Народное слово. 2025 г. (п. Лев-Толстой)

Вечная память 14 Народное слово № 13 (11446) 3 апреля 2025 г. Герою моего детства Я не помню, когда мы познакомились, это было раннее детство, и, пытаясь вспомнить конкретный момент, прихожу к выводу, что ты всегда был в моей жизни, сколько я себя помню – Ко мне на пятилетний юбилей пришли друзья. Я (на первом плане) пытаюсь набрать побольше воздуха, чтобы одним махом потушить все свечи на торте. Рядом – мой друг Вовка, – рассказал иерей Виталий Пермяков Фото из архива иерея Виталия Пермякова Первый слушатель Одно из первых, что приходит на ум, это вечера на старенькой кро- вати, которая служила вместо ла- вочки, с Верой Петровной, нашей бабушкой-соседкой, чью доброту мы храним в своём сердце. Взмы- ленные, грязные после целого дня беготни на нашей площадке, в на- ших дворах и в посадке, мы прибе- гали к ней, и она кормила нас раз- ными угощеньями, больше всего у меня в памяти манная каша с ва- реньем, я такой вкусной каши не ел больше никогда в своей жизни. А какие были игры! Книжный мага- зин, библиотека, она читала нам детские книги и рассказывала за- хватывающие истории. Когда её не стало, мы с тобой сидели у гаража прямо на асфальте и разговарива- ли о том, где она сейчас. Говорили о душе, о Боге, о рае, а на утро на её отпевании мы стояли рядом с о. Николаем и переглядывались друг на друга и на него, чтобы не пропу- стить момент, когда он будет кре- ститься, и в такт с ним совершить крестное знамение. Мы были, безу- словно, расстроены в тот день, но вместе с тем и горды, что всё сде- лали «правильно, как полагается», мне было где-то лет шесть, а тебе восемь, разве мы могли тогда по- думать, что именно эти наши пер- вые разговоры о Боге станут регу- лярными. Я никогда тебе не гово- рил, но я просил родителей поку- пать мне кассеты для магнитофона с житиями святых, чтобы слушать их, а потом после очередного дня беготни, игр и, конечно же, футбо- ла на площадке, когда сил даже стоять уже не было, сидя на траве, Последние два дня я практически беспрерывно разговариваю с то - бой, вспоминая наше детство, и понял, что хочу это записать. Собы - тий так много, что не хватит и книги, но что-то я всё-таки постараюсь. Иерей Виталий Пермяков 1 апреля левтолстовцы про - стились с участником спе - циальной военной операции Оганнесом Геворгяном. Боец погиб 19 марта 2025 года в селе Демидовка Крас - нояружского района Бел - городской области, защи - щая государственную грани - цу Российской Федерации. На момент гибели мужчине было 33 года. Оганнес с честью выпол - нил свой воинский долг, це - ной своей жизни не дал врагу продвинуться дальше. Веч - ная слава воину! НЕКРОЛОГ ГЕВОРГЯН Оганнес Азатович ликих футболистов, я стоял на во- ротах и был «Буффон», Серёжка, кажется, был «Неста», а ты всегда был «Роналдо зубастик», и для нас это был целый мир. Второй игрой после футбо- ла для нас были казаки-разбой- ники и войнушка, и ты так хорошо играл, что нам с Серёжкой посто- янно приходилось играть вдвоём против тебя одного, и почти всег- да мы проигрывали. Могли ли мы тогда представить, что придётся столкнуться с войнушкой не по- игрушечному? Знали бы мы… А сколько кильдимов мы по- строили! Помнишь тот, который на дереве? Это же шедевр детского строительства! Конечно, помнишь, такое не забывается. У нас было лучшее детство! Я в этом уверен. Батя Одно из ярких воспоминаний, ко- торое не выходит у меня из голо- вы последние дни, как однажды ты подошёл ко мне и сказал: «Я хочу креститься». Я тогда был, навер- ное, классе в шестом, а значит, ты в восьмом. И вот уже в ближайшее воскресенье в поселковом храме в крестильной комнате было со- вершено таинство. В комнате нас было трое: о. Михаил, я и ты. Это состояние одухотворённости, кото- рое мы испытали в тот день, живёт со мной до сих пор. Тебя крестили с именем Олег. Невольно для нас