ты—Язон, Всех парусов свистящий бег Тебе знаком, ты—человек. Ты встретил, чтоб жить в дому. Там, где велел ты быть ему. Пойдем! Твой дом перед тобой - Пакет Оранжевый и голубой. В осенних, гаснущих огнях, В проспектах, парках, пристанях, С листвой по лестница.м крутым, С луной над Рогом Золотым. Не подвига-лись стрелки «Мозера», И ЗИС, казалось, в землю врос, И лишь летело мимо озера Шоссе с откоса на откос. От напряжения, от страха ли Шофер застыл, чугунным став. А за спиной снаряды крякали. На полсек^’нды опоздав. Прижавшись к дверце липкой прядкою, Чтобы шоферу не мешать, Фельдъегерь всхлипывал украдкою И вновь переставал дышать. Н из виска, совсеа! беззвучная, Те.мно-вишневая на цвет, ^ Текла, текла струя сургучная Па штемпелеванкый пакет.