Сельский восход. 2021 г. (с. Измалково)

11 СЕЛЬСКИЙ ВОСХОД № 48 (13012) • 2 декабря 2021 года ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА • В.А. Купавых, «Полевая бунинская Русь», с. Чернава Измалково Вокзал Предтечево Глотово (Васильевское) И. Бунин, «Русские дневники». 1885 г. 8 августа 1917 г. «Нынче ездили с Колей в Измалково. Идеальный августовский день. Ветерок северный, сушь, блеск, жарко. Когда поднимались на гору за плотиной Ростовцева, думал, что бывает, что стоит часа в четыре до- вольно высоко три четверти белого месяца, и никто никогда не написал такого дня с меся- цем. Люблю август — роскошь всего, обилие, главное — огороды, зелень, картошка, высо- кие конопли, подсолнухи. На мужицких гум- нах молотьба, новая солома возле тока, крас- ный платок на бабе…» 14 сентября 1917 г. «Теплый прелестный день, солнечный. Ездил с Верой в Измалково, перед вечером…» 11 июня 1917 г. «Вечером Антон (австриец) отвез меня на Измалково. На станции «рево- люционный порядок» — грязь, все засыпано подсолнухами, не зажигают огня…В сенях ва- гона I класса мешки, солдаты. По поезду идет солдатский контроль… Волю «свободной» России почему-то выражают только солдаты, мужики, рабочие…» 22 октября 1917 г. «Все было в изморози. Чудеснейшее, тихое, солнечное утро…Звон… Радость жизни убита войной, революцией… Нет, в людях все-таки много прекрасного!» «Наконец, я задремал и не слыхал, как приехал в Измалково. Лошадей за на- ми прислали, но ехать сейчас же бы- ло невозможно по причине метели, и нам пришлось ночевать на вокзале. По случаю заносов, целых два часа я си- дел, ждал на вокзале, наконец, дождался… Ах, эти заносы, Россия, ночь, метель и же- лезная дорога! Какое это счастье — этот весь убеленный снежной пылью поезд, это жаркое вагонное тепло, уют, постукиванье каких-то молоточков в раскаленной топке, а снаружи мороз и непрохладная вьюга, по- том звонки, огни и голоса. От нашей стан- ции до Васильевского было верст десять, а приехал я на станцию уже ночью, а на дворе так мело и бушевало, что пришлось ноче- вать в холодном, воняющем тусклыми керо- синовыми лампами вокзале, двери которо- го хлопали в ночной пустоте особенно гул- ко… А меж тем и это было очаровательно. Я свернулся на диванчике, спал крепко, но поминутно просыпался от нетерпеливо- го ожидания утра, от буйства вьюги, — и очнулся, вскочил при розовом свете спо- койного морозного утра с чисто звериной бодростью… Через час я был уже в Васильевском, си- дел за кофе в теплом доме, не зная, куда де- вать глаза от счастливого смущенья: кофе наливала Анхен… • «Жизнь Арсеньева» До того, 19 мая 1912 г. В сумерках по Измалкову. У одной избы стоял мужик — огромный, с очень обвислыми плечами, с длинной шеей, в каком-то высоком шлыке. Точно пятнадцатое столетие. Глушь, тиши- на, земля. Ехал, как всегда, на Измалково через Васильевское, где и переночевал». «Наконец Измалково. Обычная дере- венская станция с высокими деревьями вдоль платформы. Знакомый синий ко- стюм и чуть-чуть встревоженные густо- синие глаза. — Здорово? — слышу знакомый голос. Ян не один, что меня чуть задевает, с ним его племянник, Коля Пушешников… Когда мой багаж был вручён работнику, мы сели в тарантас, тройка сытых лошадей вынесла нас из-за станционного садика на дорогу в просторное, с огромными выгона- ми село Измалково, где с каким-то сладо- страстным лаем собаки то кидались чуть ли не в тарантас, то с визгом взвивались поч- ти к самым шеям лошадей. — Собачья атака всегда возбуждает, — как часто говорил Ян, — становится весело от проявления этой звериной силы, ярости, неукротимости… Выехав из села, мы стали спускаться вдоль тенистого сада графа Комаровско- го. Ян сказал мне, указывая вправо на до- рогу, поднимающуюся в гору: — А вот тут сворачивают в Предтечево…» • В.Н. МУРОМЦЕВА-БУНИНА «Беседы с памятью 29 июля 1911 г. «Вчера катались (с Ве- рой и Колей) к лугам на Предтечево. Что за ночь была! И вообще, какое прелест- ное время — начало августа! Юпитер низ- ко на юге, Капелла на севере. Лозинки вдоль дороги, за ними луна. Слева, сза- ди — чуть алеющий закат, бледно-блед- но синие, необыкновенной красоты об- лака. Справка жнивье, бледное в лун- ном свете, телесного цвета. Рисового цве- та ряды. Думал о поздней осени: эти лу- га, очень высокая луна, тонкий туман в лу- гах…Потом с грустью вспомнил Бутыр- ки, ужин, самоцветные глаза собак, отец ложится спать под окнами в телегу…» 9 августа 1917 г. «Ездил с Верой в Предте- чево. Жаркий дивный день. Поехали к рома- новским за медом, не доехали—далеко черес- чур мост, повернули назад, поехали к Муром- цевым…11 августа—с утра