это стало своего рода тайной. По- чему Господь так распорядился, что именно Олег, теперь мне ка- жется, начинает открываться, ког- да-нибудь я об этом расскажу, но уверен, ты уже это знаешь лучше меня. Когда мы шли домой из хра- ма, мы много шутили о том, что я тебе как крёстный отец, хотя ты уже был достаточно взрослым, и крёстный тебе не требовался, и по факту, конечно же, я им не был, но нашим шуткам это не мешало, что я младше тебя – и отец. Нас, де- тей, это забавляло, и вскоре после этого ты придумал мне прозвище, которое все подразумевали только в одном смысле, но смыслов там было несколько. Батя. В моём случае это слово не ассоциировалось у меня с от- цом, оно всегда соединялось с то- бой и прозвищем, которое ты мне дал. Тема прозвищ – это отдельная история каждого парня в нашем детстве. Как правило, они были всегда обидные, и я не был исклю- чением, мне тоже пытались давать обидные прозвища, но ты обладал таким авторитетом, что, когда ты дал мне прозвище, оно стало един- ственным, и на нашей площадке по-другому обычно меня уже и не звали. Помню, я по-детски обижал- ся: какой-то батя, думал я своим детским умом, разве могли бы мы представить, что из бати я вырасту в батюшку. Спасибо тебе… Помню наш разговор на похо- ронах деда Вити, нашего соседа, он никак не выходит у меня из го- ловы, меня поразили твои слова… Хотя, знаешь, сегодня чего-то не хочется о грустном, давай об этом как-нибудь в другой раз. Мы росли, и интересы наши тоже менялись. Когда ты уже хо- дил вечерами на дискотеки и гу- лять в центр, я был ещё мелко- ват для такого досуга, но помню, как иногда мы гуляли по близлежа- щим к нам улицам под светом фо- нарей, и для меня это было целое приключение. Старший брат А помнишь твой последний зво- нок? Я тебе никогда не рассказы- вал свои впечатления от него. Я только окончил девятый класс, а ты оканчивал школу. Ты был са- мым старшим из всех моих друзей, и помню, как сейчас, утром мне сказал, что я пойду с тобой на по- следний звонок, я был только рад такому раскладу событий. И вот вечером я уже хвостом сопрово- ждал тебя по школе и на линейке, а потом помню дискотеку в клетке нашего парка, где ты договорился с одной из своих одноклассниц, и я танцевал с ней все «медляки», а ты танцевал с Аней. Когда мы тан- цевали рядом, я ловил твой до- вольный взгляд, что ты для меня это устроил. А что я? Я был самым счастливым в этот момент, я впер- вые так много танцевал вообще, а тем более с девушкой, я чувство- вал себя та-а-а-ки-и-им взрослым. И в момент, когда я видел твои счастливые глаза и от самого со- бытия, и от моего участия в нём как бы на равных, я чувствовал за- боту уже не друга, а как будто стар- шего брата. Сейчас я понимаю, что давно хотел это тебе рассказать, но как-то всё не было подходяще- го момента, нам всегда было о чём поговорить и что повспоминать. Знаешь, какой ещё очень яркий эпизод мне вспоминается? Твой дембель. Помню, как я возвра- щался из школы и увидел, как ты, одетый в бушлат и военную фор- му, вдалеке стоял и разговаривал с тётей Тоней. Я рванул к тебе что было мочи и, подбежав, обнял, как будто не виделись сто лет, а по- том начали болтать наперебой, как будто вчера играли в футбол на нашей площадке. Последние пару дней это воспоминание тоже стоит у меня перед глазами. Потом и я уехал учиться, затем была командировка. Помню, ког- да вернулся из Сибири и полтора месяца жил во Льве, ожидая на- значение в Елец, мы каждые не- сколько дней сидели на площадке и вспоминали наше детство. Жгли костры, жарили сосиски и удивля- лись, как так могла зарасти наша площадка, в наше детство трава была редкостью на ней, будто бы там безостановочно пасся табун лошадей. Сидели и сетовали: «Не те нынче дети пошли…» Знаешь, Вов, кажется, так начинается ста- рение. Помнишь, как говорили и смеялись над вашей обоюдной лю- бовью – тебя и