Наше хозяйство. 1915 г.
НАШЕ х о з я й с т в о . Л^о 1. леніи мы и будемъ развивать нашу работу и къ ней приглашаемъ на шихъ дорогихъ читателей. Вмѣстѣ съ тѣмъ мы пьстим'ь себя надеждой, что и въ наступающем'ь году семья 'на шихъ читателей будетъ дѣлиться на страницахъ , Нашего Хозяйства" и результатами своего практическаго •опыта и свѣтомъ своего знанія. ‘Нелегокъ трудъ земледѣльца и боль шого напряженія силъ требуетъ онъ, но ничто такъ не подымаетъ бодрость и энергію, какъ взаимный обмѣнъ живымъ словомъ: Разумный трудъ, начатый нами -Разумныхъ требуетъ рѣчей: Работа съ мудрыми рѣчами Идетъ успѣшной и быстрѣй. Щ такъ, 'Обдумаемъ прилежно. Что слабой силою свершимъ Презрѣнъ, кто дѣйствуетъ небрежно, Не думавъ надъ трзудомъ своимъ! Въ томъ человѣку честь и слава, На то и свѣтлый разумъ въ немъ, Чтобъ размышлялъ онъ въ сердцѣ здраво О каждомъ подвигѣ своемъ. Редакція. С о н ъ д я д и М и т я я . (Ріа сіезісіегіа сельскаго хозяина). Измучился дядя Митяй за дальнюю дорогу. Тридцать верстъ съ горы на гору плелся онъ за своей кобылен- кой, тащившей въ уѣздный горо дишко небольшой возокъ ,,залишняго“ хлѣба.,,Знакомый“ купецъ,—дай Богъ ему здоровья,—не обидѣлъ дядю Ми тяя,—‘Набавилъ ему копеечку на пудъ противъ другихъ. Даже побожился, что „набавилъ". Часа черезъ три, вдосталь наговорившись съ своими и чужими о разныхъ разностяхъ, и ку пивши гостинецъ для ребятишекъ, дядя Митяй поѣха.лъ домой, то и дѣ ло понукая пріуставшую кобыленку. Много передумалъ онъ за дорогу на досугѣ о своемъ житьѣ—бытьѣ. Цѣлая вереница назойливыхъ ,,отчего" и ,,почему" взбудоражили дядю Митяя. И въ напрасныхъ потугахъ дать яс ный для самого себя отвѣтъ на вол новавшіе его вопросы дядя Митяй не замѣтилъ, какъ подъѣхалъ къ своей хибарк'Ь. Молчаливо похлебалъ онъ горяченькихъ щецъ, притулился око ло теплой печки и сладко задремалъ. И видитъ дядя Митяй, что онъ въ пол'ѣ. Смотритъ онъ во всѣ стороны; какъ будто и его тутъ же , .загонъ", но не можетъ онъ надивиться. Видитъ онъ, что проѣздная, проселочная до рога сдѣлалась широкой, гладкой. Самъ онъ хорошо помнитъ, что каж дый годъ эта дорога подпахивалась и'пропахивалась всѣмъ ,,обчествомъ". а теперь—на ты, поди,—ровная, ши рокая, травкой—гусятникомъ заросла. А по обѣимъ сторонамъ дороги растутъ деревья. И какихъ только тутъ де ревьевъ нѣтъ: и береза, и верба, а больше все яб.пони да груши. И вер сты полосатыя понаставлены. И на каждомъ верстовомъ столбѣ „лепор- тиція": за порчу дерева—полгода тюрьмы; за порубку—три года тюрь мы; за кражу плодовъ—одинъ годъ тюрьмы. Покачалъ іюловой дядя Ми тяй и улыбнулся, вспомнивъ, какъ бывало, становой шумѣлъ и кричалъ на „обчество", что оно не сажаетъ деревьевъ около хатъ. „Ребятишки обдерутъ, да и скотина обгложетъ, нельзя никакъ сажать", оправдыва лось ,обчество“. Атеперь гляди,—что?! Непремѣнно становой съ земскимъ все это сдѣлали... И какъ же это въ самомъ дѣлѣ деревья-то не порубили? Чудно! оглянулся дядя Митяй и ви дитъ: стоитъ колодезь; все кругомъ него расчищено; срубъ новый, дубо вый; тутъ же стоитъ корыто для во допоя и кругъ сдѣланъ для цибарки. А вода-то чистая, прозрачная. А дав но ли самъ онъ, дядя Митяй, ѣздилъ въ горячую рабочую пору за три версты на водопой. Видитъ, кумъ: Сергѣй ѣдетъ къ колодцу. Разгово рились. Оказывается, такихъ колод цевъ по всему полю больше десятка и всѣ чистые, и всѣ хорошіе. Да, 2
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz