Народное слово. 2011 г. (п. Лев-Толстой)

“Народное слово” 8 октября 2011 г. * № 112 (9979) * 3 Вдо х н ов ение Литературная страница Осенняя пора воспета в поэ - зии, запечатлена в живописных и музыкальных шедеврах. При упо - минании осени в памяти всплыва - ют имена великих классиков: Пуш - кина, Есенина, Левитана, Чайков - ского... Первый осенний месяц — сен - тябрь, в старину на Руси называ - ли новосёлом, а ещё руеном, за жёлтый цвет, доминирующий в ле - сах. Величали его также хмурнем за короткие дни, частое ненастье: «в сентябре сиверко, да сытно». Ведь для крестьянина было глав - ным, когда сено в стогах, урожай в скирдах, свежий хлеб румяной ков - ригой на стол просится. Когда-то с сентября начинались девичьи посиделки. Первая поси - делка была как праздник, который предвещал зимние рукоделья: рас - чёсыванье льна, прядение, вяза - нье кружев, вышиванье. В светёл - ках уж горели лучины — подруги зимних вечеров. До 1700 года в России 1 сентя - бря отмечался Новый год. С этого дня начиналось новолетие. А ещё первый день осенней поры име - новался Семёном-летопроводцем, считался началом бабьего лета. В народе говорили: «На Семён-день до обеда паши, а после обеда ру - ками маши». Настоящая осень на - ступает, по поверью, после Воздви - жения Честного и Животворяще - го Креста Господня. Этот большой Осенняя пора… Вот и осень закружила золотые метели из опадающей листвы. Низкие тучи слякотью и снегом гро - зятся. Жаркими кострами полыхают рощи. Для отлетающих птичьих стай уже светят созвездья далёких южных стран. Впереди — затяжное ненастье, ледок на лужах и промозглые туманы, первый снег. Осе - нью «семь погод на дворе — сеет, веет, крутит, мутит, рвёт, сверху льёт, снизу метёт». православный праздник именуется днём расставания с летом. После него — осень. По старинному сказанию на Воздвижение происходит битва между “честью” и “нечистью”. В этот день поднимаются, воздви - гаются одна на другую две силы: правда и кривда, «свято» и «не - свято», дрожит-колышется, со - трясается Мать-Сыра-Земля. Но вот воздвигается из недр её Свят- Господень-Крест. Вся вселенная сияет, как солнце, от его нетлен - ных лучей. Побеждает всё правед - ное, всё чистое. Октябрь-листобой приносит с собой ещё больше красок, раз - ноцветья. Ягоды рябины, калины горят нестерпимым жаром среди поредевшей листвы. Но погода в эту пору обманчива. Что ж,на то и октябрь: когда листком землю кро - ет, когда снежком! Ветер - сивер в полях кусты гнёт, соломой шуршит. В лесах сыро, холодно. Но осен - ний снежок — не лежок, выпал и скоро тает. С Покрова дня начинается за - зимье. В это время играются свадь - бы. Встарь октябрь слыл месяцем- свадебником. А между тем «с Три - фона и Пелагеи (21 октября) всё холоднее». Поговорка гласит, что «Трифон шубу чинит, а Пелагея рукавички шьёт». Не забыты в на - родных календарях даже грязь, дожди, слякоть. И во всём этом винят «Парасковью-грязниху» (27 октября). Однако месяцесло - вы утверждали, что «Проскакива - ют погожие деньки и по осени». В октябре, по присловью, «зима со бела гнезда сымается, к мужику в гости наряжается, дай-ка, я на Руси погощу, деревни-сёла наве - щу, пирогов поем». Наступает ноябрь-ледень. Чем-чем, а стужей никого не обде - лит. Ноябрь — сентябрев внук, октябрев сын, зиме родной ба - тюшка. А народ говорил: «Холо - ден, да не зима». В ноябре « зима с осенью борются». Светает позд - но, темнеет рано. Долгими вечера - ми в деревенских избах горели лу - чины, жужжали веретёна, стучали коклюшки кружевниц. Ноябрь — «тепло морозу не указ». Но со вто - рой половины месяца всё жёстче, всё суровей погода. СМатрёны (22 ноября) «зима встаёт на ноги». И тогда куёт зимушка—зима седые морозы, стелет по рекам—озёрам ледяные мосты, сыплет из право - го рукава снег, из левого — иней. Следом бегут метели, стужа пере - межается с оттепелями. А 29 ноя - бря — «на Матвея зима потеет». Но осень кончается, зима начина - ется. Шуба ещё пригодится! Юрий РУДАКОВ. В сю ночь Дмитрий Бара - нов отбивался от нечисти. «Дело дрянь, — думал он, — так долго не протянешь. Можно с тоски кон - цы отдать.» Подошёл к окну, отдёр - нул половину замурзанной занаве - ски. На улице было грязно и неу - ютно: обычное явление на пороге весны. Когда-то он приехал в эти чер - нозёмные края на сезонную рабо - ту с бригадой бывших донецких шахтёров на шабашку — переби - рать и сажать картошку за хоро - шие по тем временам деньги. Да только вот неожиданно для само - го себя не поехал вместе с земля - ками домой. Получил комнату в со - вхозном общежитии. А больше ему ничего было не нужно — лишь бы крыша над головой. Но в послед - нее время что-то забарахлили не - рвишки. В дверь кто-то постучал. Не - знакомая гостья оказалась зем - лячкой, приехала с очередной бри - гадой на заработки. Спросила о житье-бытье, привет передала от сестрички да поклон от жены. Ну, привет он принял, а от жены покло - на не ожидал. И вообще... на этом уже давно точку поставил. — А ты, если хочешь, Дмитрий, так давай в нашу бригаду. Мы пер - вый раз здесь. А ты всё-таки и ди - ректора хорошо знаешь, землякам должен помочь, подсказать, какой к нему подход нужен. — Это - да, — согласился Ба - ранов. — Всё правильно. С земля - ками работать — что родным воз - духом дышать. А вас много? — Пятнадцать человек, и ещё один подъедет. Знаешь кто? Сынок твой, Николай. —Ну! Это хорошо, если он едет к родному отцу. А у меня не при - брано, да и комнатушка не ахти ка - кая. Он-то, наверно, думает, что я тут в золоте купаюсь? А я вот кро - ме этой спецовки за шесть лет ни - чего и не заработал. Дмитрий засуетился, отодвигая в угол банки-склянки, немытые ка - стрюли. — Вот похлёбку себе варю, — извинился он перед землячкой, — РАССКАЗ Только сына дождаться а столовскую еду мой желудок не принимает, возраст не тот. — Да оно так, — согласилась женщина. — Своими руками что сделаешь, всё лучше. — И когда же он приедет? — Ну, самое большее дня че - рез два. Помолчав немного, добавил: «И хорошо, и хорошо. Это ж надо, хоть сынок родной проведает отца, а то ведь вот так загнёшься — и никому не нужен будешь». — Жаловаться нечего, Дми - трий. Тебе не на кого обижаться, никто тебя не неволил с родных мест срываться. Больших денег захотел. — Брось, какие деньги? — мах - нул он рукой. Когда землячка ушла, Баранов подумал, что вот теперь-то ему точно дорога заказана в родные края. Она всё как есть растрезво - нит по приезду домой. А что тут скажешь? Плохо он живёт — нику - да не годится. Дмитрий вышел на улицу под - ышать свежим воздухом. Пахло от - таявшей землёй. Воздух здесь хо - роший. Первое время не мог от - дышаться от шахт, от терриконов, что курились день и ночь лёгким серным туманом. А тут весна све - жая, румяная и росная...Да и никто не ждёт его там, в краю шахтёр - ском. Сын вот вырвался, да и то на шабашку. В его ли это возрас - те? Самому-то Баранову прости - тельно: он своё отработал. А что больших денег не нажил, так это с каждым может случиться, не к каж - дому они идут. Иной как рыба об лёд бьётся, а толку чуть. Не идёт к нему деньга... — Эй, дядя, дай прикурить. Чьи-то незнакомые ребята по - дошли, молоденькие ещё. Видно, из соседней деревни, что за ре - кой. Смеются. Весёлые, да толь - ко весёлость какая-то злая, наи - гранная. И откуда такие весельча - ки берутся, как вот этот? На лицо посмотришь — вроде добрый мо - лодец, а улыбнётся — змей змеем. Не по себе становится. — Стаканчик, дядя, не найдёт - ся? — Нет, ребята, недавно взяли одни и не вернули. — Не на нас ли ты намекаешь, дядя? — заговорил тот самый, ве - сельчак. И говорил-то нехотя, лениво и брезгливо: — Нищий ты, дядя, разве мож - но без стакана в наше время? Ко - пеечное дело, ты бы нам угодил, и мы бы тебя не обошли. — Нет, ребята, не пью я. А если хотите, я вам кружку дам. — Фу, дядя, — сморщился мо - лодец, — жмот ты, оказывается. Денег, наверно, чулок набил, а ста - кан не купишь... Презрительно так сказал, спо - койно, а на душе у Баранова по - холодело. Он только что как будто на родине побывал, и вот на тебе — опять на своё место вернулся, к грязной койке, к зашарпанной ком - нате. Вот тебе и объяснили, кто ты есть на самом деле, вот и утеши - ли. Скорей бы сын приезжал. Он сильный, шахтёр. Весь в отца. Дмитрий за последнее вре - мя сильно сдал, изработался. На ферме доярки на него не обижа - лись. С делами он управлялся не очень быстро, зато добросовест - но, не как некоторые, по три дня их не видели на работе после по - лучки. У Баранова в этот день был вы - ходной, но он всё же решил пойти на