Сельский восход. 2021 г. (с. Измалково)

12 СЕЛЬСКИЙ ВОСХОД № 25 (12989) • 24 июня 2021 года И.А. БУНИН — НАШ ЗЕМЛЯК Из дневников Веры Николаевны Муромцевой (Буниной) Муромцева-Бунина ВераНиколаевна (1881– 1961) —литератор, переводчик, женаИ.А. Бунина, царицынская дачница. Племянни- ца С.А. Муромцева иМ.Н. Климентовой- Муромцевой, двоюродная сестраМ.А. Му- ромцевой-Брюан. Из потомственных дво- рян. Отец—НиколайАндреевичМуром- цев (1852–1933), окончилИмператорское Московское техническое училище (1880), членМосковской городской управы. В.Н. Муромцева окончила естественныйфа- культетМос-ковских высшихженских кур- сов (В.И. Герье) в 1907-м. Работала в хи- мической лаборатории. Перевела на рус- ский язык романы Г. Флобера «Сентимен- тальное воспитание» (1911) и«Воспитание чувств» (1915), автор переводов сочинений Ги деМопассана, А.Шенье, А. Ламартина. «…С осени 1889 года началась его работа в редакциигазеты«Орловскийвестник», нередко он был фактическим редактором; печатал в ней свои рассказы, стихи, литературно-критические статьи и заметки в постоянном разделе «Лите- ратура и печать». Жил он литературным трудом и сильно нуждался. Отец разорился. В 1890 го- ду продал имение в Озерках без усадьбы, а, ли- шившись и усадьбы, в 1893 году переехал в Ка- менку к сестре; мать и Маша — в Васильевское к двоюродной сестре Бунина Софье Николаевне Пушешниковой. Ждать молодому поэту помо- щи было неоткуда <…> ИногдаездилвВасильевское, гдеуегодвою- родной сестры С.Н. Пушешниковой было четве- ро маленьких мальчиков, — старший, Ваня, был какой-то странный, болел астмой, был необык- новенно религиозный, но в то же время прояв- лялдеспотическиенаклонности.Матьиз-заэтой болезненности очень баловала и даже побаива- лась его. Как всегда Ваня Бунин проводил много вре- мени в библиотеке старика Пушешникова, зачи- тывался поэтамии русскими, и в переводах, стал и сам кропать стихи, но пока втайне, никому не показывая». Из записей Ивана Алексеевича за 1883-1884 учебный год «Кроме того, появилось новое удоволь- ствие. Весною этого года умер свекор племян- ницыАлексеяНиколаевича,ИванВасильевичПу- шешников, умер внезапно, ему сделалось дурно за обедней, едва довели до дому, как он скон- чался. Этобылмаленькийполный старичок с ко- роткой шеей, с длинными обезьяньими руками, очень серьезный, служил по выборам в уездном земстве, никогда не был женат, но детей имел, и одного, от красавицы с цыганской кровью, усы- новил. Человек он был образованный (в его би- блиотеке были и русские, и иностранные писа- тели). Скоро с Алексеем Николаевичем они рас- сорились, и Бунины перестали бывать у Пушеш- никовых. Сын покойного, Алексей Иванович Пушеш- ников, совершеннонепоходилнаотца: высокий, красивый, никогда ничего не читавший, страст- ный охотник, веселый общительный человек с прекрасным голосом, он очень любил Алексея Николаевича, родного дядю своей жены и, ко- нечно, вскоре после смерти отца поехал в Озер- ки, и отношения возобновились. ЕслиОзеркибылиживописнееБутырок, тосе- ло Глотово было живописнее Озерок, — шире и с большим населением. Там было четыре усадь- бы: Глотовых, Казаковых, которые впоследствии продали свое поместье Глотовых, Бахтеяровых, с водочным заводом, и Пушешниковых; послед- нееназывалосьВасильевское. Сдвухсторонэтих усадебшли раскинувшиеся улицы с избами быв- шихкрепостныхэтихпомещиков; былодвелавки, школа и церковь, возвышавшаяся на выгоне, ря- дом с Васильевским. На глотовской стороне жи- лодуховенство.ПоместьеБахтеяровыхотдругих усадеб отделяла узкая речонка Семенёк. Дом в Васильевском был одноэтажный, без балкона, комнаты большие, высокие, с широки- ми половицами, в окнах поднимающиеся рамы. За летоВаня вытянулся, загорел, из мальчика превратился в подростка…». «…В декабре Ваня жил, ожидая наступления праздничных каникул. Ему позволили вернуться домойодномучерезИзмалково.ОттоКарлович, пословамотца, вышлетзанимлошадь,ион, пере- ночевавуних, поедетнаследующийденьдомой. Машарассказалаему, чтоумладшихдочерей ТуббеОттоКарловича, ЗиныиСаши, гувернант- ка, молоденькаяимилаядевушка.Ионсталмеч- тать о ней. 22 декабря гимназистов распустили на Свят- ки. Ваня считал часы до отъезда на вокзал. Он был горд, чтоедетодинпожелезнойдороге.На- деялся, чтов этотже вечеронувидит гувернант- ку. На вокзалприехал за тричасадоприхода по- езда…». Из дневников И.