Восход. 1979 г. (с. Измалково)

е а 2 июня 1979 года «Восход» 8 стр . Ю М О Р НСК А * 4 * ____ ваи д а а нI» 1 иI н из— " 1 — — ■тг мт~~1 — г - г г - т т р ^»**»*—^ ир—р и н | е ^ идя — Литературная страница 6 июня—180 лет со дня рождения А. С. Пушкина Ежегодно в начале июня проходит но стране Всесо­ юзный пушкинский празд­ ник поэзии — своеобраз­ ный форум благодарных потомков в честь «великого поэта всех народов и всех веков». Пушкинские дни становятся всенародным праздником, дающим на­ глядное представление о вечно живом наследии по­ эта, его известности и сла­ ве, перешагнувших рубежи родной страны. Сегодня нет среди поэтов прошлого имени более близкого и дорогого миллионам совет­ ских людей, чем Пушкин. Он—народный поэт в са­ мом истинном и полном значении этого слова. На­ родность — гарантия пуш­ кинского бессмертия. На­ род видит и чтит в нем художника, гражданина, человека, связывает с его поэзией и его личностью свои представления о пре­ красном, истинном, благо­ родном. Своим творчеством и жизнью Пушкин явил образец верного служения прогрессивным обществен­ ным целям. Просветленная верой в нравственные силы человека и народа поэзия Пушкина уже полтора века вызывает в людях гор­ дость и восхищение своей мудростью, мощью, эсте­ тическим совершенством. НА СНИМКАХ: памят­ ник А. С. Пушкину близ Михайловского; книжный базар в Михайловском. Фотохроника ТАСС. —Опять эти бездельницы пришли,—проворчал Дим­ ка, закрывая учебник три­ гонометрии. — Позавиду­ ешь людям. Ни забот, ни волнений, знай себе цветоч­ ки собирай да в речке це­ лыми днями сиди. А тут от разных синусов и косину­ сов выкупаться путем не­ когда. Д. ПА ВЛО В ™ О Б И Он неохотно раскрыл не­ навистную тригонометрию и попытался углубиться в далекий и скучный мир чертежей и формул. Минут пять сосредоточенно водил глазами по странице, а по­ том, сообразив, что десятый раз перечитывает одни и те же строчки, положил учеб­ ник на скамейку лодки. Был жаркий июль. Тяже­ лыми невидимыми волнами качалась в воздухе духота. Казалось, даже деревья стояли поникшие и усталые, а некогда зеленая и нежная трава на берегах Дона по­ желтела, сделалась колю­ чей и жесткой. И только река, не поддаваясь общей усталости, выглядела свежо и бодро, будто не было в мире ни этой жары, ни сон­ ной одури. Димка Мохов, собирав­ шийся поступать в инсти­ тут, любил здесь занимать­ ся. Он садился в привязан­ ную у берега лодку и по­ гружался в чтение. Сначала его несколько раздражала возня малышей, но после он привык не замечать ничего вокруг, и читал часами под ритмичное шлепанье волн в борта лодки. Потом стали ходить сю­ да эти беззаботные девчон­ ки, и Димкиного спокойст­ вия как не бывало. С од­ ной из них он был знаком давно. Среди ребят Тайка слыла модницей и зазнай­ кой. Мстя ей за высокоме­ рие, парни относились к Тайке с подчеркнутым пре­ небрежением, хотя многим и нравилась эта насмешли­ вая, дерзкая, но симпатич­ ная девчонка. Димка тоже недолюбливал ее, и, ожи­ дая в любую минуту на­ смешки, разговаривал с Тайкой осторожно и с не­ охотой. Она редко бывала одна, а всегда водила с собой кого-нибудь из подруг. Эта была новенькая. От ребят Димка узнал, что она при­ ехала на лето к тетке, что зовут ее Вероника. Они по­ явились в первый раз, ког­ да Димка никак не мог ра­ зобраться в какой-то тео­ реме. Настроение было и без того паршивое, а тут Д А «и*™** Р А С С К А З еще эта несносная Тайка. —Привет, студент!—съяз­ вила она, снимая модный халат. — Здорово, — буркнул Димка. —Зубришь? Смотри, а то заучишься! Окунись лучше, освежи свою ученую голо­ ву. —А ты не волнуйся, и без твоих советов обойдусь как-нибудь. Димка собрался было дать Тайке бой, но, взгляд нув на ее подругу, сразу дриумолк. Темноволосая, стройная, в красном ку­ пальнике с белой полосой на груди, она стояла по­ одаль и улыбалась. Димке казалось, что она пришла на берег Дона из какого-то индийского фильма. При­ шла и вот-вот должна за ­ петь невероятно красивую, нежную песню. Но она молчала и только улыба­ лась. Димке казалось, что девушка улыбается ему, вихрастому, ничуть некра­ сивому, удивленному пар­ ню. От этой мысли он рас­ терялся еще больше. И бес­ причинная, неловкая улыб­ ка выдала его растерян­ ность. ...Потом они приходили каждый день. Димка пово­ рачивался к девушкам спи­ ной и ниже склонялся над учебником. Они почти не умели пла­ вать, и ему хотелось отло­ жить вдруг книгу и бро­ ситься в воду. Димка пла­ вал отлично. Не раз он слышал, как охали в вос­ торге девчонки, наблюдая за его отчаянными фоку­ сами на воде. Но сейчас Димка стеснялся показы­ вать свои способности. Он только искоса наблюдал за девушками и, сам того не замечая, любовался яркими веселыми зайчиками, пры­ гающими в мокрых воло­ сах Вероники и на ее заго­ релых плечах. Сегодня девушки при­ шли опять. Димка, хотя и делал недовольный вид, на самом деле давно ИГх ждал. Повизгивая и смеясь, по­ други барахтались в воде. Димка угрюмо листал учебник. —Ай... помогите! — раз- . дался вдруг Тайкин голос. —Поищи дурака. Они, к счастью, еще не перевелись на земле,—ответил про се­ бя Димка. Однажды подружки уже разыграли его. А когда па­ рень на зов о помощи бро­ сился в воду, девчонки рас­ смеялись, а Тайка гордо за­ явила: —Не волнуйся, друг, и не думай, что ты единствен­ ный на земле пловец. А если что случится, обойдем­ ся сами, без твоей помощи. —Что ты сидишь, чело­ век тонет,—услышал юно­ ша взволнованный бас туч­ ного, высокого мужчины, который тяжело дыша сто­ ял на берегу. Димка резко поднял го­ лову и увидел, что девчон­ ки не шутят. Он мигом вы­ скочил из лодки и, пробе­ жав несколько метров, бро­ сился в воду. Тайка, пы­ тавшаяся спасти Верони­ ку, выбилась из сил и сама еле держалась на воде. Димка, обхватив девушку за талию, поплыл к берегу. Почувствовав под ногами дно, он встал и вместе с Тайкой потащил ее на бе­ рег. Ошеломленные и испуган­ ные, они некоторое время молча смотрели на лежа­ щую без движений Верони­ ку. •—Скорей десанте искус­ ственное дыхание,—проба­ сил мужчина. Через несколько минут Вероника открыла глаза. И тут Димка увидел, что они у нее вовсе не черные, а темносиние. Черными они только казались из-за длин­ ных пушистых ресниц. Потом девушки долго не появлялись. Парень скучал и тоскливо смотрел на то место, где неделю назад тонула Вероника. —А чего, собственно, ждать? — думал он.—Надо подойти к ней самому и сказать, что я люблю ее. Чего бояться, —успокаивал себя Димка,—ведь я спас ей жизнь. Надо быть сме­ лее. ...В клубе было тесно и шумно. Кружились пары, смеялись девчонки. Верони­ ка с Тайкой стояли среди подруг и о чем-то болтали. —Ну, как дела, утоплен­ ницы? —нарочно громко и с оттенком гордости в голо­ се спросил Димкц, подойдя к девушкам. —Ничего,—смущенно от­ ветила Вероника и опусти­ ла глаза. —Вы что, разве тонули? —удивилась Ленка Кругло­ ва. —Да... было дело... Девчонки разом заахали, заговорили. А Димка, пере­ бивая шум голосов, стал рассказывать о случае на реке. Он подробно описал, как стрелой бросился в “во­ ду, как тяжело было ему тащить Веронику, как сам он вдоволь нахлебался дон­ ской водички и как делали Веронике искусственное дыхание. Парень так ув­ лекся рассказом, что не за ­ мечал ни презрительного Тайкиного взгляда, ни того, как смутилась и покрасне­ ла Вероника. ...Крутили вальс, и дев­ чонки вихрем понеслись по залу. После Димка заказал дамский вальс. Ему хоте­ лось, чтобы Вероника сама пригласила его на танец, и нетерпеливо ' ждал этого приглашения. Но девушка пригласила не его, а выдо- кого, нескладного и застен­ чивого Юрку Столбова. По­ том она танцевала с ним весь вечер. Обидевшийся, вконец расстроенный, Дим­ ка ушел из клуба, не дож­ давшись конца танцев. Дома он уложил чемо­ дан, и наутро с тяжелой душой уехал в институт. На экзаменах Димке не повезло: завалил матема­ тику и вернулся домой. ...Он брел по любимой липовой аллее. После го- Возрождаются «Народный мастер»—та­ кое удостоверение вручили жителю районного центра Борис Самсону Джагаряну в Доме народного творче­ ства республики. Изготов­ ленные мастером керамиче­ ские вазы, кувшины, блю­ да получили высокую оцен­ ку специалистов. Вместе с Джагаряном прошли твор­ ческую аттестацию еще 20 самодеятельных мастеров Армении. — Подобные конкурсы помогли выявить за пос­ ледние годы много талан­ тов в тех видах прикладно- родского шума, бесконеч­ ной сутолоки улиц и пере­ живаний тишина старого парка с зарослями сирени и черемухи как-то непри­ вычно оглушила его. Было грустно. Ленивые мысли путались в голове. —Мохов! — вдруг услы­ шал он сзади. Димка оглянулся и уви­ дел Тайку. —Ну, как дела, Димочка! ■—весело спросила девушка. ■—Плохо. Математику за ­ валил.