Народное слово. 2025 г. (п. Лев-Толстой)

Народное слово № 42 (11475) 23 октября 2025 г. 13 Твоя семья – твоя опора Мой добрый ангел-хранитель Сколько я себя помню, рядом всегда была бабушка. Она появлялась ниоткуда, вытирала мокрый нос своей шершавой пахнущей травами или молоком ладонью. Гладила по стриженой вихрастой голове, качала меня на руках В этот день осенний от внуков ждут привета – с праздником поздравим бабушек и дедов Фото сгенерировано нейросетью День бабушек и дедушек отмечают в России и более чем 30 стра- нах мира. Он был учреждён в 2009 году, чтобы подчеркнуть важ- ную роль старшего поколения в укреплении семейных связей и воспитании детей. В России официальной датой празднования является 28 октября, во многих других странах эта дата плавающая. Празднование 28 октября перекликается с традициями древних славян, у которых в этот период отмечались Осенние Деды. Этот день был посвящён почитанию рода и укреплению духовной связи между поколениями. Считалось, что в это время предки могли посе - тить живых, спустившись из загробного мира. За общим столом собирались представители одного рода, где было принято вспоминать предков, делиться семейными историями и передавать легенды младшему поколению. Эта традиция выполня - ла важную социальную функцию: через рассказы дети усваивали се - мейные ценности, историю рода и образцы для подражания. Современный День бабушек и дедушек, хотя и не является пря - мым продолжением языческого обряда, наследует его ключевую за - дачу. А суть праздника заключается в проявлении внимания и уваже - ния к старшему поколению. Кстати говоря, в нашем календаре также присутствуют два отдельных праздника. День дедушки отмечается 22 января, а 26 мая отмечают День бабушек. В День бабушек и дедушек уделите внимание своим пожилым родственникам Мама моя была поздним ребёнком. Когда её старшая сестра, тётя Кла - ва, уже имела годовалого сына, тог - да родилась и моя мама. Они были очень дружны, мама и дядь Серё - жа, хотя по семейной иерархии он был моим двоюродным братом. Мама замуж не торопилась, училась, работала. Я родил - ся тогда, когда у бабули с дедом был уже правнук Валерка, вот на Валерку-то и легла обязанность следить за мной, когда были мы у бабушки. Валерка на всю жизнь остался для меня старшим бра - том, моим лучшим другом, помощ - ником и защитником, хотя разница у нас была не сказать чтобы боль - шая – пару лет… – Бааа, а ты куда? – тянет Ва - лерка, таща меня за руку. Я упи - раюсь – не из вредности, а потому что слетела сандалия, пытаюсь на - тянуть её, стараясь поспеть за ка - нючащим Валеркой. – За кудыкины горы, журавлёв шшупать, закудахтал, сиди вон с Володькою, да куды ты его таш - шишь, обормот. – Бабушка, – вступаю я, – моо - оожно мы с тобоооой? Мы с Валеркой знаем, бабушка собралась идти к своей тётке, баб - ке Марьяне. Ах, каких только чудес не было у тётки Марьяны! Шарики, новогодние шарики, они лежали в маленькой коробке, под кроватью, переложенные ватой. Пряники в фольге, тоже для Нового года. Па - роходик, что стоял за стеклом, про - игрыватель, пластинки, солдатики. Конечно, нас с Валеркой привле - кали солдатики. Бабушка Марьяна давала нам поиграть ими. – Токмо не поломайте, – проси - ла она. И мы с Валеркой, затаив дыха - ние, играли осторожно этими сол - датиками. Это всё, что осталось у неё в память о сыне её Григории. Будучи взрослыми, мы поняли, что как могли два пацанёнка своими тоненькими ручками сломать оло - вянных солдатиков, а тогда совер - шенно серьёзно боялись это сде - лать. У меня сохранился один та - кой солдатик, он стоит на моём рабочем столе, как воспомина - ние о том далёком времени, когда небо было голубее, облака похожи на зверушек из ваты, деревья до неба, где-то пониже мама с папой и ещё ниже бабушка с дедом. А ещё у бабушки Марьяны были красивые открытки с краси - выми чёрно-белыми тётями, котят - ками и собачками, которые держат во рту красную розу. Большой аль - бом в бархатной обложке со ста - ринными фотографиями – всё у бабушки Марьяны было интерес - ное и загадочное. – Баба, а это кто? – показывая на красивую тётю в длинном пла - тье и в огромной шляпе, с палкой- зонтом, спрашивали мы. -– Это никто… так просто, – го - ворила бабушка Марьяна и выти - рала слёзы. – Хтой-то тама, Марьяша? – спрашивает в очередной раз ба - буля, мы всегда удивлялись её за - бывчивости. Вон, бабушка Марья - на, старше нашей бабушки, а всё помнит… – Да хозяйка же, Марья Давы - довна. Ох, хорррошая была, ох, хоррошая. Так и сгинули на чужби - не, а как она не хотела уезжать, как плакала, просила меня, мол, пое - хали, поехали с нами, Марьяша. – А то, Марьянка, ходила ба щас в шелкааах, по заграницам- то… Чавой-то не поехала? – Эх, Мотя, любовь же у меня была, знаешь же… – Знаю, Марьяша, – становится серьёзной наша бабушка, – жал - ко Митрия Ляксеича, хороший был человек, ой, хороший, несмотря на то, что из благородных. – Дааа, не пощадила никого война проклятущая, вот и Гри - шеньку моего, сыночка, и Дмитрия, супруга моего законного. Не дал больше Бог детушек, а то бы тоже бегали бы вот такие, как Володей - ка с Валерушкой… Бабушки начинали вспоминать каких-то людей, вспоминали, как служила бабушка Марьяна гор - ничной. Бабушка – и служила, это не укладывалось у нас в головах, ведь служат солдатами дядьки. Бабушки вытирали глаза, за - бывали о чае… Да, чай – это одно из чудес, за которыми мы так рва - лись к бабушке Марьяне. Это не просто чай, налитый в эмалиро - ванные кружки и щедро сдобрен - ный желтоватым свекольным са - харом, как поила нас бабуля. Нее - ет, у тётки Марьяны это был совер - шенно особенный чай. Подавал - ся он в большом заварочном чай - нике с большой же куклой-грелкой наверху. Ставились на стол тоню - ююсенькие тарелочки с цветочка - ми, сверху чашечки тооооннькие, с небольшой ручкой сбоку, в ма - леньких хрустальных розетках сто - яло вареньице и мёд. Бабушка Марьяна снимала ку - колку с чайника и наливала запа - шистый, ароматный чай в малень - кие чашечки. Пить чай полагалось маленькими глотками, варенье и мёд брать по чуть-чуть, носом не шмыгать, не горбатиться (будто черти всю ночь воду на их вози - ли!), не чавкать, не сёрбать, вести себя прилично, как полагается вос - питанным детям. Мы терпели все одёргивания бабули, лишь бы она нас взяла с собой, чтобы прикос - нуться к этому волшебному и непо - нятному миру, в котором жила ба - бушкина тётка Марьяна. Иногда бабуля ходила на куды - кины горы, туда она ходила воро - вать помидоры. То есть к деду Ка - сьяну. Дед Касьян, окаяшка, пропойца и гнилой человек, по мнению нашей бабули, но тоже живой человек, и ему раз в неделю посёрбать (похле - бать) горяченького тоже хоцца. Бабушка таскала ему бидон - чики со щами из свежей крапивы, масло, молоко, сливки и сметану, творог, вареники и котлеты, ков - ригу хлеба. Убирала у него, мыла, всё вычищала. – Матрёнушка, так и так чисто, на прошлой же неделе всё вымы - вала. – Молчи знай, как порося, усё загваздал. Дедушка Касьян блаженно улы - бался, вытирая красноватые, сле - зящиеся глаза свои, шамкал губа - ми и поглаживал полностью седую, пушистую бороду. – Как ты Матрёнушка на Акси - нью мою, покойницу, похожа… Дедушка Касьян был мужем старшей сестры бабушки, бабуш - ка Аксинья умерла до моего рож - дения, дети их жили далеко в горо - де, за оставшимся одним стариком – А ты их почаще, Матрён Нико - лавна, почаще приводи, глядишь, и откормим внучаток-то всем та - бором, – смеются женщины. А мы прислушивались друг к другу и не могли услышать треск за ушами. Пообедав, некоторые тётень - ки ложились подремать под шумя - щими листвой берёзками, а неко - торые, те, что помоложе, бежали на речку, искупнуться. Иногда и ба - буля наша вела нас на реку. Мы с разбегу забегали в воду, разбрыз - гивая вокруг себя мириады брызг, что на солнышке превращались в радугу. Гомон, смех, шутки. Ма - леньких рыбок, гальянчиков, мож - но было поймать спокойно руками. Мы и ловили с Валеркой, потом, нанизав на прутик этих маленьких серебристых рыбок, несли доволь - ные к стану, чтобы отвезти домой коту Ваське, жирному и ленивому. Бабушка грозилась завести нормального кошака, который не будет лежать брюхом кверху, а бу - дет честно исполнять свои котиные обязанности – ловить мышей. – Они ить по ему ходють, по ле - дащему, скоро усы обгрызуть и в плен возмуть, а ему хучь ба хны. Давеча крысу в сарайке увидал, так как заорёть благим матом, чуть не сшиб меня, на шею бросилси, всю искарябал, глаза по плошке, орёть… тьфу, что за негодная ско - тина. Увези яго, Някишка, в лес и брось там, няхай лисы его съедять, бесполезного. Дедушка тихо улыбался, про - должал курить папироску и плести сеть, а мы начинали просить бабу - лю не отвозить Ваську в лес к ли - сам. А утром, я сам видел, как ба - бушка, подоив коровку Майку, не - сла ему на тарелочке тёплого пар - ного молочка. – На, на, Васенька, кушай, ми - лый, ты ужо не обижайся на бауш - ку, но крендель ты ишшо тот, чёрт плешивый, тьфу на тебя. Ешь, ешь, кися моя, от так, от так. Давай, ба - ушка морду твою толстую вытрет, от так, жри, скотина безрогая, нае - дай харю, охо-хо, Васенька, видно и мне срок приходить… ноги болять, колени так и крутить, так и рвёть. Ну, ково жмуришси? Вкусно тебе? А кто давеча сливки слизал, не зна - ешь? Ааа? Ладно, жри на здоровье, морда твоя толстая, котиная. Што? Што муррр, ну иди, иди сюды, пять минут понежимси. Вот такая она была, моя бабуш - ка, как сотни тысяч бабушек. Я сам уже дед, мои внуки выросли, одни не едят мясо, другие рассуждают о тленности бытия. Кто-то делает ка - рьеру, кто-то пьёт смузи и занима - ется трансерфингом реальности… А я в их время лежал на сено - вале, смотрел в щёлки на звёздное небо, мечтал полететь в космос, а ещё… ещё мечтал, чтобы Оля, са - мая красивая девчонка на свете, по - дошла и сказала мне: «Привет»… Времена меняются, и боль - ше не будет таких бабушек, какой была моя… Да и сам я совсем дру - гой, не такой, как мой дедушка… Но всё равно, хоть чему-то, а я на - учил своих потомков. Вон сидит у яблони мой правнук Петя и сви - стит с удовольствием в свистуль - ку, которую когда-то мне, малышу, вырезал дед Касьян. Кажется, у его мамы, моей внучки Катерины, сейчас взорвётся мозг от того пи - ска и скрипа, но она терпит, они- то