А. Бунина за 1885 год «…Конец декабря 1885 года. Наконец, я за- дремалинеслыхал, какприехалвИзмалково.Ло- шадейзанамиприслали, ноехатьсейчасжебыло невозможнопопричинеметели, инампришлось ночевать на вокзале. Ещесбольшимвеселымисладкимнастроени- емдухавъехаляутромвзнакомоесело, новстре- тил его не совсем таким, каким я его оставил: из- бушки, дома, река — все было в белых покровах. Передомнойпромелькнуликартинылета.Вспом- ниля, какприезжалвпоследнийразсюдаосенью <…>Наконец сегодня я уже с нетерпением пое- хал в Васильевское. Сердце уменя билось, когда я подъезжал к крыльцу знакомого родного до- ма. Увижу ли я ее нынче, думал я; 23-го она была в Ельце!.. На крыльце я увидал Дуню и ее, как я предполагал; это была барышня маленького ро- ста со светлыми волосами и голубыми глазками. Красивой ее нельзя было назвать, но она симпа- тична и мила. С трепетом я подал ей руку и от- кланялся. «ЭмилияФасильевнаФехнер!»—про- говорила она <…> ...На мосту, когда он шел от Пушешнико- вых к Туббе, его нагнал кучер Бахтеяровых, ездивший на почту, и протянул журнал «Ро- дина» со словами: —Он—Иван Алексеевич, а ничего! Этобылаперваярецензиячеловекаизнарода. Грамотный кучер просмотрел подорогежурнал. Поэт схватил «Родину», забежал на минуту к Туббе, сунулОттоКарловичусвоистихи.Добрый немец, увидав подпись, прослезился, а поэт, от- казавшисьдажеотлюбимыхполотков, помчался назад через мост в Васильевское и, показав Со- фьеНиколаевне стихи, «тотчасотправилсяпеш- комвОзерки, рвалполесамросистыеландышии поминутноперечитывалсвоистихи, этоутрони- когда не забудешь!» Дома он молча подал матери журнал, откры- тый на странице с его стихами. Все были горды. Ираньше, когдаотцудаваличитатьегостихи, он говорил: «Иван рожден поэтом, ни на что дру- гое не способен <…> В Измалкове Иван Алек- сеевич нанял на косых колесах тележку и отпра- вился в Васильевское. Там переночевал. Софья Николаевна нашла его очень возмужавшим. На другой день она дала верховую лошадь, кото- руюон при оказии должен был вернуть» <…> В Орлеонпробылнедолго. Подороге, вВасильев- ском, познакомился с братьямиШейман. Заехал к ним и на оставшиеся деньги купил верховую кобылу <…> Чехов из Ялты запрашивает жену: «В каком настроении Бунин? Похудел? Зачах?» <…> Значит, душевногопокоя уИванаАлексее- вичанебыло, ажизньонвелбеспорядочнуюсре- дибесконечныхроманов, флиртовивсякихжен- скихдружб. Толькоуезжаявдеревню, теперьча- ще в Васильевское, к своей кузине С.Н. Пушеш- никовой, начинал он вести здоровый образ жиз- ни и не брал в рот вина. ПлемянникиПушешниковы, какяужеписала, из юношей превращались в молодых людей. Ко- лю, самогонелепого, ноодаренного, ИванАлек- сеевич выделил, стал руководить им, наставляя его, помогал ему разбираться во всех вопросах литературыижизни. Емуранопришлосьоставить гимназию из-за астмы и частых воспалений лег- ких, и он подолгу жил в деревне, когда его бра- тья учились в гимназии. Будучи очень любознательным, он по книгам Мензбира изучил птиц, наблюдая за ними, хо- рошо знал звездное небо, чем особенно пленил Ивана Алексеевича, с детства любившего тем- ное ночное небо. Старший брат Коли, «Митюшка», как его в шутку все звали, с этого года учился в москов- скомуниверситете, выбравюридическийфакуль- тет. Этот племянник дружил с Юлием Алексее- вичем, который в свою очередь много дал ему в смыслеразвития.Онсталзавсегдатаемегопяти- часового чаепития. ВМоскве, Петербурге, Одессе, даже в Крыму ИванАлексеевиччастобывалвресторанах, мно- го пил, вкусно ел, проводил зачастуюбессонные ночи. Вдеревнеонпреображался…Разложивве- щи по своим местам в угловой, очень приятной комнате, он несколько дней, самое большое не- делю предавался чтению журналов, книг, Биб- лии, Корана. А затем, незаметно для себя, начи- нал писать. За все время пребывания в деревне, как бы долго он там ни оставался, он жил трез- вой, правильной жизнью. Пища в Васильевском была обильная, но простая. Он сразу облекался в просторнуюодежду, никаких крахмальных во- ротничков, даже в праздники, не надевал. Поч- ти никуда не ездил, кроме того, что катался по окрестностям. Знакомства ни с кем из помещи- ков не заводил. Почти все свои досуги проводил с Колей, который еще не учился в Москве (куда он поехал позднее для уроков пения)…». • Н.Н. КИРИЛЛОВА, учитель школы с. Васильевка