Народное слово. 2007 г. (п. Лев-Толстой)

г "Народное слово" Ю июля 2007 г. * № 82-83 (9325-9326) * 7 > лимржтшржм СТТРЯШПЦД Л х . Больше 30 лет прошло со дня моей первой поездки в Польшу, а, кажется, что это было вчера. Тогда, в семидесятые годы ми­ нувшего столетия, в народе хо­ дила шутливая поговорка: «Кури­ ца - не птица, а Польша - не за­ граница». Но в то время, имену­ емое сейчас как «застойное», обычные советские граждане не были избалованы заграничными вояжами, как не избалованы и сейчас рядовые россияне. Турпу­ тевка, хотя бы в соседнюю соц- страну, воспринималась как по­ дарок судьбы. Да и на самом-то деле поездка нисколько не разо­ чаровала. Впечатлений от Вар­ шавы, Вроцлава, Катовице и дру­ гих мест хватило на долгие годы. До обработки черновых заметок об этом увлекательном путешес­ твии по польской земле все как- то не доходили руки: сегодня да завтра... ну, а теперь предста­ вился, по-моему, подходящий во всех отношениях случай - при­ ближающийся двухсотлетний юбилей гениального композито­ ра и пианиста Фридерика Шопе­ на. Впрочем, обо всем по поряд­ ку. От Москвы до границы с Польшей наша делегация доеха­ ла без приключений. На рассве­ те, в Бресте, поезд загнали в де­ по для смены вагонных колес. Этот процесс довольно долгий, а за время стоянки нужно было ус­ петь обменять рубли на злотые на всю группу в специальной кас­ се вокзала. Валютную операцию мне предстояло «провернуть» с помощницей. Дело было летом, поэтому на вокзал отправились налегке: я в майке, спутница накинула лишь цветастый халатик и шлепанцы на босу ногу. Думали, что дело минутное, авось, по-быстрому сбегаем. Однако оно оказалось не таким простым и легким. Со­ отношение рубля к злотому в те годы было один к двадцати, и сумма вышла весьма солидная, к тому же польские деньги никто из нас раньше в глаза не видел. Набив сумку деньгами, не спеша пошли в депо, но поезда там не оказалось. После смены колес состав отправили снова к вокзалу, откуда он должен был следовать за границу. Спустя ка­ кое-то время мы, конечно, вспомнили, как поезд, очень по­ хожий на наш, промчался мимо, а из одного вагона нам почему- то махали руками. ^ Мы были в шоке от случивше- В го с я . Пробежав, что есть мочи, несколько километров, все в по­ ту, с выпученными глазами за ­ явились на вокзал, не зная, что делать дальше и к кому обра­ щаться за помощью. После дол­ гой канители решили зайти в бю­ ро международного молодежно­ го туризма «Спутник». Там нис­ колько не удивились нашему ви­ зиту. Обозвав «липецкими рас- трепаями», поинтересовались, целы ли деньги и паспорта? Не менее бурными были и объяснения с пограничниками. В конце концов они все же посади­ ли нас без билетов в поезд «Мос­ ква - Берлин», следовавший че­ рез польскую границу, но он, как нарочно, прибыл на другой вок­ зал. Правда, принимавшая фир­ ма «Альматур» предусмотрела такой вариант и нас встретили как «героев», преподнеся пучок бархатцев с привокзальной клум- Потом всей компанией мы ^Щ б р а л и с ь до гостиницы на трамвае, всю дорогу шутя по по­ воду своего не заграничного ви­ да. Удивительнее всего было то, что через советскую границу в эпоху «железного занавеса» вы­ пустили без документов почти тридцать человек. Да и поляки не чинили никаких препятствий. Всю группу к тому времени уже разместили в молодежном тури­ стическом центре. Нашими сосе­ дями оказались американцы, жившие «коммуной». Мне же не давало покоя опасение, что про­ изошедшее в дороге «ЧП» повле­ чет за собой какие-либо послед­ ствия. К счастью, ничего плохого не случилось. Желязова Воля Туристический автобус оста­ новился на площадке перед вхо­ дом в небольшой усадебный парк. В его глубине - островер­ хий дом под черепицей, снизу доверху увитый плющом. Это старинное строение скорее на­ поминает громоздкий сарай ка­ кого-нибудь зажиточного хуторя­ нина. Внутри его - небольшие комнаты, отличающиеся строгой ным ребенком, рос в окружении трех сестер. Музыкальное образование будущий гений получил сначала дома под руководством чеха Войцеха Живного, затем окончил в Варшаве музыкальный лицей и Высшую школу музыки. Свои первые произведения Шопен на­ чал сочинять в семь лет, а через год он уже выступал как пианист. Фридерику не было еще девяти лет, когда он участвовал в благо­ творительном концерте в присут­ ствии императора Александра I, который подарил ему за блестя­ щую игру перстень с большим бриллиантом. В свои десять лет юный музыкант прославился тем, что посвятил марш великому кня­ зю Константину. Это произведе­ ние было напечатано без имени автора и исполнялось военным сторы, залитые лунным мерцани­ ем. Свои впечатления он выраз­ ил в ноктюрйах - ночных песнях. И вправду, польские равнины - раздолье музыке и песне. А все свои невысказанные чувства Шо­ пен отдавал музыке. Он поверя­ ет фортепиано то, в чем не мог признаться кому-либо другому. Этим можно объяснить его скрытность. Страсть музыканта сохранила следы жизни рано умершего друга Яна Бялоблоцко- го. Его призрачная фигурка будет вечно жить в музыке. В ней же нашла воплощение и память о Домусе Матушинском, с которым связаны светлые воспоминания о юношеских годах. Мечтам о дружбе и любви не суждено было сбыться. Великий импровизатор неистовствовал, «любил» за фортепиано. Иссле­ НА РОДИНЕ ШОПЕНА Подарок судьбы простотой. Маленький Фрицек появился на свет в этом доме в 1810 году и отсюда еще грудным ребенком родители перевезли его в Варшаву. За свою недолгую жизнь композитор затем всего только один раз, вместе с отцом и матерью, побывал в Желязовой Воле - бывшем имении графа Скарбека. Это было двадцать лет спустя, в конце лета 1830 года, перед отъездом за границу. Среди биографов Фридерика Шопена до сих пор идут споры о дате его рождения: 22 февраля, как указано в метрике, или 1 мар­ та, по утверждению самого му­ зыканта и его матери? Общепри­ нятая дата, отмеченная в спра­ вочной литературе, - 1 марта 1810 года. В различных источни­ ках имя Шопена пишется тоже по-разному: то Фридерик Фран- цишек, то Фредерик Франсуа. Разночтения существуют также в написании фамилии. Виной тому - польско-французское проис­ хождение великого композитора. Дело в том, что в той же метри­ ке французская фамилия Шопен записана по незнанию на поль­ ский лад - Хоппен. Но вернемся к музею, кото­ рый здесь создан в 1932 году. После осмотра старого дома все туристы расположились на ули­ це, прямо под окнами, на ска ­ мейках, в своеобразном зеленом театре, послушать небольшой концерт. Из раскрытого окна ли­ лась музыка Шопена. Она пере­ кликалась с тихим шепотом лис­ твы и птичьими голосами, журча­ нием протекавшей рядом речуш­ ки. Под звуки волшебных мело­ дий Шопена невольно возникали картины прошлой жизни в этом уголке Польши. Воображение ри­ совало быт и нравы далеких вре­ мен. Чередой проходили образы родных, друзей Фридерика. Зву­ чала музыка, и его герои вновь оживали. Какие же корни питали этого великого человека? О том многое известно. А к написанно­ му в книгах интересные сведения добавила экскурсовод Гражина. Путь к славе Отец Фридерика, школьный учитель пан Миколай, был фран­ цуз из Лотарингии, отличался твердым характером и деловито­ стью. Мать, кроткая и мечтатель­ ная пани Юстына, происходила из обедневших дворян. Родители органично дополняли друг друга, поэтому в семье Шопенов цари­ ли покой и согласие, чего так не хватает многим современным семьям. Фрицек был болезнен­ оркестром. Слава талантливого композитора росла год от года. Достаточно сказать, что в три ­ надцатилетнем возрасте он со ­ чинил полонез, а в 19 лет присту­ пил к созданию цикла фортепи­ анных этюдов - самых долговеч­ ных творений мастера. После окончания учебы в Варшаве Фридерик отправился в концертную поездку в Вену, а го­ дом позже уехал в Париж для усовершенствования своего ма­ стерства. Энциклопедия чувств Перед отъездом за границу Фридерик навестил в Потужине своего друга Титуса Войцехов- ского, мнение которого было для него выше всех похвал. Ему по­ священы известные «Вариации на темы из «Дон Жуана» Моцар­ та». Великий немецкий компози­ тор и музыкальный критик Ро­ берт Шуман по этому поводу пи­ сал: «Шапки долой, господа, пе­ ред вами гений!». А гению было всего 17 лет. После поездки к Титусу Шопен с родителями по­ сетил в начале осени родные ме­ ста в Желязовой Воле. Печаль­ ный музыкант одиноко бродил по берегу Утраты. Он как будто чув­ ствовал, что навсегда прощается с родиной. Ф. Шопен - родоначальник польской музыкальной классики с моцартовской щедростью. Ан­ тон Рубинштейн называл его «ду­ шой фортепиано». Для Фридери­ ка многое значили равнинная ма- зовецкая деревушка и флигель графского дома, где он родился. Это особенно заметно в его юно­ шеских сочинениях, наполненных солнечным блеском и весенней свежестью. Шопену слишком до ­ роги бесконечные родные про­ дователи спорят и пишут о не­ разделенной любви Фридерика к Констанции Гладковской, с кото­ рой он вместе учился и которая будто бы его отвергла. Но сама она через много лет с удивлени­ ем узнала о чувствах Шопена к ней. Юноша любил не ее, а свою мечту. В 1836 году Шопен сделал предложение хорошенькой и му­ зыкально одаренной Марии Вод- зинской - дочери польского гра­ фа. Она дала согласие, но роди­ тели не одобрили выбор дочери не только из-за светских услов­ ностей. Нельзя забывать, что у Шопена открылся туберкулез легких, или, как тогда его назы­ вали, чахотка. Поэтому родители были обеспокоены ее будущим. Ф. Шопен боготворил Баха. Его влияние благотворно отраз­ илось на творчестве композито­ ра. Недаром же музыковеды ха­ рактеризуют шопеновские ма­ зурки, как энциклопедию чувств, сравнивая их с прелюдиями И. С. Баха. Да и вся музыка Шопена - сокровищница высоких чувств: полна глубокого патриотизма, любви к конкретным людям, при­ роде, беспредельной печали и отчаяния. Сердце Шопена 12 октября 1830 года Шопен в последний раз играл в Варша­ ве, а 2 ноября навсегда покинул Польшу. В Вене с удовольствием слушали его игру, но только бес­ платно. Фридерику пришлось ис­ пытать нужду и разочарование. В это время в Польше вспыхнуло восстание, подавленное войска­ ми царского генерала Паскевича. Трагедия Польши нашла отраже­ ние в до-минорном этюде «рево­ люционном». Из негостеприим­ ной Австрии Шопен уезжает в столицу мира - Париж. Об этом знаменитом городе молодой му­ зыкант так писал своим друзьям: «Здесь величайшая роскошь, ве­ личайшее свинство, величайшая добродетель, величайшая пре­ ступность». После своего перво­ го же выступления в прославлен­ ном парижском зале Плейель Шопен становится известным и модным музыкантом. Его пригла­ шают в великосветские салоны, на балы. Он дает уроки в лучших аристократических домах. По­ явилась возможность жить на широкую ногу. В это время ком­ позитор знакомится с величай­ шими людьми того времени: Бальзаком, Стендалем, Гюго, Гейне, Мицкевичем. Он общает­ ся с итальянским композитором Россини, певицей Полиной Виар- до. Венгерский композитор и блестящий исполнитель Ференц Лист становится его ближайшим другом и единомышленником. В это же время французский ху­ дожник Эжен Делакруа пишет широко известный портрет Шо­ пена. Первое десятилетие поль­ ский композитор счастливо и безбедно живет в Париже. В со­ роковые годы его преследуют удары судьбы: смерть отца, луч­ шего друга. Он порывает связь с Жорж Санд (Аврора Дюдеван), которая почти девять лет была подругой жизни. Она восхища­ лась Фридериком и повсюду пре­ следовала его. У известной писа­ тельницы было двое взрослых детей, и она пыталась превратить Шопена в третьего, как об их от­ ношениях язвительно высказыва­ лись современники. Разрыву с Ж. Санд поспособствовал ее новый роман «Лукреция Флориани», в котором композитор был изобра­ жен в неприглядном образе под именем принца Кароля. В это же время резко ухудшилось состоя­ ние здоровья Шопена. Фактичес­ ки он стал инвалидом. В 1848 году вспыхнула Фран­ цузская революция. Весной Фри­ дерик вынужден был уехать в Ан­ глию и Шотландию, где провел год в обществе своей богатой ученицы и финансовой покрови­ тельницы Джейн Стирлинг, о ко­ торой он сказал: «Уж лучше я вы­ беру своей женой смерть». Эту даму называют даже его «анге­ лом смерти». Земной путь Фридерика Шо­ пена закончился 17 октября 1849 года в Париже на руках любимой сестры, в 39 лет. Природа соот­ ветствовала настроению компо­ зитора, уходящего в мир иной в муках и страданиях. Поздняя осень навевала мотивы печали, одиночества и увядания. По за­ вещанию брата Людвика отвезла его сердце, всегда горевшее ог­ нем меланхолии, в Варшаву. Там оно покоится в серебряном сосу­ де, замурованном в колонне кос­ тела Святого Креста. В Еванге­ лии сказано: «Где сокровище твое, там и сердце твое». Известно, что перед смертью Шопен слушал пение церковного псалма в исполнении блиста­ тельной певицы и красавицы, польской гранд-дамы Дельфины Потоцкой. А на его похоронах «Реквием» Моцарта исполнила Полина Виардо. Нет, по-моему, нужды пере­ числять множество произведе­ ний композитора с мировым именем: сонаты, фантазии, бал­ лады, полонезы, вальсы, мазур­ ки. Их объем велик. Ценители музыкального искусства при же­ лании могут познакомиться с ни­ ми в полном объеме. Это сейчас не проблема. Отрадно, что вели­ кая и вечная, прекрасная класси­ ческая музыка находит все боль­ шее число поклонников, в отли­ чие от пустой однодневной «поп­ сы», которая как навязчивая муха нахально жужжит над ухом и но­ ровит свести с ума человека сво­ ей назойливостью. Великий романтик и импро­ визатор, новатор, Ф. Шопен всю жизнь искал свой особый идеал - ускользающий музыкальный тон. Нам неизвестно, сумел ли он обрести его. Ведь в мире не су­ ществует границ и пределов для совершенства. Мы должны испы­ тывать счастье и радость от того, что можем пользоваться бога­ тейшим творческим наследием Мастера, наслаждаться гениаль­ ной музыкой, которая сотворена и выстрадана его душой и серд­ цем для человечества на века. Юрий РУДАКОВ.