Народное слово. 2015 г. (п. Лев-Толстой)

“Народное слово” 31 марта 2015 г. * № 33 (10478) * 2 К 70-ЛЕТИЮ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ Всем смертям назло Этот рассказ можно было бы назвать «Повестью о настоящем человеке», ведь герой повествования, подобно легендарному лет - чику Маресьеву, обладал несгибаемой волей, терпением и необык - новенной тягой к достижению главной цели – остаться в живых. Названием к рассказу могли бы послужить и слова «Возвращен - ный из ада», ибо выпавшие на долю героя испытания сродни тем, что бывают, пожалуй, только в аду. И только дописав последнюю страницу, я поняла, как озагла - вить этот рассказ. Ведь главное в нем то, что человек выжил – во - преки всему, несмотря ни на что, всем смертям назло. Михаил Митрофанович Беле - никин родился 1 октября 1918 года в селе Иншаки Лебедянского рай - она. Когда мальчику исполнилось три года, от пневмонии умерла его мама. Ее светлый образ не отло - жился в памяти ребенка – слиш - ком он был мал. Запомнился лишь день похорон. Все плакали тогда, и он интуитивно почувствовал, что в его судьбе произошло какое-то страшное, трагическое событие, и расплакался вместе со всеми. Чет - веро малолетних детей остались на попечении отца. Семья выжива - ла, как могла. С раннего детства ре - бятишкам приходилось работать, чтобы прокормиться. Следующее испытание на прочность не заста - вило себя ждать – случился неуро - жайный год, люди пухли и умира - ли от голода. Чтобы спасти детей, отец принял решение перебраться в город. Так Миша стал городским жителем. Отец устроился в Москве на работу. Спустя время он встре - тил скромную и добрую женщину Евдокию, которая не только не по - боялась взвалить на себя заботу о чужих детях, но и родить еще чет - верых. И приемные, и родные дети получали от нее одинаковую пор - цию любви и заботы – она никогда не делала разницы между ними. Подрастая, каждый ребенок в семье начинал помогать родите - лям по хозяйству. Не стал исключе - нием и Миша. Однажды, отоварив карточки, он нес для семьи хлеб, когда увидел впереди себя мужчи - ну, бредущего на нетвердых ногах по улице. «Пьяный», - с осуждени - ем подумал мальчик, спеша пройти мимо. Но при ближайшем рассмо - трении оказалось, что этот чело - век еле стоял на ногах от голода. А на вокзале, как выяснилось из раз - говора, его дожидались дети, ко - торые уже несколько дней ниче - го не ели. Сердце мальчика сжа - лось от жалости, изможденный вид мужчины не оставлял сомне - ний, что он говорит правду. Миша, не раздумывая, отдал ему поло - вину хлеба. Дома его отругали за такое расточительство, но маль - чик был уверен, что поступил пра - вильно, спасая от голодной смер - ти незнакомых людей. Кто знает, может быть, в тот раз Бог посылал ему испытание на человечность и благодаря этому поступку впо - следствии рядом с Михаилом всег - да оказывались люди, помогавшие ему выжить даже тогда, когда это казалось невозможным. Но обо всем по порядку. Маль - чик, получив начальное обра - зование, продолжил обучение в фабрично–заводской школе и приобрел профессию слесаря- инструментальщика. Время было неспокойное. Часто по доносам и ложным обвинениям людей аре - стовывали и сажали в тюрьму, судьба многих из них осталась не - известной. В одну из осенних но - чей тридцать пятого года приеха - ли и за Михаилом. Его обвинили в хранении оружия. Несмотря на то, что при обыске оно не было най - дено, парня заключили в каме - ру. Вопреки обещаниям взволно - ванному отцу во всем разобрать - ся и отпустить сына домой, его без суда и следствия отправили в Тынду валить лес. То, что ожидало его в лагере, было похоже на ад. Их разместили в бараках вместе с уголовниками–рецидивистами, диктовавшими правила, по кото - рым следовало жить. Жестокость, издевательства, непосильный труд были способны сломить даже бы - валых. Но не Михаила. Он поста - вил перед собой цель выдержать все, вернуться домой и продолжать жить. Однажды ему подвернулся удобный момент для побега, кото - рым парень не преминул восполь - зоваться. 