чудесный день. Ве- ра не совсем здорова…» 22 сентября 1917 г. «Ездил с Верой в Озер- ки. Хороший день, не ветер…» 4 октября 1917 г. «Ездил… к Муромцевым (в Предтечево, авт.), как хороша его усадьба с этимидеревьями в остатках осенней листвы…» 8 октября 1917 г. «Далеко-далеко налево, на юго-востоке, над лучами возле Предтече- ва светлый белесый пар под солнцем, над ним полный света горизонт…» «Оказалось, что Людмила Александровна (мама И. Бунина, авт.) знала двух моих род- ственников, предтеченских помещиков, бра- тьев моего деда, больших приятелей ее мужа (отцаИ. Бунина, авт.), Семена АлексеевичаМу- ромцева, славившегося своим умоми независи- мым образом мыслей, который говорил ее му- жу, Алексею Николаевичу: «Ты хорошо заду- ман, да плохо вывелся…»—и Алексея Алексе- евичаМуромцева, улана в отставке, прозванно- го «раздраженным уланом», охотника и очень веселого человека, я помню его в раннем дет- стве, когда он приезжал вМоскву и бывал у мо- их родителей. И.А. (Бунин, авт.) его тронул в «Деревне» и в «Натали», где мой двоюродный дядя является прототипом улана Черкасова». На Кирики приехали братья Бунина. Урожай яблок был редкий, целыми днями к шалашу вфруктовом садушли вереницей бабы, девки, ребята, покупая или обменивая фрукты на яйца, хлеб, молоко. Издали в поле был слы- шен аромат плодового сада. Я послала ящик яблок своим. За лето мы подружились с караульщиками; записывали сказки, поговорки, особенно от- личался один, Яков Ефимович, его Иван Алек- сеевич взял в герои «Божьего древа», удиви- тельный был склад его речи, почти вся она бы- ла рифмована. Это лето было для меня полно незабывае- мых, впервые пережитых впечатлений. • В.Н. МУРОМЦЕВА-БУНИНА, «Жизнь Бунина», 1870-1906 гг. 6 июня 1907 г. «Глотово, — пишет Вера Николаев- на, — деревня довольно зажиточ- ная, с кирпичными избами под желез- ными крышами. В селе были три по- мещичьи усадьбы, две лавки, цер- ковь, школа, винокуренный завод. Ежегодно проходили ярмарки… Была заброшенная аллея, ведущая к кле- ну, виднеющемуся из комнаты Яна… Комна- та Бунина — угловая, с огромными старин- ными темными образами в серебряных ри- зах, очень светлая от белых обоев и от то- го, что третье окно выглядит на Юг, на фрук- товый сад, над которым вдали возвышается раскидистый клен…» Это было первое знакомство будущей же- ны Бунина В.Н. Муромцевой с Васильевским и с родными поэта. Декабрь 1917 г. Вера Николаевна писала: «Ян в деревне опять стал иным, чем в горо- де. Все было иное, начиная с костюма и рас- порядка дня. Точно это был другой чело- век. В деревне он вел строгий образ жиз- ни: рано вставал, не поздно ложился, ел во- время, не пил вина, даже в праздники, мно- го читал сначала, а потом стал писать. Был в ровном настроении». «Я очень обрадовалась, когда Ян согла- сился пойти в церковь. Она стояла в двух ша- гах от нашего дома, рядом с нашим фрукто- вым садом. Перед ней был большой выгон, а вокруг нее шла каменная ограда. В ограде на- ходились могилы помещиков, сзади церкви часовня, где образа писались с покойных Гло- товых. Из часовни был ход в их склеп — мы как-то спускались туда и видели свинцовые серые огромные гробы, на которых металли- ческие крышки блестели капельками росы. «Налево вырастает небольшой лесок, да- лее показывается Глотово, деревня доволь- но зажиточная, с кирпичными избами под железными крышами. И опять собаки залив- чатым лаем, которых с каким-то злорадным наслаждением дразнит Ян, высовывая из тарантаса костыль с железным острым кон- цом. На порогах появляются бабы в ситце- вых платьях, ребятишки всех возрастов, ху- дой согнутый старик поднимается с зава- линки и низко нам кланяется, сняв с голой головы зимнюю шапку. Далее — дом Глото- вых, потонувший в густом старом саду за каменной оградой. Спускаемся к узкой ре- ченьке, Семеньку; налево за мостом богатая усадьба Бахтеяровых с безвкусным домом в саду, спускающемся по горе, и с безобраз- ным зданием винокуренного завода у реки, а направо, на пригорке, за темными елями се- рый одноэтажный дом, смотрящий восьмью окнами, — дом, где я буду жить». • В.Н. МУРОМЦЕВА-БУНИНА, «Жизнь Бунина», 1870-1906 гг. 10/23 октября 1922 г. День моего рожде- ния, 52… День чудесный. Ходил в парк. Сол- нечно, с шумом деревьев. Шел вверх в оза- рении желто-красной листвы, шумящей под ногой. И как в Глотово — щеглы, их звеня- щий щебет. Что за очаровательное созда- ние! Нарядное, с красненьким, веселое, лег- кое, беззаботное. И этот пархающий по- лет. Падает, сложив крылышки, летит без них и опять распускает. В спальне моей то- же прелестно и по-нашему, по-помещичьи. • Из рассказа «Антоновские яблоки