ферму: не привык без дела бол - таться, да и на людях как-то весе - лее. Пробыл на работе чуть ли не до полночи. Бригадир даже пожа - лела: — Шёл бы ты, Митрий, домой, тебе ведь завтра рано на смену выходить. Не отдохнёшь — какой из тебя работник будет. — А у меня радость, так что приглашаю в гости заранее. Вот приберусь в своей комнате и сына буду встречать. Вчера, как чув - ствовал, в магазине себе костюм купил, хоть и дешёвый, но ничего, прилично выглядит и сидит на мне подходяще. — Приду, обязательно приду,— и с сожалением добавила. — Всё же негоже в одиночестве прожи - вать. Дети - там, вы - тут. Я бы, на - верно, не выдержала. — Да я уже и привык. Не то - скую. Это уж он врал насчёт тоски. Чувствовал её каждую минуту, каждый день каждой жилочкой. И ничего, что одинокий, как когда- то сам для себя решил и ушёл от семьи, не в том дело. Эта неосо - знанная тоска преследовала Дми - трия не с детских лет, когда мате - ри не стало, а, как ему казалось, ещё до рождения. Не надо было ему, видно, появляться на свет, по - тому что не ждали его в жизни. Вот и мнилось, что он занял чьё-то чу - жое место. Поэтому никому не ну - жен оказался, как сорняк. И хотя женился он вроде бы правильно, и дети появились, да не было люб - ви настоящей. А без любви какое житьё? Ему бы только теперь сына дождаться, а там всё хорошо пой - дёт. Дмитрий Баранов сыном гор - дился. Может, когда обижал в дет - стве, так это любя. Правда, потом родилась дочь, когда он ушёл из дома и скитался по чужим кварти - рам. Но и дочь не забывал, подар - ки всегда присылал. Баранов прибрал свой инстру - мент и взял с собой припрятанную в углу увесистую палку. Порой при - ходилось по дороге в общежитие Александр Гриднев живёт и работает в Липецке. Его стихи печатались в газетах, журналах, коллективных сборниках. Автор книг «В предрассветной Руси», «Пора нам вернуться в Россию». Вторая книга отмечена премией имени Евгения Замятина Липец - кого областного отделения Лите - ратурного Фонда России. Член Союза писателей России. Родные места Ветер косы заплетает ивам, Золотится даль лесной гряды, Если нынче можно стать счастливым, То среди деревьев у воды. Блёстки струй и тёмный лик затона, И в тумане проседь камыша. Как светла и одухотворённа Мест родных забытая душа! Поэтической строкой Истаяло лето... Туманы сырые, Поляны грибные, И речки, спросонья Озябнув, дрожат. А росы цветные, Как звёзды земные, Играют и солнцем Скупым дорожат. Истаяло лето В холодных рассветах. Рябиновой кистью Зажёгся сентябрь. Опавшие листья, Набухшие веки, - У лета иль века Была я в гостях? Галина ГРИГОРЕНКО, г.Чаплыгин. отбиваться от бродячих собак, да и на всякий случай. Мало ли что... Придя к себе, взялся за убор - ку, начистил картошки. А из головы не выходили мысли о детях, о том, что он зря дочери не писал, гля - дишь, она бы и позвала его к себе. Что ж, теперь всю жизнь рассчиты - ваться за то, что когда-то было? Да и что было? Ну, не захотел с нелю - бимым человеком жить. Ну и что, вешать теперь за это? А, может, сыну нужен? Вот приедет, тогда и видно будет. Интересно, каким же сынок стал? Правда, сейчас шах - тёры не в чести. Всё бастуют да го - лодают. Ещё подумал, что не успел как следует навести чистоту... Не закрыв дверь и не выклю - чив свет, Дмитрий прилёг на минут - ку и словно провалился в бездон - ную пропасть. Только к утру ему почудилось, что как будто тихо - нечко приоткрылась дверь и вош - ли какие-то люди. Они шныряли по комнате и что-то искали. Один из вошедших со змеиной улыбкой на - клонился над Барановым, как буд - то оберегал его сон. Дмитрий почуял приближение нечисти и замахнулся было рукой, чтобы разогнать её, но в это вре - мя его сильно ударили по голове рядом лежащей палкой. Свет по - мерк, и жизнь его ушла вместе с кошмарными снами. Наутро директор совхоза вы - звал милицию и велел секретарше послать телеграмму сестре. А тут как раз и сын заявился. В комна - те, где жил его отец, рядом с кой - кой на табуретке лежал аккуратно свёрнутый костюм. «Ни разу не на - девал»,— подумал Николай и по - ложил в сумку, чтобы потом, после морга, было во что отца одеть. Он ехал сюда с надеждой вернуться домой вместе с ним. Виктор БУРЯКОВ, член Союза писателей России, г.Данков. Полосу подготовил Юрий РУДАКОВ.