Путь Ленина. 1930 г. (г. Усмань)

П У Т Ь Д Е Н И Ч А Л я 205 (2 2 0 ) ГГ ИНТЕРВЕНТЫ? ВЫ ПРОСЧИТНЛИСЫ ВЫ СЕЕТЕ ИСКРЫ ПОЖАРА МИРОВОЙ ВОЙНЫ, ПОЖНЕТЕ ЖЕ БУРЮ ПРОЛЕТАРСКИХ РЕВОЛЮЦИЙ ПОДЖИГАТЕЛЯМ ВОЙНЫ, о р г а н и з а т о р а м г о л о д а и к р и зи с о в НЕ ОСТАНОВИТЬ п о б е д о н о сн о г о СТРОИТЕЛЬСТВА СОЦИАЛИЗМА, С У Д Н А Д ВР Е ДИ ТЕЛЯМИ И ШПИ ОН АМИ. В о д и т е л и „ п р о м п а р т и н ‘ (Заседание 29 ноября) Допрос подсудимого -агентБ! мировога имериализма перед пролетар­ ским судом. Чарновского. К самодержавию, как устанавливает на суде сам подсудимый, относился только безразлич­ но: самодержавие ему не мешало. А Октябрь скал революция наносила, поясняет он, сущест­ венные изменения в мое личное положение. Чарновский твердо настаивает на том, что вре дительствовать он начал только с весны 1927 года. Все те „странные" явления, которые проис ходили на его глазах профессор Чарновский объяснял головотяпством. Вынужденный, прямо поставленными вопросами обвинения, подсуди мый идет дальше в своих утверждениях: я не имел гражданскою мужества обратить на эти явления внимание кого следует. Я стоял в стороне. В этом я признаю себя виновным. Однако,—когда Хренников выбыл ив строя, Чарновский занимает его пост п о р уководству вредительством во всей металлообрабатыва нщей п ромышленности, дает подробные уга- зания, как проводить в жизнь разработанный ЦК „промпартии" диверсионный план, сообща­ ет порядок, в каком должны выводится из строя заводы, важные для обороны страны. Он также собирал информацию, о положении ме таллопромышленноств по заданию французско­ го генштаба. Допрос подсудиного Куприянова. Куприянов за 22 года службы до февраль­ ской революции сделал большую карьеру. По­ следние 17 лет с. 1900 по 1917 год он рабо­ тал на предприятии, принадлежвшем видному промышленнику Коновалову. Ныне одному ив активных деятелей „торгпрома" и дослужился до высокого поста управляющего группой ко- иоваловских фабрик с годовым окладом в 12 т. руб. Активного противодействия Октябрьской революции Куприянов не оказал, если но считать... участия в саботаже и отказе от ра­ боты в советских организациях. Вначале нэпа подсудимый появляется ВСНХ. В 1928 году Куприянов становится заведу­ ющим производственным управлением текстиль ного синдиката, фактическим вершителем про­ изводственных судеб всей хлопчатобумажной промышленности наш, го Союза. Куприянов активно начал принимать учас­ тие во вредительской группе инженеров - тек­ стильщиков в конце 1925 года. Характерно отметить неоднократные попытки Куприянова сиизваети свою роль во вредительской органи­ зации до степени „неответственного исполни­ теля". Однако, суду удается выяснить роль Ку приявова „в инжеверном центре" и потом,, в промышленной партии". Оказывается он еще в 1925 году услышал (а на самом деле вел) разговоры об интервенции. Ему же в 1929 го­ ду была поручено „ЦК промпартии" организо ­ вать в Центральном аппарате В Т С и его от­ делениях на местах ячейки из сл ужащих, бывших белых офицеров, для оказания „на­ дежной п омощи интервентам". Допросом Куприянова закончилось утренее заседание. Допрос подсудимого Федотова Федотов—типичный представитель старых пнженереких кругов. До 1905 года он служил па орехово-зуевской фабрике С а в в ы Морозова в качестве директора. „Я был один из первых,— гордо говорит Федотов--поднявших на страна цах легальной прессы вопрос о переходе русских фабрик на 8-ми часовой рабочий день. „Принад­ лежал к партии кадетов, хотя официально не был членом ЦК кадетской партии, но имел право совещательного голоса в нем. Октябрь­ ская революция подсудимым была встречена более чем неодобрительно. Однако, теперь он, Федотов, убедился, что можно работать и без хозяев. Но для этого ему нужно было „прой­ ти тяжелый путь скатывания к вредительству, государственной измене, тюремной одиночке." В 1918-20 году Федотов, работая в качест­ ве председателя правительственного правления Орехово-зуевского треста текстильных фабрик привлекался к ответственности но делу „тех­ нического центра", тогдашнего нелегального кадетского ЦК, но был освобожден в 1925 го­ ду. Лопатин предложил подсудимому вступить в об'единение ивженвров-текстильщяков, кото­ рое преследовало, по словам Лопатина, улуч­ шение своего быта, большее укрепление взаим ных связей и т. п. Хорошо зная цель органи­ зации инженеров-текстидьщиков, Федотов зани мал в ней командное место. В 1927 году про­ должает обвиняемый—надежды „перерож­ дение" советской власти иссякли и группа те­ кстильщиков за.