Строитель. 1969 г. (г. Липецк)

6 сентября 1969^ г., Л» 70 (2528) «СТРОИТЕЛЬ» 3 ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА Вот опять ты мне Во сне привиделась В том далеком нашем далеке... Статная, красивая И видная, С полевой ромашкою в руке. И до боли ясная, Хорошая, Ты идешь навстречу в белом вся, Узкой полевой дорожкою Счастья чашу Бережно неся... Я испил его С той щедрой мерою, Что влюбленным в радости дана. Оттого люблю, Надеюсь, Верую, - Что на свете Ты во мне одна. Вячеслав ФРОЛОВ ВЫСОКИЙ СВЕТ | Из цикла стихов Утешает гримаса зла. Их любовь на рифы опасные Никогда еще не пошла. Знают цену они уютного И обжитого их мирка. И лодчоночку жизни утлую Держат крепенько за бока. Ну, а наш корабль под парусом. И под килем дна не достать. Будем плыть мы до самой старости В ту страну, чье имя «Мечта»!. ( ' Ты не думай, что все окончилось, Это лишь начало всего. Чувство это войдет законное, Не боясь уже ничего. Ты войди в меня королевою, Чтоб на сердце мое — на трон Стороною запретной левою, Сквозь привычного быта бронь... Лица пусть законников пасмурных Пусть на сердце Просит осень Наложить запрет мечтать. Пусть холодный ветер бросит Книгу наших встреч листать. Пусть дожди Развесят сети, Чтоб запутать и поймать, Чтобы мы остались в этих Клетках собственных — / домах. Пусть зима кругом И снежность, Пусть разлука на года — Им в утеху не предам Я любовь твою И нежность... Где-то скрипнут двери, Вздрогнешь зябко ты, Хочешь снова верить, Что из темноты Твой покой нарушит Трепет чутких рук... Вдруг вплывет на душу Песни дальней звук. На твою разлуку, На твою печаль Голос тихий друга Будет отвечать... Волосы погладишь, Тронешь лоб рукой. Иль с собой не сладишь В малости такой? А на сердце песня Запоет сама, А на сердце песня Вдруг сведет с ума. Вот так и встретиться, И знать, Что все останется, Как было. Во всем, как было, Новизна, И все, что скучно, Ты забыла... Бродить до самых петухов, Луну на лужицах встречая, Вдыхая запахи цветов,- Дорог в ночи не различая. И лишь дорогою одной Идти, Ступая в ногу чутко, Чтоб в нас запело Вновь и вновь Одно большое Наше чувство... Рисунки ЛЬВА ЛЕБЕДЕВА * Тъва*- Всеволод Васильевич Кочич тщательно выбрился, элегант­ но оделся, сунул подмышку ту. го набитую кожаную папку, наскоро попрощался с женой .и, хлопнув дверью, спустился по бетонным ступенькам лест­ ницы вниз. На улице шла тополиная ме­ тель, пахло нагретым асфаль­ том. За многоэтажным серым домом Кочин столкнулся с по­ лузнакомым инспектором, по­ жарной охраны Щербаковым, нескладно скроенным мужчи­ ной в полинялом картузе, ме­ шковатом кителе и яловых, до блеска начищенных сапогах. Всеволод Васильевич резко остановился, пожал холодную руку инспектора: — Добрый день, товарищ Щербаков, как живем? Щербаков вскинул черные, юркие глазки: — Спасибо. Нормально жи­ вем — хлеб жуем. А вы, кабы не ошибиться, по лекционной части заворачиваете? — По лекционной, — отве­ тил Кочин. — Что ж, работа хорошая: не пыльная, а денежная,— за­ думчиво сказал инспектор и широко улыбнулся: — В лю­ бом деле надо иметь смекалку деньгу заколачивать. С рублем и бабы любят, и в почете хо­ дишь. Опять про высокую дол­ жность человека поведешь раз­ говор? Оно верно: в большом и малом деле надо быть чело­ веком. В городе иль в селе ме­ роприятие провести наметил? — В селе Теплом. — Автобусом? Вот это сов­ падение! — воскликнул Щер­ баков. — Вместе потрясемся... А мне. понимаете, позвонили: часом назад у одной старухи от крыши дома остался пепел. Требуется кое-какие бумажные формальности соблюсти. Хо­ чешь ехать, не хочешь — ра­ бота! Я, вижу, вы торопитесь? Я тоже — один момент: зане­ су сзоей Розе Павловне огур­ чиков и мигом на вокзал.... А что это у вас с ногами? Трос­ точка в руке... Мазоли набил? — Чепуха, — отмахнулся Ко­ чин, — Вас подождать? — Не стоит. Не успеете выкурить сигарету, как буду там. ной площади 1ЮДСКОЙ ПОТОК. Кочин остановился около го­ лубого комфортабельного ав­ тобуса. На привокзагу. бурлит пестрый / против человека с изъеденным оспой лицом. — Простите, вы заняли чу­ жое место,—вежливо сказал Кочин. Большая лохматая голова не­ знакомца нервно дернулась, на бледных щеках заиграл легкий румянец. — Присел отдохнуть ма­ лость,—сказал