Наше хозяйство. 1915 г.
16 НАШЕ ХОЗЯЙСТВО чѳаіемъ по рекламѣ Шараповскихъ металлическихъ произвѳдѳвій. Я выдол билъ наизусть все, что производителю УГОДНО было сказать о каждой маркѣ плуга. Но когда предсталъ вопросъ о выборѣ марки, я совершенно расте рялся и положительно ошалѣлъ. Ока залось, что плохихъ плуговъ у Ша рапова не было; что всѣ они чудно— хороши; что прочность ихъ гаранти рована всѣмъ состояніемъ кузницы; что легкость всѣхъ плуговъ невѣроят на; что изъ подъ плуга получается не пашня, а перина, и пр. и пр. Въ эти аттестаціи я безусловно вѣрилъ. Да и не имѣлъ нравственнаго права сомнѣ ваться въ нихъ: вѣдь эти аттестаціи шли отъ человѣка извѣстнаго, иску шеннаго жизненной опытностью и хо зяйственной практикой. Слѣдовательно, раздумывать было не о чемъ,—купить плугъ Шарапова—это значило для ме ня—сдѣлаться настоящимъ, разумнымъ прозорливымъ хозяиномъ. Прочитав ши въ сотый разъ рекламу, я, нако нецъ, остановился на „культурномъ плугѣ Г‘^, по той простой причинѣ, что этотъ плугъ никогда не поломает ся, что онъ на силу двухъ лошадей, что онъ „самоходъ“, не валяется на бокъ, что пашетъ на глубину, кажет ся, 6 вершковъ. Ботъ именно все это- то мнѣ и требуется. Посмотрѣлъ на цѣну, приложилъ къ переводу 31 руб. оО коп. и нетерпѣливо сталъ ожидать виновника моего будущаго матеріаль наго благополучія. Недолго я ждалъ. Недѣли черезъ двѣ пришла накладная со счеч'омъ и просьбой,—дать свой „авторитетный" отзывъ о плугѣ. Привезли и плугъ, окрашенный въ голубой цвѣтъ. Конеч но, радость въ сердцѣ, возня надъ плугомъ, его детальное изученіе во дворѣ, отвинчиваніе, привинчиваніе. А Вотъ и двѣ стальныхъ полосы, при винченныя на отвалѣ. Значеніе ихъ таково: подрѣзываемый лемехомъ пластъ земли при обыкновенныхъ глад кихъ отвалахъ всѣми точками своей подрѣзанной стороны скользитъ по отвалу и требуетъ большого напряжѳ- вш силы лошадей. Въ Шараііовскомъ- 'Кѳ плугѣ пластъ трется только на Двухъ узкихъ полосахъ и облегчаетъ '‘’РУД'ь лошадей. Таково было объясне ніе производителя. Что-жѳ? Прекрасно придумано. Прекрасно и то, что уста новка на глубину и ширину пласта заранѣе точно опредѣлена и обозначе на черточками, цифрами и пробитыми дырками. Очевидно, никакой возни съ установкой плуга нѣтъ: запрягай, паши и веселись. Скоро пришло и время веселья и радости. Плугъ на полѣ. Торлсѳственно сняли его съ по возки, съ серьезной дѣловитостью уста новили на 3 вершковую ширину и 4 вершковую глубину по цифрамъ. Бсе это было сдѣлано быстро и хорошо. Впрягли лошадей, перекрестились и двинулись впередъ. Представьте, товарищъ, голоднаго человѣка, нашедшаго случайно кусокъ хлѣба. Хлѣбъ и въ грязи, и съ пе скомъ, и нѳпронѳчѳнъ, а голодный, съ возрастающимъ аппетитомъ, уплетаетъ его, не замѣчая никакихъ недостатковъ до тѣхъ поръ, пока не утолится пер вая стадія его голода. Вылн-ли недо статки въ „культурномъ" плугѣ Ша рапова и какіе,—этого я въ первый день не видѣлъ. Я былъ ошеломленъ полученнымъ результатомъ плуга. Бсе вспаханное за день, я находилъ иде ально—совершеннымъ. Меня изумляли толстые пласты подрѣзанной земли, торчакоыъ стоявшіе на бороздѣ; меня радовала ширина пласта и, слѣдова тельно, продуктивность плуга. Лошади шли и поворачивали. Участокъ съ каждымъ кругомъ лошадей дѣлался все болѣе „культурнымъ", красиво и хорошо обработаннымъ. Долго я не оставался въ полѣ. Работа наладилась, рабочій и лошади дѣлали свое дѣло. Бъ упоеніи восторгомъ отъ видѣнной въ первый разъ въ своей ж-изни плуж ной работы, я немедленно усѣлся за благодарственное письмо ПІарапову, которое и было тѣмъ „авторитетнымъ" отзывомъ, о которомъ онъ просилъ. Не помню, конечно, что я писалъ ему, такъ какъ никогда никакихъ чернови ковъ во всю мою жизнь не было. Но хорошо помню, что окончательный отзывъ былъ мною обѣщанъ въ буду щемъ. Помню, что и въ посланномъ письмѣ было болѣе чѣмъ достаточно „авторитетныхъ" похвалъ. Бъ какихъ фразахъ эти похвалы выражались—не знаю, знаю только одно, что не разъ 3
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz