Первый номер. 2025 г. (г. Липецк)

№ 42 (566) 28 октября 2025 года 22 СВЯТОЙ МАРГИНАЛ КУЛЬТУРНЫЙ КОД Александр Баргман рассказал в театре Толстого о герое нашего времени — Обломове М еня часто спрашивают знакомые после прогона или сдачи, стоит ли идти на спектакль. Всег - да говорю одно и то же: «Стоит составить своё мнение». Но «Обломов» (12+) в постановке Александра Баргмана в театре Толстого — один из спектаклей, кото - рый уже сейчас можно назвать жемчужиной, спектакль, который нужно обязательно смотреть и о котором нуж - но много говорить. Первый Гончаров Для театра постановка Гончарова не первая. В 2009-м Сергей Бобровский и Леонид Хейфиц поставили «Обык - новенную историю» (12+). В литературоведении она считается первой книгой трилогии Гончарова: «Обыкновенная история» — «Об - ломов» — «Обрыв» (12+). Здесь нет сквозных героев, перекличек повествования. Это взгляд писателя на со - временную для него жизнь России и исследование че - ловека. Как и почему тот отказывается от мечты, от себя и становится обыкновенным винтиком большой госу - дарственной машины — это в «Обыкновенной истории». Как человек пытается сохранить себя через отказ от обы - денной жизни — «Обломов». Как вообще сохранить свою внутреннюю свободу и своё «я» — «Обрыв». В текстах Гончарова представлены истории людей, которые жили почти 200 лет назад. Но постановка вопросов по-преж - нему актуальна. Может, поэтому для очень актуального режиссёра Александра Баргмана обращение к Гончарову стало есте - ственным. Режиссёр поставил 50 спектаклей, и по пьесам современных авторов, и по классикам, но вот обращение к Гончарову первое. И тут, как говорится, всё совпало: и режиссёрское желание, и типажи актёров. — Я думаю, Илья Ильич Обломов — герой нашего времени, — выделяет местоимение «нашего» Баргман. — Потому что сохранить свою душу, не став частью тол - пы, общей идеологии, — для меня это сейчас очень- очень важно. Важно, чтобы человек самосохранился. Чтобы душа его не раздробилась. Да, впервые обратился к Гончарову. Всегда внимательно отношусь к выбору ма - териала. Липецкий театр стал для меня родным (таких несколько), потихонечку к нему прирастаю. Для меня было важно поставить Гончарова в связи с необходимо - стью глубокого чувственного высказывания и ещё важ - но, что в липецком театре есть замечательный Володя Борисов. Мне кажется, это прям его дело — репетировать и играть Обломова. Обломов и Штольц Обломов в исполнении заслуженного артиста России Владимира Бо - рисова предстаёт по классике: ни одно слово из текста ВО МНЕ МНОГО ШТОЛЬЦА И МАЛО ОБЛОМОВА. Я БЫ ХОТЕЛ, ЧТОБЫ БЫЛО СБАЛАНСИРОВАННО Гончарова не изменено, ночная сорочка и панталоны, в которых он живёт в первом акте, специально соста - рены, как будто он провалялся в них в постели не одну неделю, да и внешний типаж узнаваемо табаковский из фильма «Несколько дней из жизни И.И. Обломова» (12+). Обломов Борисова — очень свой, знакомый уже давно, вообще без диссонансов восприятия. А кто помнит красавца и умницу Штольца в испол - нении Богатырёва, удивится герою Романа Коновалова. Неимоверно зажатый, что подчёркнуто сюртуком-фут - ляром, с несколько деревянной походкой и отточенно - стью фраз, он предстаёт этаким манекеном, тщательно вырезанным, тщательно сконстру - ированным, и удивительно, что живой. Ведь подобные люди-манеке - ны, сослуживцы Обломова, уже будут показаны зрителю — в них что-то салтыково-щедринское из «Города Глупова»: заученные фра - зы, приклеенные улыбки, движе - ние только по заданной траекто - рии, любое отклонение для такого болванчика, будь то диван или просьба о совете, воспринимается как непреодолимое препятствие, сбой в программе. Две России Мы помним из школьной программы, что Штольц — пример прогрессивного челове - ка, который способен изменить Россию. И в школе надеялись, что под влиянием Штольца Илья Ильич, как ста - розаветный богатырь, наконец-то встанет с печи да как начнёт работу работать. Но Штольц Барг - мана односложно скучен. Правда, для современного вре - мени правилен: ско - лачивает капиталы, с кем нужно любезен, кто ему не полезен, и не заметит даже. Не дай Бог таким менять Россию. В России Обломова у Баргмана, конечно, всё очень неустроен - но: стулья сломаны, бумаги валяются, новогодняя ёлка вот-вот даст корни в мае, а на корабле, что в начале спектакля является частью обстановки, так и не под - нимут паруса. Но фоном на стареньком телевизоре идёт передача о какой-то экспедиции то ли к Марсу, то ли для раскрытия тайн океана. —Мне неинтересен сатирический взгляд на Обломо - ва, — сразу подчёркивает Баргман в небольшом интер - вью, что дал журналистам в антракте. — Ведь недеяние Обломова, невступление его в жизнь, его бездействие — это и есть действие. Уж лучше вообще не действовать, чем действовать лицемерно. Нельзя сказать, что Обло - мов — цельный человек, он страдает из-за того, что не может попасть в эту жизнь. Для меня он святой маргинал. Я всех люблю и всем сочувствую. Но я больше всех люблю Обломова. Потому что тоскую в нём о себе. Потому что во мне много Штольца и мало Обломова. Я бы хотел, чтобы было сбалансирован - но. Я рад, что нам удаётся с артистами преодолеть штампованное отношение к Обломову. Единственное, что может поднять Обломова с дивана — это лю - бовь. И это одна из главных тем. Об - ломов разбивается о любовь Ольги Ильинской, потому что не может себя изменить. Несбыточность любви Ах, как прекрасна Олеся Казанцева в роли Ильинской! Какой завораживающий голос! Она вживую споёт арию из «Нормы» Casta diva. Арию, которая является лейтмо - тивом мечтаний Обломова: имение, жена, прогулки по тёмным аллеям и вечернее слушание арии. Casta diva — это призыв верховной жрицы друидов Нормы, которая просит богов помочь покарать жадных римлян и осво - бодить родину. В арии есть такие строчки: «Ах! Возлю - бленный мой ко мне возвратится, верный первой любви. И против всего мира Стану я тебе защитой». Но Ольга так и не смогла стать защитой. Эта несбы - точность любви так красиво визуально прописана, когда на пустой сцене, где стоит телефон-автомат, двое влю - блённых объясняются под бесконечным снегопадом из лепестков сирени. Кто-то в телефоне-автомате увидел отсыл к «Матри - це» (18+) — невозможно вырваться, кто-то к «Титанику» (12+) — трагичность любви. Я к фильму «Осенний мара - фон» (12+) — трагедия невыбора. Бешеная сценография В целом спектакль очень интересно выстроен. Худож - ник-постановщик — Елисей Шепелев. Думаю, липчанам особо представлять его не нужно. Достаточно назвать В роли Обломова — заслуженный артист России Владимир Борисов. В роли слуги Захара — Сергей Денисов Через весь спектакль проходят герои-фрики. По словам Баргмана, люди-маски символизируют горожан, скорых на окончательное мнение, любителей ярлыков