приключений на пя- тую точку. Тогда я тебе не сказал, скажу сейчас: в тебе никогда не было злобы, ты добрый человек, я всегда это знал и ценил в тебе! Для меня ты герой Вовка! Ты прости меня за то, что раньше тебе не говорил об этом, что только сейчас начинаю пони- мать, что детство-то у нас общее, прекрасное и неповторимое. Вов- чик, ты прости, что пишу это, по- тому что боюсь, что завтра и сло- ва не смогу вымолвить и, конечно, мне жаль и себя, не без этого, с то- бой как будто бы вдаль уходит и часть моего детства, о котором мы не сможем поболтать, как любили это делать, когда встречались. Я горжусь тобой, горжусь, что в моей жизни был такой друг детства, и благодарю Бога, что зимой, в твой последний отпуск, когда мы гуля- ли и общались около твоего дома, у меня была возможность это тебе сказать. Я горжусь твоей храбро- стью, я горжусь нашим детством и что ты был человеком, с которым можно поговорить по душам. Знаешь, Вов, я не прощаюсь с тобой, а говорю: «До встречи». Я верю, что мы воскреснем вновь, верю, что когда приду, я увижу тебя и рвану что есть мочи, что- бы обнять тебя, будто не видел сто лет, а затем мы начнём болтать без умолку, как будто вчера только го- няли мяч до ночи. Для меня ты герой! Герой моего детства и один из героев, взявший крест нашего Отечества, не пожа- левший жизни своей за меня в том числе. Царство Небесное и вечный покой рабу Твоему воину Владими- ру-Олегу! Вечная память героям! ОТ РЕДАКЦИИ Вообще-то парня звали Оганнес, такое имя он получил при рождении. Но когда его семья переехала в наш посёлок, Оган - несу (ему было меньше двух лет) придумали другое, более привычное и удобное для произношения имя. Так часто бы - вает. Почему Владимир? Может, потому что мама звала его Овик? Овик-Вовик. А вот почему при крещении он получил имя Олег, выяснить не удалось. рассказывать о них и вести бесе- ды. Получается, ты был моим пер- вым слушателем и собеседником. Про детские игры Раз уж я вспомнил про футбол, бу- дет грешно не вспомнить и о том, как мы играли. Футбол прошёл че- рез всё наше детство. Невозможно было представить, чтобы мы выш- ли гулять на улицу и не играли в футбол. А на летних каникулах мы начинали играть уже часов с семи утра и до тех пор, пока мяча уже не было видно от темноты, а после этого переходили на асфальт, где было освещение от единственно- го фонаря, который работал в на- шем «закуточке», и продолжали играть там. А когда сил не остава- лось, мы садились на траву и раз- говаривали, мечтали, смеялись и часто придумывали разные игры. Кажется, именно в один из таких вечеров к нам и пришла идея орга- низовывать игры в футбол в фор- мате улица на улицу, и это отдель- ная часть воспоминаний, о которой мы можем говорить хоть целыми днями. Пить мы ходили строго к ко- лонке, чтобы никого не загнали до- мой. Ты первый понял, как работа- ет эта схема, вообще, ты многому нас учил на правах старшего и са- мого смекалистого. Если кого-то в принудительном порядке загоняли пообедать, то он выносил поесть другим, чтобы им не нужно было идти домой. До сих пор помню, как ты открыл для меня чудо-средство под названием подорожник, кото- рый излечивал от любых недугов и вечно счёсанных коленок, и лок- тям уже ничего не было страшно. Кажется, мы уже в детстве могли жить на улице круглые сутки, не за- ходя домой. Мы почти всегда были втроем: я, ты и Серёга, и среди нас только ты играл так хорошо, что, даже сейчас вспоминая, я не пе- рестаю восхищаться. Ты один мог обвести всю команду противника и забить гол и повторять это снова и снова. Я всегда гордился тем, что играл с тобой в команде. Как по- лагается всем ребятам, мы пред- ставляли себя профессиональны- ми игроками и выбирали имена ве- Для меня ты герой! Ге - рой моего детства и один из героев, взяв - ший крест нашего Оте - чества, не пожалевший жизни своей за меня в том числе. √