Сельский восход. 2019 г. (с. Измалково)

2 стр. 22 июня 2019 г. СЕЛЬСКИЙ ВОСХОД ЛЮДИ ЗЕМЛИ, ПРОКЛЯНИТЕ ВОЙНУ! 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Наш народ мужественно сражался за свою свободу и незави- симость. Красная Армия вела упорные оборонительные бои с гитлеровцами, испытала всю тяжесть первых поражений в приграничных сражениях и горечь огромных людских потерь. В 1941 и 1942 годах наша армия отступала под натиском врага. В этот период войны часто терялись, а то и вынужденно уничтожались военные документы. Родные погибших бойцов получали извещения о том, что их отец (сын, брат, муж) пропал без вести, хотя на самом деле он пал смертью храбрых в бою с жестоким ненавистным врагом. В послевоенные годы на- чалась работа по восстановлению утраченных документов, начали работать поисковые отряды, а с появлением Интернета архивные документы стали оцифровывать и выкладывать в свободный доступ. Это позволило установить имена многих погибших бойцов. В деревне Хухлово (Пречистенская с/а) в годы войны дислоцировался военный госпиталь. Умерших от ран бойцов хоронили здесь же. В братской могиле №135 был похоронен и старший сержант Николай Семененко. Его родные ничего не знали о судьбе бойца 77 лет. В этом году в Пречистенском поселении в День Победы побывали жители г. Казань Тамара Семененко — невестка погибшего защитника Родины, его внучки Алла и Валерия и правнучки Александра и Ариадна. Редакция «СВ» предлагает вниманию читателей рассказ Тамары Семененко о путешествии из Казани в Хухлово и посещении могилы дорогого человека. ПУТЕШЕСТВИЕ В ПРОШЛОЕ Г оворят, что прошлое обяза- тельно настигает человека. Чаще всего тогда, когда этого совсем не ожидаешь. Нас это прошлое накрыло с головой в мае прошлого года. Родос- ловная, которая, наконец, была дописана и отпечатана, вызвала вновь к жизни запас всё ещё нерастраченной любви, новые силы к открытию белых пятен на карте нашего рода. Было решено пройти с Бессмертным полком, пронести фотографию деда и прадеда, моего свёкра Николая Васильевича Семененко, канув- шего в безвестность в 1942 году под Орлом. Мы хотели, чтобы он увидел наш красивый город, где нашла свой дом его семья, где он никогда не был. И он был бы вместе с нами. Дочь и внучка вернулись после шествия взволнованны- ми, рассказам о торжественном событии не было конца. И вот тут прошлое застучало мыслью о том, что мы ещё не искали нашего родственника через Ин- тернет. Поиски Николая Василье- вича то затухали, то возобновля- лись в течение 70 лет, оставляя горькое разочарование. И вот через 5 минут работы программы поиска стало ясно — неизвест- ности настал конец. И тут же полетело письмо в Липецкую об- ласть, главе администрации Пре- чистенского сельского поселения Измалковского района Любови Александровне Дядищевой. Ответ с фотографией мемориала у де- ревни Хухлово и подтверждением наличия на табличке дорогого для нас имени прилетел мгновенно. В братской могиле №135 лежали те, кто умер от ран в госпитале, дислоцировавшемся в Хухлово летом 1942 года. Известие фронтового друга о Николае Васильевиче о том, что он ранен 2 июля и погружен им в санитарный эшелон, было последним сообщением с фронта. …С этого растревожившего душу майского дня мы стали готовиться в дорогу. Запросы в медицинские архивы дали полную картину последних дней Николая Васильевича Семененко, старше- го сержанта, командира третьего взвода 496 полка 148 стрелковой дивизии. Мы прочитали хронику военных событий этого времени по дням и часам. Оказалось, все дневники военных операций можно читать. С внучкой мы сделали проект «Дед и прадед. Линии жизни» и защитили его в гимназии №37 г. Казань перед детьми 4а класса. Слова сами собой складывались в стихи — так сильны и щемяще-тревожны были наши ощущения. Строились планы, подгадывались отпуска дочерей к празднику