—II тут же, равно­ душно, будто между про­ чим, поинтересовался. —А Вероника что, уже уе­ хала? —Да, уехала, и даже привет тебе не передала,— притворно вздохнула Тай­ ка. —А я в нем, кстати, и не нуждаюсь. Можешь не со­ чувствовать. —Не притворяйся, Дим^а, —уже серьезно сказала де­ вушка.—Я ведь все знаю. Ты обиделся на Веронику, а зря, потому что первый ее обидел. ...На берегу было пустын’ но. Димка сидел на лодке и смотрел, как бесконечной вереницей катились по реке волны. Он представлял, как через год приедет Вероника и, может быть, ему опять придется спасать тонущую девушку. И после он сде­ лает вид, что абсолютно ни­ чего не случилось. И нароч­ но будет избегать встреч с Вероникой. И благодарная девушка сама будет искать встречи со своим застенчи­ вым спасителем. И, может быть, пригласив на дамский вальс, она тихо поблаго­ дарит его за то, что он дважды спасал ей жизнь. Удивленно пожав плечами, Димка, конечно, скажет, что благодарить его не за что... старые ремесла го искусства, которые счи­ тались безвозвратно уте­ рянными,—говорит дирек­ тор Дома народного твор­ чества А. Галоян.—Второе рождение переживают ре­ месла, насчитывающие мно­ говековую историю — тис­ нение кож в металлическом обрамлении, национальные способы ковроделия малых форм, изготовление изде­ лий из серебра. Более 40 лет ведет по­ иск самодеятельных масте­ ров и пропаганду их ис­ кусства Дом народного творчества. Праздники Забубенкина Недавно я встретил сво­ его соседа и приятеля Пет­ ра Евсеевича Забубенки­ на. Он был явно навеселе. —Евсеич, дорогой, у тебя никак сегодня день рожде­ ния?! —Ах, ты ошибаешься, дружище! Сегодня и впрямь праздник, но только не день рождения. —Ты что то путаешь, Евсеич. Сегодня обыкновен­ ный будничный, рабочий день. —Ну, друг,—разочаро­ ванно протянул Забубен- кин,—стыдно не знать та ­ ких вещей. Сегодня ведь национальный праздник Алжирской Народной Де­ мократической Республи­ ки—начало революции. У тебя, сосед, видимо, отсут­ ствует чувство интернацио­ нализма, иди вовсе ты не следишь за прессой и не слушаешь радио. Опозоренный и морально раздавленный Забубенки- ным, я поспешил закончить неприятный разговор. Но на другой день Забубенкин снова торжествовал победу. На виду у прохожих он за ­ ключил меня в могучие объятия и, не переставая тискать, горланит: —С праздником, милый мой сосед, с праздником! —С каким еще праздни­ ком? —вырываясь из медвежьих объятий, пропищал я куда- то под мышку Забубенкину. Он уставил на меня круг­ лые от удивления глаза и воскликнул: — Ха! Опять не знаешь? Извини, братец, но право, какая же ты, однако, де­ ревня! Сегодня в Эфиопии День коронации. А это тебе не фунт изюму. Это нацио­ нальный праздник друже­ ственной нам страны. Я опять ничего не мог возразить соседу, так как, скажу честно, не знал, дей­ ствительно ли в Эфиопии сегодня День коронации. А не в меру возгордив­ шийся Забубенкин про­ должал «добивать» меня с неумолимой беспощадно­ стью: —Кроме того, в этот день родился скульптор Ан­ токольский, слава и гор­ дость России. А не выпить за славу Родины—это, мож­ но сказать, преступление. Тут я должен сделать отступление и пояснить, что такая вот жизнь — слож­ ная шутка. И тот, кто за ­ видует Забубенкину, а по­ рой и ругает его за празд­ ность—глубоко ошибается. Судите сами. Тринадцатого числа никто, наверное, и не подумал, что именно в этот день более ста лет тому назад человечество понесло огромную утрату: умер ге­ ниальный итальянский ком­ позитор Джоаккино Анто­ нио Россини. А вот Петр Евсеевич не забыл. Под­ нявшись рано утром, чтобы утолить жажду кружкой квасу, он по привычке за ­ глянул в календарь знаме­ нательных дат. Заглянул и вскрикнул: —В. этот день умер Рос­ сини! Да как же я забыл. Он схватился руками за больную голову и побежал в буфет залить вином го­ речь величайшей утраты. Однажды он встретил ме­ ня на улице и попросил три рубля. Понимаю,—сочувствен­ но сказал я. — Ты хочешь отметить День независимо­ сти Йемена, не так ли? —Нет, не так,—хмуро буркнул Забубенкин. — я хочу отметить печальное событие моей собственной жизни: ни за что, ни про что меня сегодня почему-то уволили с работы. М. АНАТОЛЬЕВ.