в оправданье мужчина. — Размещайтеся, эка беда. Мужчина встал. Всеволод Васильевич, удобно усевшись, — А-а, приветик, старина! Стоим? Мужчина с тяжки/й вздохом кивнул головой: — Стоим, сынок. Сказывают, нету местов. Шофер изучающе оглядел автобус, заглянул в ведомость, сконфуженно развел руками: — Правильно говорят. Сог­ ласно ведомости, числишься безместным. Придется, стари­ на, освободить автобус. Беру пассажиров согласно мест. Пи одного лишнего. РАССКАЗ ТРИНАДЦАТЫЙ На сидениях, обитых черным дерматином, уже сидели пас­ сажиры. Время посадки не ис­ текло, и Всеволод Васильевич не торопился. «Покурю, — по- ж думал Кочин. — Билет куплен с местом, успею». Всеволод Васильевич зара- ' нее вынул из кожаного бумаж­ ника билет,^ уточнил место: «Тринадцатое. Кажется, там уже сидит мужчина. Всего лишь маленькая ошибка касси­ ра: продала на одно место два билета. — Кочин ирони­ чески усмехнулся, легко раз­ дражаясь и заводясь: — Про­ стоять больше сотни километ­ ров—совсем ничтожная ошиб­ ка ретивой служащей авго- * станции!» — Гражданин, прекращайте окуривать, не задерживайте посадку! — поторопила Кочи- на смазливая, напудренная де­ вица с красной нарукавной по­ вязкой., — Не сердитесь, иду. — Все­ волод Васильевич пролез внутрь автобуса и остановился посочувствовал незнакомцу: — Стоя поедете до Теплого? Трудновато. Попытался бы по­ просить контролера... — Пытал дочку. Сказывает, забиты места. И инвалидские, и ихние. Постою. В войну на ча­ сах сутками не сменявши дово­ дилось стоять, организм при­ вычный. — Плохая привычка. Вы, ко­ нечно, простите, что так посту­ пил... Видите ли, мне нельзя долго стоять — старые раны дают знать. — Разумею: зубы и раны — опасней нету болезни,—под­ твердил мужчина. — А вас я не тревожу, отдыхайте спокой­ но... Авось, товарищ расхоро- ший, мне скоро помирать! В автобус вошел грузный шофер, смуглый, заносчивый малый. Оглядев сидящих, вы­ давил простуженным басом: — Все с билетами?.,. Добро. Проходя между рядами си­ дений, шофер зацепил мужчи­ ну: — Как же это, товарищ? Шофер подергал плечами. Впереди подал голос инспек­ тор. В первый раз никто не расслышал, что! сказал Щерба­ ков. Не спеша прожевывая ку­ сочки сушеной воблы, пригуб­ ливая из бутылки лимонад и икая часто, инспектор повто­ рил: — Я предлагаю потесниться и посадить гражданина! — Подстрекаешь, а сам ни с места! —■ хихикнул сзади инспектора верзила в форме железнодорожника. — Не люблю издевательский тон!—взвизгнул Щербаков. — Желаете знать, у меня хрони­ ческий аппендицит .Я, пред­ ставьте, не могу шевельнуться. Сочувствовать надо, гражда­ нин! — Больным хроническим ап­ пендицитом рыбку кушать вредно и расстраиваться—то­ же,—поддел инспектора тот же насмешник. В Щербакове угас пыл, но сдаваться он не решился: — Ни к чему острите, моло­ дой человек. Поимейте со­ весть, я вам дважды отец! — Салют папе!—еще громче заржал верзила. — Я несозна­ тельный элемент, папочка. Тут есть персона с полным созна­ нием: с трибун лекции про мо­ раль шпарит, а коснись до их совести, так они изнанку пока­ зывают. Кочин заерзал на сидении. В автобусе поднялся гвалт. Успо­ коила всех контролер: — Гражданину сказано ясно и коротко: освободить автобус. За лишний груз, сами должны понять, шофера по головке не погладят. Выходите, гражданин, не затевайте скандал! Шум утихомирился. Мужчина безрадостно улыбнулся, по­ плелся к двери: — Я выйду, я не затею скан­ дал. Эка она, болезнь, на мою голову... Шут с ней, поболит— перестанет. С больницы выпи­ сался, домой надость, эка, шут с ней, повременю! В автобус ринулся сквозняк. В прогалине окна мелькнула ссутулившаяся фигура мужчи­ ны. Погасла розовость в лице Кочина, сжалось болью серд­ це... Всеволод Васильевич дер­ нулся вперед, как будто ловя рукой в спертом воздухе вы­ сохшее тело мужчины: — Послушайте, товарищ, стой товарищ! Садитесь... поез­ жайте... — Эка, братец, а как же вы — Я — потом, я попутной машиной...—Добродушно улы­ баясь мужчине, подталкивая его в автобус, Кочин вдруг пог терял равновесие и упал. Проходивший мимо парень помог Кочину встать. Никто не заметил, как из-под завернувшихся штанин Всево­ лода Васильевича блеснули желтым глянцем протезы ног. И. КОСЫРЕВ, плотник шестого управления.