Наше хозяйство. 1915 г.

№ 6 НАШЕ х о з я й с т в о ныло сердце и я ушелъ со двора пе­ реваривать случившееся. Почему я не взялъ съ собой на яр­ марку „знающаго“ мужичка? Задавалъ я самъ себѣ вопросы. Совсѣмъ дѣло было-бы другое—и лучше бы и дегаѳв- ле-бы купилъ. Неулсели всѣ продавцы обманываютъ? Что-жѳ дѣлать я буду съ купленнымъ инвентаремъ? Эти и десятки подобныхъ вопросовъ развѣя­ ли мою первую радость, какъ дымъ; на душѣ остался осадокъ горечи. Соз­ наюсь, что эта моя первая неудача въ хозяйствѣ чувствовалась мною гораздо дольше и острѣе, чѣмъ всѣ другія не­ удачи болѣе крупныя и болѣе валсныя. Такъ это и должно быть по закону психологической необходимости. Прошло много дней. Сотни разъ я посматривалъ и просматривалъ куплен­ ный инвентарь. Съ каждымъ разомъ онъ казался хуже и хуже, пока, нако­ нецъ, я не почувствовалъ къ нему от­ вращеніе и ненависть. Мнѣ уже каза­ лось, что лошади МОП въ работѣ ста­ нутъ, тѳлѣги дорогой развалятся, ко­ леса разсыпятся, метлы не будутъ ме­ сти, хомуты—рвутся и въ горячее время у меня работа остановится. Что тогда я буду дѣлать? И когда это я представилъ себѣ картину полевой работы, то все существо мое заныло и я выбіЛіся изъ силъ въ рѣшеніи во­ проса—что-же дѣлать? Съ улыбкой вспоминаю я теперь свои первые шаги въ сельскомъ хо­ зяйствѣ, и горечь и обида первыхъ дней, даже теперь мнѣкажутся, болѣе важными и болѣе горькими, чѣмъ ты­ сячные убытки слѣдующихъ годовъ. Не въ силу-ли той-же психологіи, ца­ рапина ребенка вызываетъ въ сердцѣ матери прилипъ особенной нѣжности и сочувствія и заставляетъ ее долго — долго наблюдать за царапиной? Но у меня не было въ то время ни­ кого, кто помогъ-бы мнѣ въ моемъ че­ резчуръ нервномъ настроеніи. Я долго чувствовалъ обиду и винилъ въ ней всѣхъ, только не себя. Свящ. М. Хлопцевъ. (Продоіжеиіе слѣдуетъ). 5 пѳрвыми-жѳ отрицательными сторонами хозяйства. А первое несчастье—это незнаніе, неопытность,—невѣжество.— какъ хотите —называйте, которыми—въ изобиліи обладаетъ молодой хозяинъ. По крайней мѣрѣ, какъ кто, а у меня этихъ качествъ былъ непочатый уголъ, и увидѣлъ я это почти съ перваго-же д^ня. Купленный мною инвентарь подверг­ ся тщательному осмотру и оцѣнкѣ двухъ „стариковъ^—крестьянъ. По­ степенно я узналъ отъ нихъ, что мет­ лы—„охвостоваты“,—лопаты — „трух­ лявы“, дуги—„жидковаты“,—борона— „легковата“, саші и телѣгн—„сами дышутъ“, ступицы въ колесахъ—„съ надтрѳщиной“, оглобли—коротки. Весь мертвый инвентарь оказался—„съ изъ- яыцемъ“. Хороши только веревки— „самодѣлковыя“. Но все это страшно дорого и за все это я переплатилъ много, „покрайнесть“—третью часть; Особенно плохи были хомуты: клещи— кѳ „кореньковые“, гужи—„сумлитель- ны“, покрышка—„свнная“, хомутино— побиты—шашѳломъ“. „Да на кой лядъ ты, оатюшка, собаку-то купилъ; гля- кось, все въ хоромы претъ, Купнлъ-бы ты, тутотка, хорошаго кобеля, такъ куда тебѣ! А то вотъ давись на ыеѳ, да еще трюшницу отвалилъ^. Начался осмотръ лошадей. Смотрѣли мои судьи и въ зубы, щупали ноги, глядѣли ко- пыты, крутили, вертѣли, запрягали, ѣздили. Процедура тянулась долго. Оказалось, что лошади—„ничего^, толь- ко „пристарковаты маненько“ да „на Ноги посажены“. Съ удивленіемъ я выслушивалъ сна­ чала резолюціи судей. Потомъ мнѣ Стало стыдно собственной неопытности, а затѣмъ уже я началъ волноваться. »оачѢмъ-же мнѣ все это продавали и хвалили товаръ: вѣдь это безсовѣст­ ный обманъ“, думалъ я. Непріятное чувство досады росло и росло. Когда ®ѳ я услышалъ что лошади—„пристар- новаты“, то я уже нѳ выдержалъ и заявилъ судьямъ, что они сами плохо снимаютъ въ лошадяхъ, такъ какъ родалъ мнѣ ихъ человѣкъ „образо- - ^^“вый“, ИТО онъ божился и клялся, ^■^0 лошадямъ седьмая весна и безъ ^ рока. Но мужички стояли на своемъ Ругательски ругали „образованнаго Улика“. Въ результатѣ—у меня за­