нялась организованным вреди­ тельством . Тов. Вышинский желает выяснить, каких но литических взглядов держался Федотов, буду чи членем ЦК „промпартии" Старый заслуженный кадет отвечает, что меньше всего ему к лицу подходило в то нре- мя придерживаться монархических взглядов. Вызванный Рамзии подтверждает свое пока зачие во время предварительного следствия, из которого явствует, что Федотов бым в труп по ЦК „промпартии", которая предпочитала монархию. Припертый к стене, Федотов ниче го не мог возразить на это разоблачение. Затем выяснилось из слов Федотова, что ан ­ глийские фирмы выпелиявшие советские заказы, отчисляли в польз у эмиграции один п роцент и четверть процента в польз у тру п п ы инженеров вредителей. В общем белобан дитам перепало 200 тыс. руб., а вредителям —50 тыс. руб. —Сколько же вы лично получили из отпущен ных вашей группе 50 тыс. руб.? Интересуется государственный обвинитель. —Тыеячи 3 4,—глухо отвечает подсудимый. С помощью Рдмзина выясвяется также, что работа вредителей по созданию в текстильной промышленности диспропорции, по постройке ненужных фабрик и т. д- была организована по инициативе именно Федотова. На снимка: —РАМЗИН (в центре) и рядом с ним ОЧКИН на скамье подсудимых. Допрос Очкина. Очкин начинает с уверения, что он крепко воеприял Октябрьскую революцию, принадле жа, однако к групие топливников Йозглав- лявшойся меньшевиком Киршем. Тов. Крыленко хочет выяснить, как это про изошло. Очкин пробует об‘яенить это странное яв­ ление тем обстоятельством, что слишком вели­ ко было влияние на него Кирша. Очкнн с Рамзиним встретился в топлетехни ческом институте. В связи с этим т. Крыленко желает устано­ вить, когда Очкин вступил „в промпартню". Очкин утворлстает, что в октябре 1928 года —А в 1927 году вам были известны политн ческие установки Рамзина?,— спрашивает т. Крыленко. Если послушать Очкина, то выходит, что с советскими установками он сразу покончил и покорился учителю. Очкин пытался по его словам однажды дажо убедить своого учителя,что необходимо стоять за усиленные темпы развитая вародного хозяйства, во тот настаивал на заме дленных темпах. Рамзии вновь у судейского стола. Он под­ тверждает, что действительно „обработал" сво его ученика. Допрос подсудимого Ситнина. Изложение своей биографии Ситннн начи­ нает с усиленного подчеркивания, что его отец —в прошлом крепостной крестьянин и что сам Ситная в студенческие годы за участие в деятельности социал демократического кружка был в 1898 году административно выслан на 3 года на родину. Октябрьская революция ли шила Ситина возможности получать круглень­ кий оклад свыше 1 тыс. руб. в месяц, кото­ рую доставляла ему должность заведующего прядильно-ткацкой фабрикой в Твери. Ситвин не стесняется даже заявить, что к Октябрь­ ской революции ов „отнесся вполне доброже­ лательно," хотя через две минуты говорит, что па выборах в учредительное собрание он свой голос отдал меньшевикам. По собственнему признанию во вредитель­ скую организацию Ситния вступил в 1925 г. с целью добиться изменения курса советско*1 власти. Ситнин желал поставить советскую власть на путь государственного капитализма. Ситнин выставляет себя и выставлял на про­ тяжении всего допроса ещо раньше, когда он давал суду об'ясвеиия, противником интервен­ ции, противником свержения советской влйвти. Но после настойчивых вопросов государствен­ ного обвинения Ситния вынужден признать, что он „установку на интервенцию по сущест­ ву принял