Победы, изучались маршруты. И настал май 2019 года. Наше реальное путешествие в прошлое началось 7 мая. С раннего утра зарядил дождь — на Руси это примета доброго начала дела. И всё-таки получилось: не подвёл навигатор, погода за Казанью вновь одарила теплом и солнцем, душа стреми- лась вперёд… ДОРОГИ П режде всего, я хочу низко поклониться матушке-до- роге. Во-первых, за то, что бе- режно несла нас долгие вёрсты, во-вторых, за то, что открыто и честно показала нам приметы такой современной жизни, ко- торой я не ощущала и уже не знала. Теперь я могу поехать куда угодно совершенно спо- койно. Федеральные трассы — ровные и гладкие, как стекло, нас приветливо встречали уютные помещения на заправках, пред- лагая весь спектр услуг — вплоть до стиральной машины. Чисто- та, прохлада, цветы, удобные кресла… Дорога наша шла через вспаханные и возделанные поля, кое-где живописно возникали островки деревьев и кустарника, вдали синим и зелёным светились леса, как на детском рисунке… Солнце играло с нами в прятки, пользуясь лесополосой вдоль дороги. Простор до самого гори- зонта захватывал дух…И вот эти необъятные дали фашисты хотели пройти? Эту великую страну под- чинить? Плохо знали историю и забыли позор французов? Голубенький ситчик неба и кучевые мощные облака развле- кали нас сменой картин — мать и ребёнок, играющие щенки, тюлень. Всё завораживало и вос- хищало нас. В городах люди редко смотрят в небо. Высокие деревянные кресты, изобретательно украшенные деревянной резьбой и простые, у каждого села встречали и про- вожали нас. Они были для нас оберегами и укреплением нашего духа — женщин трёх поколений (мать, дочь, внучка), отважив- шихся в дальний путь ради род- ного по крови человека — деда и прадеда. Поклониться его под- вигу, поговорить с ним через десятилетия, принести цветы к могиле, погоревать по русскому обычаю… А ещё больше гордились мы возрождёнными храмами, ча- совнями. Их купола возникали то справа, то слева, то, казалось, прямо посередине дороги, сияли золотом в небесной выси и убеж- дали лучше всяких слов в том, что Россия живёт по божьим зако- нам, что душа русского простого народа открыта добру и совести. Я впервые увидела, как тор- жествующе цветут каштаны и как бушует сирень. Увидела Россию… Л ИПЕЦК И , наконец, Липецк — город нашей дислокации. Снята квартира в центре по улице Толстого, улицы и дворы запо- лонила сирень, много цветущих каштанов, плодами которых так любят играть дети ( пояснение местной бабушки ). Городские улицы чистые, ухоженные, падают с горок и вновь стремятся вверх. От этого город такой уютный и свой. Красивые фонари, фон- таны, современные дома. Мы обедали в ресторане «Театро» на открытой террасе. Вид чудесный, еда превосходная, обслуживание внимательное. Да, ещё одно надо сказать — в каждом маленьком городке по пути зияли пустыми глазницами брошенные и полуразвалившиеся дома, похожие на беззубых ста- риков с костылями, оставленных доживать без догляда и заботы. Пусть уж лучше трава росла бы на их месте...Умирающие дома, где когда-то жило счастье, — тяжёлое зрелище. Нам, привыкшим к безбреж- ным просторам Камы и Волги, всё ожидалась какая-то обширная водная гладь, но речушки на пути попадались мелководные, заросшие кустарником, но Сура, Воронеж и легендарный Дон украсили своей красотой землю этого края. А мосты над ними — произведение искусства. СОБЫТИЯ И ЛЮДИ И настал этот день. Девятое мая. Праздник Победы. В семь утра мы выехали в Быково, где нас ожидала обширная про- грамма. Я часто думала о нём. Твердила, где лежишь, солдат? — так начиналось моё стихотво- рение о Николае Васильевиче. И вот теперь настало время уви- деть это воочию, мы ехали по тем местам, где навеки остался наш дед и прадед. Букет свежих гвоздик, примолкшие дети, пред- чувствие встречи да влажность наших глаз. Пригорки