40 дней он шел по тай - ге, прочь от ненавистного режима, в надежде выйти к людям. Питался подножным кормом, утолял жаж - ду из болот и ручейков, о встрече с таежными хищниками старался не думать. Но судьбе было угодно же - стоко посмеяться над молодым че - ловеком: сделав огромный круг, он вернулся туда, откуда ушел, и сно - ва очутился в лагере. В 1938 году обвинение было снято, его отпустили домой, чтобы сразу отправить на финскую войну. Окончив школу сержантов, Михаил получил воинскую профессию на - водчика артиллерийских орудий. Вернуться домой не успел – нача - лась Великая Отечественная вой - на. Беленикин встретил ее в Кие - ве. По воспоминаниям, ранним утром 22 июня 1941 года люди об - ратили внимание на нарастаю - щий глухой звук и увидели, что над окраинами города кружат какие-то самолеты. Из-под ладоней с тре - вогой всматривались в аэроплан - ные виражи и гадали: «Учения? Маневры? Или?...» И каждый бо - ялся даже про себя произнести то страшное слово, которое могло бы стоять за этим «или». Самые худшие подозрения оправдались: уже к полудню черные репродук - торы объявили о вероломном на - падении гитлеровской Германии на Советский Союз. Началась ге - роическая, до последнего патро - на, оборона города. Немцы вели непрекращающийся огонь. Воздух был пропитан запахом сгоревше - го мазута, паленой резины и рас - каленной жести. Были моменты, когда казалось, что горят земля и небо. Михаил Митрофанович вспо - минал, что во время ожесточен - ных сражений приходилось отра - жать по нескольку атак противни - ка в день, участвовать в рукопаш - ных схватках. Ему на всю жизнь за - помнились полные предсмертно - го ужаса глаза молоденького нем - ца, с которым он сошелся в одной из таких схваток. Тогда, в доли се - кунды, словно лезвием по сердцу, полоснуло осознание, что и среди них – такие же люди, которым так - же страшно в этой кровавой мясо - рубке под названием «война», и им также отчаянно хочется жить. Но в то же время перед тобой враг, и он тебя уничтожит, если ты не успе - ешь это сделать первым... Михаил был отличным навод - чиком, всегда точно рассчитывал удар по цели. В одном из боев, ког - да их батарея прикрывала отход войск, ему удалось сбить 8 «Юн - керсов», за что командир обещал при выходе из окружения приста - вить его к награде. Но этот бой стал последним в военной биогра - фии Михаила. Он получил оско - лочные ранения в живот и остал - ся бы умирать, истекая кровью, если бы товарищи не вынесли его с поля брани. Правда, назвать это спасением в полном смысле сло - ва можно с трудом: выйти из окру - жения не удалось никому из них. Михаил понял, что находится в плену, когда очнулся от очередно - го забытья в старом бараке. Боль была такой, что заглушала собой и страх, и отчаянье, оставив только одно: желание умереть, чтобы пре - кратились эти муки. Михаил, пони - мая, что его ранение не совмести - мо с жизнью, умолял оказавшего - ся среди них врача дать ему сна - добье, ускоряющее уход. Но тот предложил ему единственную воз - можную помощь – попытаться из - влечь осколки. Несколько человек держали руки и ноги несчастного юноши все время, пока доктор при помощи ножа, без наркоза извле - кал из его живота три осколка. На следующее утро того врача–еврея немцы расстреляли, Беленикин оказался последним из спасен - ных им пациентов. Как только не - много затянулись раны на распо - лосованном вдоль и поперек живо - те, юноша стал помышлять о побе - ге. И вскоре он совершил его вме - сте с другом Николаем. За два дня изможденные беглецы преодоле - ли сто тридцать километров. Но все их усилия закончились неуда - чей – они попали в облаву и после жестокого избиения были возвра - щены назад. Через какое-то вре - мя Михаил придумал новый спо - соб сбежать. Посвященный в эти планы Николай отказался от побе - га: уже не верил в успех, да и силы были на исходе. Когда исчезнове - ние одного из пленников было об - наружено, Коля на допросе, под дулом приставленного к голове пи - столета выдал местонахождение друга. Беглец снова был пойман и избит почти до смерти. Признавал - ся, что зла на предавшего не дер - жал – у каждого свой лимит проч - ности. Вскоре судьба преподнесла Михаилу испытание, перед кото - рым меркнут все предыдущие – его переправили в одно из самых жут - ких мест на земле, ставшее сим - волом беспощадности фашист - ского режима, – Освенцим. Здесь ему сделали на руке наколку и он стал заключенным № 58532. Сюда же был «переброшен» и Ни - колай. В концлагере узников ожи - дала или медленная смерть от го - лода, непосильного труда и экспе - риментов, или быстрая - в печах и газовых камерах. Ежедневно в Освенциме погибали до 20 тысяч человек. Михаил Беленикин не во - шел в их число – он выжил, хотя и был много раз на волосок от смер - ти: сначала получил тяжелое от - равление подобранными на зем - ле испорченными продуктами, за - тем заболел водянкой, а вслед за ней – брюшным тифом. Его спас пленный поляк, работавший лека - рем в лагерном лазарете, - доктор Зелина. Болезни Михаила оказа - лись серьезными и требовали дли - тельного лечения. В подобных слу - чаях узников попросту сжигали в печи. Именно так произошло с Ни - колаем, стоило ему немного при - болеть. Беленикину повезло: док - тор, который каждый день видел человеческие страдания и, каза - лось бы, должен был к ним при - выкнуть, проникся состраданием к парню, которому за свою корот - кую жизнь довелось пережить так много боли, и решил во что бы то ни стало его спасти. Он приказал Михаилу лежать на верхней полке, чтобы быть как можно незаметнее, и каждый день записывал его как вновь поступившего на лечение. Несколько раз откачивал жидкость из брюшной полости, лечил и пря - тал Беленикина до тех пор, пока не миновала угроза жизни. О том, сколько времени прове - ли в Освенциме, заключенные мог - ли только догадываться. Видимо, шли бои за освобождение Поль - ши, когда фашисты стали рассе - лять пленных по другим концла - герям. Михаил вспоминает, как од - нажды их построили и погнали, как потом выяснилось, к железнодо - рожной станции. Дорога заняла не - сколько дней. Все это время их ни - кто не кормил. Люди, словно тени, шатаясь и поддерживая друг дру - га, брели по дороге. А когда разре - шалось устроить привал, они вали - лись на землю и начинали с жад - ностью есть траву или припадали к лужам, чтобы утолить жажду. Не у всех хватало сил подняться снова, и охранники пристреливали самых слабых и сбрасывали в придорож - ные канавы. На станции всех вы - живших погрузили в составы и по - везли в неизвестном направлении. Им по-прежнему ничего не давали из пищи, а нарвать травы уже не было возможности. Его попутчики умирали один за другим. «Поезд мертвецов», - пошутил потом кто- то из надзирателей. Михаил уже не помнит, сколько времени занял этот путь – жизнь медленно поки - дала его истерзанное, уже начав - шее цепенеть тело. Казалось, оно жаждало смерти как избавления от всех мук. Он лежал среди тру - пов и не мог пошевелиться. Одна - ко мозг продолжал фиксировать происходящее: состав остановил - ся, послышались голоса, кто-то от - крыл дверь в их вагон и крикнул, что живых не осталось. Ему вдруг яростно захотелось жить, позвать на помощь, крикнуть, что он еще не умер, но плотно стиснутые губы уже приготовились смолкнуть на - вечно и отказались разомкнуть - ся. И лишь огромным усилием ему удалось заставить дрогнуть веки, когда над ним склонился кто-то из живых… Смерть, подержав Михаила в своих холодных объятьях, снова отступила, но один кошмар сме - нился другим - его привезли в кон - цлагерь Дахау, расположенный в Германии. Здесь разрабатывались новые формы наказаний и издева - тельств над людьми, проводились жестокие опыты, в числе которых исследования способов руковод - ства и контроля над человеческим поведением и сознанием. В этом аду Беленикин находился несколь - ко месяцев. Из-за крайней степе - ни истощения жизнь снова начала покидать его тело. И опять Бог по - слал ему спасителя - Дмитрия Бу - накова, переведенного