Сельский восход. 2023 г. (с. Измалково)

13 СЕЛЬСКИЙ ВОСХОД № 46 (13113) • 23 ноября 2023 года ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА Чернава — древнерусское селенье, В своих истоках крепостью была. Она спасала Русь от вражеских нашествий, А после званье города взяла. Сюда был прислан воевода Бунин, А вместе с ним и сотня казаков, Просили эти люди у государя службу, Чтоб укрепить здесь с юга земли от врагов. Стекался люд сюда со всей округи: Купцы, стрельцы, бояре и князья. Обосновались тут ещё черкассы и белорусцы, И много пушкарей из города Ельца. Здесь также управлял Семён Грушецкий Отец царицы и жены царя, Командовал он гарнизоном в городе Чернавске, И ведал прочие дела. Не мало было фабрик и заводов, Что пользу для страны несли. Ещё церквей и храмов много, Которые молились о чистоте души. Героями полна земля родная, Которые стране отдали долг. Мы будем вечно помнить их, и зная, Кто подарил нам с вами свободу и покой. О любви «Мне осталась одна забава: Пальцы в рот — и весёлый свист. Прокатилась дурная слава, Что похабник я и скандалист…» Сергей Есенин О любви так много спето, сказано, И немало написано книг, Только всё это мало доказано В суете бытовых интриг. Я поверить хотел без сомнения И не стал в себе чувств подавлять. Поглотило меня наводнение, Утянуло в омут опять. Небывалый восторг там испытан был И желание всё продолжать, Но намеренно кто-то убавил пыл, И спасатель решил сбежать. Оказавшись в такой ситуации, Я слова не могу подобрать. Неужели из этой фрустрации Самому себя поднимать. И нет смысла в любовной романтике; Показалось теперь наяву, Обошли меня снова в той практике Подковёрные рандеву. Держать не хочу вас за руку, слышать, Понимать я стремлюсь вольный свист, Тот, что в Есенинских строках всё дышит, Как писатель, не скандалист. Осенняя ночь Ночь выходного дня. Не спится, И снова строки в голове. К чему же спать? Душа томится, Свечу зажёг я на столе. Гляжу в окно, а там морозец, Осенний сильный ветерок. Какой-то высший стихотворец Мне преподал сейчас урок. Сижу, грущу в осенней воле, Дровишки трескают в печи; Решил разжечь камин, не боле, Чтоб рифма легче шла в ночи. Хочу остановить я время, Чтоб вечно так сидеть, грустить. Всю эту суету и бремя Мне хочется навек забыть. Но вот полоска света брезжит, Не в силах ночь я обуздать. Коль разум мой всё не удержит, Пойду сейчас я сладко спать. Часы остановились и больше не идут, Хозяева по лавкам мастера всё ждут. Они все в паутине, и люди, и коты. И нет уже в избушке былой той теплоты. Злой колдун пришёл в тот дом, Поломал весь быт тайком. И пустил свой след везде. Всё застыло в слободе. Но только мальчуган успел удрать в лесок, В избушку, где изгоем жил странный мужичок. Его он попросил помочь честному люду, Чтоб этот чародей исчез бы отовсюду. Тот мужик охотник был, Среди леса один жил. Занимался волшебством В домике своём тайком. Собрал себе котомку тихоня и простак, Повесил на груди поломанный пятак. Махнул рюмашку водки и вышел на тропу, Направился он скоро в ту самую избу. По дороге он шагал, То молчал, то хохотал. Книгу в сумке отыскал, Заклинанье прочитал. И только показался им злобный старикан, Охотник изловчился, накинул свой аркан. Но злобный хохот с рёвом раскинулся вокруг, И поразил мальца ужасный этот звук. Злой колдун лежал в траве С пятаком тем в голове. Рядом мальчуган без чувств И мужик, глаза сомкнув. Поэт и интернет И света нет, и нет ответа, Я помираю от тоски. Как жили раньше без инета? Наверное, плели носки? Или ходили на дуэли, Иль оды пели под окном. Они давно уже отпели И почивают мирным сном… Я думаю, было занятно, Особенно когда зима. А осенью? Теперь понятно, Как пробуждались до светла. Но это были раньше лета, А на дворе уж новый век. И всё ж от скуки без инета Скучает новый человек. Послесловие… Сгорает быстро третья свечка, И я пишу под этот свет, А дух поэта-человечка; Мне заменяет интернет. Четвёртой свечкой снарядился, А вдохновение идёт… Я словно в прошлом очутился, Где Пушкин рядышком живёт. Когда-то были древние народы, Они кровавую войну вели. Они делили местности и броды, Которые их к смерти привели. Им представлялся сад благоуханий И царствие их деток на земле, Но вместо сладостных своих мечтаний В небытие ушли во временной петле. Сейчас ведутся также эти битвы Лишь броды поменялись сотни раз. За павших и живых читаются молитвы, А кто-то продолжает свой писать рассказ… Перелистывая фото, вспоминаю те фрагменты, Что когда-то были в жизни, но исчезли столь моментно. Сожалею, скоротечно, не вернёшь назад те годы; Остаётся ждать и верить в благосклонности природы. Знаю, странно это молвить в столь младые свои лета, Но вопросы, что я задал, остаются без ответа… И куда же это время так стремительно уходит? Даже разум изощрённый той разгадки не находит. Как в избе котейка серый Всё мурлычет да мурчит. Возле печи белой-белой Сказки детям говорит. Он почти, как кот учёный, Знает в присказках весь толк: Где живёт Царевна-лебедь И откуда Серый Волк… Удивляются старушки: Эка невидаль, эх-ма! Этой маленькой зверушке От роду лишь года два. Ну а кот, прищурив глазки, Улыбается во сне. Продолжает свои сказки Всё мурлыкать детворе. Куда-то подевалась рифма, и вдохновение ушло, Хотя постой… вдруг в этой ночи наитие ко мне сошло. Другие строки появились, На лист пером они ложились, Как новогодний снег, кружились, И заблистали серебром. Хоть много написать хотелось, О том, что до меня воспелось, По-новому теперь смотрелось, Когда слагал о прожитом. И неспроста всё так случилось, Видать, что нужно, получилось, А в мыслях сразу прояснилось И написалось о своём. И сразу появилась рифма, и вдохновение пришло, И муза, заблиставши светом, дарила мне своё тепло. • ВАЛЕНТИН ДРОЗДОВ, с. Чернава