я из организации, стремившейся к интервенции и свержеиию советской власти, не вышел “ Будучи членом правления Тверского тек­ стильного треста, Ситнин берет взятки - с час ­ т ников, пол учающих от треста мануфактуру и п ри помощи торгового отдела треста об ­ ращает эти взятки в золот ую валюту. В итоге, при аресте у Ситяина найдены 7532 р. золотыми монетами царской чеканки. Во вре­ мя комавдировки в Америку Ситнин органи­ зовывает систематическое п ол учение взяток от п оставщиков хлопка. Допросом Ситнина вечернее заседание за­ канчивается. УЖАС БЕЗЫСХОДНОСТИ (Очерки в процесса) П р о ц есс к о н т р р е в о л ю ц и о н в р о в -в р е д и т е л е й „ п р о м п а р т и и 1 вец“ На снимке:— Члены суда слева на право: т. т . Анточоа-Саратовский и т. Вышинский. Иванов—рабочий завода „Кр- Путило- Уже третий, уже четвертый день подсуди­ мые говорят. Один за другим они подходят к пюпитру, раскрывают толстые иапки и го ворят. Они говорят часами, целыми днями. Обеда­ ют, спят и сейчас же опять принимаются го ворить, рассказывать, раз'яснять, приводить еще факты, еще подробности, еще сравнения, еще сопоставления. Что за стремительный поток! Что за сорев нованве в обстоятелы эсти! В зале суда удивлены. Некоторые даже слегка разочарованы. Где запирательство об­ виняемых? Где драматические сцены с возгла сама: „ив соверш«йте судебной ошибки" и воплями о невиновности? Когда, какой пре стуниик признавался так тщательно и подроб но? Тут несколько профессоров по росту чи­ тают целый университетский курс вредитель­ ской науки! Иностранцы, присутствующие на суде, даже немного обижены.. Их представления о поли тических процессах, о государственных пре­ ступниках попраны, нарушены. Собравшись в курилке, газетные джентльмены цожимаюг плечами: — Да это полнейшие труды! Вы только по слушайте, как они каются! Ничем остановить нельзя! — Да они совсем сложили оружие! Но что вначит трусы. Ведь несколько месяцев назад, занимаясь подготовкой к интервенции, состав­ ляя планы промышленной катастрофы—разве они не знали на что идут? Перед ах глазами были рассгрелы шахтинских вредителей, ги­ бель Пальчинекого, Мекка, Рязанцева. Ведь они не мальчики, понимали, что шутят с огнем!? — А всо-таки получается так: много лет вредители, никак не собирались прекращать этого, наоборот—все смелее разворачивали свои планы. А попали под арест, просидела всего несколько месяцев в тюрьме,—вот уже какие стали благонамеренные, понятливы преданные советской власти люди! В самом деле, отчего же так открыто, унич­ тожающе говорят о себе, своих деяниях под­ судимые инженерного процесса? Где их лич­ ное мужество иля хотя бы ничтожная уверен­ ность в правоте, ну дяже не в правоте, а в какой-нибудь успешности дела, за которое они боролись? Подсудимый Калинников скорбяо воскли­ цает: — Не даром говорят: „тюрьма всех учит". 0п а меня переучила. ■ Но не всякая тюрьма, не всякого заключен­ ного. Рабочие революционеры просиживали в тюрьмах не по нескольку месяцев, а по мно­ гу лет, но ничему не „переучивались". Они выходили из камеры такими же непреклонны­ ми, какими входили в нее. Почему? Потому, что их подбадривал новый, моло­ дой, исторически подымающийся класс. КлАсс, у которого еще все впереди. Они ясно видели неминуемую победу своего класса—в ее лучах маловажными, второстепенными казались лич­ ные страдания, даже физическая гибель сами революционеров. Здесь—никаких лучей победы нет. Ни лу­ чей, ни иллюзий. Есть безысходный мрак полного поражения, но только личного по­ ражения, а всего дела. ■*/ Очутившись в тюрьме, собравшись с мыс­ лями, в лолодном поту увидели, что состояли на службе у умирающего. Завтрашнего трупа. Как тут не отшатшуться, как не рвануться в ужасе к живом), как не цеиляться холодею­ щими пальцами за одежду класса победителя? И они говорят, говорят без конца, задыха­ ясь выпивают воды, и снова говорят, снова б о ­ рются с наступающим на ннх ужюом безыс-| ходности, безнздвжным призраком гибели сво­ его класса. МИХАИЛ КОЛЬЦОВ