Наше хозяйство. 1916 г.

30 НАШЕ х о з я й с т в о №№ 9— 10 щѳнію одяоп газеты, гамбургскій про­ фессоръ фонъ-Менеръ придумалъ уди­ вительный способъ превращать газет­ ную бумагу въ кормъ для домаіпаяі'о окота. — Такимъ образомъ, —возвѣщаетъ профессоръ, тѣ самые газетные листы, которые питали собою умы и сердца человѣческіе, сдѣлаются кормомъ для скота и дадутъ намъ молоко и мясо. Всѣ охвачены азартомъ бѳрѳлсливо- стн. Экономія стала общей религіей. И пусть въ этихъ обывательскихъ планахъ о сбѳрѳніеніи національныхъ богатствъ много простодушнаго, аеѳк- дотичѳски-странпаго, я все же чув­ ствую въ пнхъ отраженіе уднвнгельвон англійской граждане! веиностн, внуша­ ющей всякому Джонсу и Джонсону, будто ОБИ страшно отвѣтечвенаы за судьбы Великобританской Имперіи. Ничего, что въ этомъ порывѣ многое доведено до смѣшного! Самый этотъ порывъ не смѣшонъ. Обществу порою бываетъ полезно помѣшаться на ка­ комъ-нибудь пунктѣ, сдѣлать его сво­ ей неотвязчивой мыслью, довести его почти до безсмыслицы: тогда-то онъ и внѣд[)ится въ сознаніе самыхъ апа­ тичныхъ и вялыхъ. Экономія превра­ тилась въ манію. Торговцы если чѣмъ и соблазняютъ теперь покупателей, такъ только экономностью товара. Другая приманка не дѣйствуетъ. Зачѣмъ же англичанамъ экономить? Развѣ они обѣднѣли? Неужели ихъ фантастически-богатые лорды уже не въ силахъ наряжать своихъ женъ и нанять себѣ хоть тысячу лакеевъ? Да и самый послѣдвій бѣднякъ, — почему онъ долженъ сжиматься и ежиться, если именно теперь-то впер- вые завелись у него лишнія деньги? Вѣдь, на угольныхъ копяхъ, на за­ водахъ, на фабрикахъ нынче платятъ рабочимъ отлично; у многихъ появи­ лись впервыѳ шальныя пѳпрѳдвпдѣп- ныя деньги,—куда же ихъ, скажите, дѣвать? Не только всяческіе купцы и под­ рядчики, но даже солдатскія жены, даже фабричныя дѣвушки, работающія надъ изготовленіемъ снарядовъ, —и тѣ дорвались до такихъ капиталовъ, ка­ кіе имъ дотолѣ не снились. Имъ, конечно, хочется побаловаться сережками, леденцами, кинематогра­ фомъ, шляпкой, а ихъ за это клей­ мятъ, какъ преступницъ, и зовутъ измѣнницами родинѣ. Министры, жур­ налисты, священники уговариваютъ ихъ не франтить, не тратить на глу­ пыя прихоти, ибо въ этомъ для Англіи пагуба. Когда же имъ и тратить, какъ нѳ нынче! Онѣ впѳрвые за всю свою жизнь могли бы вдоволь наѣсться мясного, а ихъ призываютъ къ селедкѣ! „Селедка, салатъ и сыръ вполнѣ замѣняютъ мясо,—увѣряетъ ихъ газета —Вмѣсто масла можно употреблять маргаривъ. Помните, что каждая рюмка, выпитая вами теперь, способствуетъ продленію войны“. Министерство торговли обращается къ нимъ съ просьбой воздѳрлсаться отъ мяса. Министерство народнаго просвѣщенія печатаетъ для нихъ без­ платныя книліки съ рецептами деше­ выхъ обѣдовъ. Калідый, покупающій въ настоящее время серьги, драгоцѣнные камни, мѣха, объявленъ врагомъ государства. Каждый, кто заботится теперь объ излишнихъ удовольствіяхъ, считается пособникомъ кайзера. Откуда же такая непреклонная стро­ гость? Почему довольство и сытость признаются теперь какъ безнравствен­ ность? Развѣ Англіи грозитъ голода­ ніе? Вѣдь, хлѣба подвозится вдоволь: океаны въ рукахъ англичанъ. Вѣдь, въ лавкахъ товара избытокъ. Вѣдь, изо всѣхъ нынѣ воюющихъ націй ан­ гличане меньше всего ощутили эконо­ мическій гнетъ. Цѣны растутъ, но не очень. Фунтъ превосходнаго чая—де­ вяносто коііеѳкъ, рубль. Сахаръ, но заявленію министра финансовъ, де­ шевле, чЬмъ гдѣ-нибудь въ мірѣ! 0 какихъ-нибудь очередяхъ при покупкѣ и нѳ слыхали. Скажите англичанину, что въ Россіи овесъ вздоролсалъ на 244 процента, и онъ подумаетъ, что вы сумасшедшій. Въ англіи то..ько на 30 процентовъ повысилась стоимость жизни. У насъ бы ликовали и бла;і:енотво- вали; англи-чанѳ же кричатъ „караулъ и основываютъ цѣлыя лиги для бой­ кота вздорожавшихъ товаровъ.