Наше хозяйство. 1917 г.

.\^ 18 НАШЕ х о з я й с т в о 11 однѣ принудительныя мѣры могли бы имѣть здѣсь значеніе, если бы само крестьянство не шло навстрѣчу сто­ лыпинской реформѣ. Нельзя было бы объяснить и явленія настоящаго вре­ мени, что отрубщикн, несмотря ни па какія посулы о многоземельѣ, упорно враждуютъ съ общинниками и не хо­ тятъ уничтодкпть свои столбики и возвратиться въ общину. Процессъ выдѣленія ихъ изъ общины совпа­ далъ обыкновенно съ моментомъ пе­ редѣловъ на новыя души. Хозяинъ не хотѣлъ упустить '|г десятины земли, которыми онь владѣлъ на „пример- шую“ —душу и закрѣплялъ ихъ за собой. Я не стану уже говорить объ общинахъ съ подворнымъ владѣніемъ. Заставьте хозяевъ, искони владѣю­ щихъ опредѣленнымъ числомъ надѣ­ ловъ передѣлить зем.ли на наличныя души! Это можетъ удастся только при примѣненіи методовъ преж:нихъ зе­ млеустроителей. Впрочемъ, по вопросу, собствен­ никъ или общинникъ русскій кресть­ янинъ по своей психилогіи и, въ частности, по отношенію къ землѣ, было уя^е исписано много книгъ. Кь с іжалѣнію, вопросъ дебатировался чисто теоретически, въ то время, ког­ да обпі;ина дерлсалась опредѣленными законами. За послѣднее время изс.аѣ- дованій не было; между тѣмъ въ по- слѣдеѳе-то время и сказалось, на­ сколько сильны въ крестьянинѣ взг.пя- ды на землю, какъ па ничью,. Вожью; проявилось такое сильное стремленіе къ собственности, что въ нѣсколько лѣтъ 'Із Европейской Россіи изъ об­ щинниковъ превратилась въ собствен­ никовъ и, если еще оставались при­ верженцы стараго общиннаго уклада, то они были таковыми отнюдь не по глубокому нравственному убѣжденію, а въ силу прямого, ничѣмъ непри­ крашеннаго практическаго шкурнаго хозяйственнаго расчета; ожиданія получить при передѣлѣ лишнихъ '|4— '|2 десятины земли; взять удобренную, чистую полосу сосѣда, взамѣнъ своей истощенной и забитой; пользоваться выпасами па общественной толокѣ, что при ограниченномъ клочкѣ земли для малоземельныхъ, но имѣющ. много скота, является весьма выгоднымъ. м'Ьпъ своихъ полосъ, принадлежа­ щихъ имъ на правѣ лпчпоіі собствен­ ности, при переверсткахъ земель. Уясе въ дни революціи въ Харьковской губерніи произошелъ такой казусъ. Общинники потребовали отъ отруб­ никовъ перехода на старыя общин­ ныя полосы четвертного права на томъ основаніи, что при землеустрой­ ствѣ, по ихъ мнѣнію, незаконно была произведена разверстка на отруба, съ захватомъ чужихъ дѣдовскихъ по­ лосъ. Вѣрнѣе, не съ захватомъ, а только передвижкой. Никакія увѣща­ нія и доказательства о томъ, что вес­ ною во время посѣва эту операцію произв ідить нельзя, — ибо это пове­ детъ къ громаднымъ убыткамъ и для отрубщиковъ и для общинниковъ, -- не помогли. Большинство упорно стояло за отыскиваніе дѣдовскихъ но- лосъ и требовало немедленнаго уни­ чтоженія межевыхъ знаковъ. Совершенно непонятное для эконо­ мически мыслящаго человѣка явленіе. Земли при передвижкѣ на хозяина не прибавляется, потому что количе­ ственно площадь земли отдѣльнаго домохозяина остается прелснею, время посѣва упускается; вспаханная на зябь земля отдается общинникамъ въ обмѣнъ на непаханную. И, несмотря на это, все же стремленіе къ дѣдов­ ской полосѣ на опредѣленномъ дѣ­ домъ паханномъ мѣстѣ, остается. Чув­ ствуется что-то зоологическое въ этомъ случаѣ. Это наиболѣе яркій примѣръ ин­ стинкта собственности на землю, ко­ торый можетъ объяснить и всѣ тѣ стремленія къ „выдѣленію“ и „ослаб- ленію“ земли съ нанесеніемъ на планъ, которыя появились и такъ привились со времени Столыпина и образовали чуть не 7 милл. хозяйствъ крестьянъ- собственниковъ. Достаточно было и з ­ дать законъ объ отрубахъ, какъ въ теченіе какихъ - нибудь десяти лѣтъ почти одна треть крестьянъ укрѣпила землю въ собственность и нетерпѣ­ ливо требовала землемѣровъ для от­ вода ея къ одному мѣсту. Правда, многое надо отнести на Счетъ рвенія по службѣ господъ зе- ' млеустроителей и земскихъ началь- I Никовъ; но въ то же время едва ли