в Дахау из Бухенвальда. Они подружились. Видя, что для друга каждый день может оказаться последним, Митя отдавал ему часть своего хлеба. К счастью, им обоим удалось дожить до освобождения лагеря войсками США в конце апреля 1945 года. Михаил Митрофанович со слеза - ми на глазах вспоминал, что за не - сколько дней до победы десятки пленных умирали от того, что сол - даты армии союзников из лучших побуждений спешили накормить их досыта хлебом и тушенкой, что для умиравших от голода людей означало неминуемую гибель. В 1948 году Михаил вернул - ся домой. Для родных это было и огромной радостью, и неожидан - ностью одновременно, ведь осе - нью 1941 года они получили изве - щение о том, что он пропал без ве - сти. Правда, отец все это время от - казывался верить, что сын мертв, и продолжал его ждать. Тридцатилетний мужчина по - степенно адаптировался к мирной жизни, устроился на работу, через какое-то время женился. Но обре - сти счастливую семейную жизнь супругам не удалось: по непонят - ным причинам, с одинаковыми симптомами три их дочки умира - ли, едва дожив до девяти месяцев, сын скончался в пятилетнем воз - расте. В семье предполагали, что причиной смерти детей могли быть нечеловеческие условия, в кото - рых он провел несколько лет жиз - ни, и производимые над ним опы - ты. Эти беды привели к тому, что супруги расстались. Перед Михаи - лом встал вопрос, как жить даль - ше. По совету отца он решил вер - нуться к своим истокам в город Ле - бедянь и попытаться начать жизнь с чистого листа. Устроиться на ра - боту проблем не составило – он был первоклассным слесарем. Вот только с чистого листа жить не по - лучилось. На этот раз напомнила о себе давняя операция, которую подручными инструментами сде - лал ему в грязном бараке расстре - лянный наутро доктор, – в кишеч - нике началась спаечная непрохо - димость. Михаила Митрофанови - ча доставили в больницу, где сроч - но прооперировали. Не успел он прийти в себя, как потребовалась еще одна операция, затем другая, третья… седьмая. Измученный ор - ганизм в очередной раз сдавал эк - замен на прочность. Почти весь послеоперационный период за ним ухаживала медсестра Лена. По мере того как он медленно воз - вращался к жизни, его сердце на - полнялось любовью и нежностью к этой женщине – за ее заботли - вые и умелые руки, за то, что про - шла всю войну и вынесла на своих хрупких плечах с поля боя десят - ки раненых, за то, что спасла сот - ни жизней. Они поженились. Доктора ка - тегорически запретили Елене ро - жать: возраст далеко не юный, да и здоровье на войне основательно подорвано. Однако жажда мате - ринства взяла верх – женщина, ри - скуя жизнью, родила дочь Ирину и сына, названного в честь отца. На - конец Михаил обрел счастье, к ко - торому так долго стремился. Прав - да, совсем безоблачным его на - звать нельзя. Однажды, возвраща - ясь на велосипеде с рыбалки, Бе - леникин неудачно упал и получил перелом шейки бедра. В те време - на это означало, что остаток жиз - ни он проведет беспомощным ин - валидом: операции по вживлению штифта в кость были единичны - ми по причине отсутствия специ - алистов и необходимого оборудо - вания. Вдобавок ко всем мучениям из-за длительного малоподвижно - го состояния больного снова нача - лась спаечная непроходимость ки - шечника. Сидеть сложа руки и смо - треть, как умирает любимый чело - век, было не в характере Елены. Благодаря ее настойчивости, муж - чину переправили в областную больницу, прооперировали, а спу - стя время ей удалось поставить его на ноги. И вскоре он не только смог ходить, но и легко взбираться по самому крутому подъему. Михаил Митрофанович про - жил относительно долгую жизнь, успел вырастить детей, порадо - ваться внукам. Он умер 1 апреля 1995 года, завещая своим близ - ким не огорчаться в связи со своим уходом в мир иной. Ведь его жиз - ненным принципом всегда было не унывать и не сдаваться ни при ка - ких обстоятельствах и радоваться жизни несмотря ни на что. Светлана ДРОЗДОВА. Фото из семейного архива.