с пере- ливами зелёного всех оттенков, высокое небо, вольный ветер и поля, поля… пока ещё чёрные с прямыми и ровными борозд- ками. Быково расположилось на холмах и выглядело весёлым, праздничным. Нас встречали, и мы быстро подъехали к месту сбора Бессмертного полка. Дети в белых блузах и рубаш- ках, учителя, нарядные сельчане стояли в едином строю. Сразу стало нечем дышать, сердце стучало в горле — мы услыша- ли слова торжественной песни «Бессмертный полк» и двинулись к мемориалу павшим. И Николай Васильевич смотрел с портрета на село, людей, цветущие деревья в первый раз — ибо что он мог увидеть тогда, в 42-м, умирая на госпитальной койке после тяже- лейшей операции? Пять дней и ночей боролся боец за жизнь. 7 июля второе лето войны для него было последним. И теперь, как в песне, над нами было то же самое небо, тот же воздух, та же вода, только деда нашего уже не было… Звучали торжественные речи от депутатского корпуса, адми- нистрации района. Слово дали и нам. Мы не готовили речи, слова шли из глубины души. Больше всего мне хотелось бы, чтобы мой муж, Евгений Никола- евич, сын Николая Васильевича, стоял здесь. Он ждал встречи всю жизнь, как и его мать. Чтобы через десятилетия тоски и тревоги его отец почувствовал бы там, где-то в глубине улетевших лет, любовь своего сына — и детскую, и взрослого мужчины, который вырос таким же честным и на- стоящим человеком. Отец и сын. Два портрета стоят рядом. За что их лишили любви, радости бытия? Сколько людских глаз в этот час проливали свой свет на них! И женщины смахивали слезинки со щёк. Пом- ните, как в песне? Трава под берёзкой не смята, Никто из земли не вставал. А как это нужно солдату, Чтоб кто-то о нём горевал! И плакал светло, как невеста, И помнил навеки, как мать… Вот и по нашему солдату про- лились светлые слёзы. Теперь всё правильно. Возложение цветов к памятнику павшим. Наши дети идут, взявшись за руки. Я смотрю им вслед — запомни- те всё, внучки, впустите в своё сердце общую боль и станьте сильнее. А праздник набирал силу, и во всю мощь русской души полились песни военных лет. Сменялись на сцене артисты, и слова любви и благодарности за Великую Победу плыли в сумраке зала. Ах, какие голоса у здешних женщин! Какие красивые, милые лица! Красавицы России, низкий поклон вам всем за эту встречу! За серьёзных ваших сыновей, идущих в едином строю, за де- вочек с русскими пшеничны- ми косами, за душевные песни и озорные частушки. Какую дробь выколачивали ваши каблучки на клубном полу! Доброе угощение, добрые слова, добрая память — этого у нас никто и никогда не отнимет. Как у фронтового костерка, будет греться моя душа об эти воспоминания… И последнее. Самое нужное и важное для нас. Мы идём к братской могиле. Я читаю нашу фамилию на камне, глажу шерша- вые серые буквы и уже не сдержи- ваю слёз. Я верю, какие-то волны, ветерки ли несут сейчас мои слова к Николаю Васильевичу, и всем, кто лежит здесь, исполнив свой долг до конца. И становится легче. Придут люди сюда вновь и вновь, проведут рукой по его фамилии, как бы здороваясь… Теперь ведь они знают, кто это, видели его простое улыбчивое лицо, слышали рассказы о нём и его семье, знают его внуков и правнуков. Мы долго молча стоим рядом — его потомки, его кровь. Он увидел нас, услышал, дождался! О, память сердца! Ты сильней рассудка памяти печальной…. Тамара СЕМЕНЕНКО, Липецк-Быково-Хухлово (май 2019). Фото из семейного архива. ÑÅÃÎÄÍß — ÄÅÍÜ ÏÀÌßÒÈ È ÑÊÎÐÁÈ  Ответ с фотографией мемориала у деревни Хухлово и подтверждением наличия на табличке дорогого для нас имени прилетел мгновенно. В братской могиле №135 лежали те, кто умер от ран в госпитале, дислоцировавшемся в Хухлово летом 1942 года. Глава Пречистенского поселения Л. Дядищева (слева) и родные Н. Семененко почтили память защитника Отечества, захороненного в братской могиле №135