по-другому детей воспитывают, а мне бы поджопник дали. Так что, свисти, Петя, свисти, пока есть та - кая возможность. Дедушка Володя тебе ещё балалайку найдёт… (Источник: https://dzen.ru/mavrid73) Мавридика де Монбазон Когда я упал с яблони и ударился коленом, тащила меня на себе в больницу, не давая встать на ноги, хотя у меня уже всё давно про- шло… Моя бабушка, мой ангел-хранитель. приглядывала наша бабушка. Всё прибрав, она накрывала на стол, мы уже тут как тут стояли у стола. – Тьфу на вас, окаяяннаи, ну ведь Касьян Палыч, ну скажуть ить, што некормлены-непоены дети, ну. Дома ить не заставишь, а тут гляди-кася. – А ты, Матрёша, приводи ко мне робят, приводи, вместе исти будем, вместе оно веселее… Пообедав, мы пили чай из больших алюминиевых кружек или из гранёных стаканов. Ели варе - нье из большой стеклянной вазы, зачерпывая столько, сколько надо. А потом дед Касьян вёл нас в своё царство. Чего только не было у него: разные верстаки, инструменты, кругом валялись стружки от дере - ва, напоминая большую пену у бе - рега реки или на кружке пива, что покупал себе папа в привокзаль - ной чебуречной. Бабушка, бурча, принималась выметать эту деревянную пену. А дедушка Касьян, хитро прищу - рившись, доставал нам из закро - мов своих то деревянный трак - тор, точь-в-точь, как у соседа дяди Миши, то деревянную лошадку, то танк, то пушку, а ещё свистульки. Ах, как же мы любили и ждали по - дарки от дедушки Касьяна! Мы по - могали ему рвать траву для кро - ликов, а дедушка давал нам по- держать этих маленьких домашних зайчиков. Кролики дрожали и пря - дали своими большими с красны - ми прожилками, ушками. Носики их смешно шевелились, мы с Ва - леркой стояли, затаив дыхание. – Глядитя, штобы задними лап - ками не стукнули, – говорит дедуш - ка Касьян нам с Валеркой, – за - дния лапы у них, ууух, сильнаи ка - кия. Тем днём Пашка, сосед, хотел крола забить, так он яму как дасть, палец переломил. О, как. Мы с детства знали, что скоти - ну выращивают для того, чтобы за - бить и съесть, нам не казалось это диким, и мы не думали, что колба - са растёт на дереве, а мясо выра - щивают в специальных машинах уже готовыми кусками. Мы с удо - вольствием гонялись за курицей, которую нам показала бабушка, чтобы изловить её и торжественно передать бабуле, она же на пеньке за сараем проведёт все процедуры и наварит нам вкуснейшей домаш - ней лапши с янтарными кружочка - ми плавающего жирка. – Баба, а пупок? – спросим мы. – А вот, вот он, я его почистила, помыла, вот, ешьте, ешьте, мои ди - тёночки, мои кухляточки, паразиты мои разлюбезные, кто же бабушка без вас? Как есть никто… Бабушка варила нам яйца и за - ставляла их есть. – Ты ешь, ешь, Валерушка, Во - лодейка, макай, на-ка, макай у со - лонку, яйца надо исти, в их сила. Бабушка ходила полоть сахар - ную свёклу, как-то брала нас с со - бой, посадив в начале рядка у бе - рёзки, велела не ходить никуда, че - рез несколько минут уже убежала вперёд с тяпкой, весело перегова - риваясь со своими товарками, так называла бабушка других тётушек: товарки мои. Наполовшись, тётеньки во гла - ве с бабушкой приходили к нам, уставшие, раскрасневшиеся, выти - рая пот с лица и шеи, они раскла - дывали свои припасы, соорудив один большой импровизирован - ный стол. Чего только там не было, все ели с удовольствием и корми - ли нас, детей. Нас упрашивать не приходилось. – Ты гляди-ка, лопають, аж за ушами трещить, ну надо…