Молодой коммунар. 1954 г. (г. Воронеж)
В. КОРАБЛИ НОВ Верстах и семи от города За- донска, ниже по Дону, раскину лось большое село Каменка. Оно лежало на левом, луговом берегу Дона и так заросло садами, что изб почти не было видно, только высокая белая колокольня вы глядывала из зелёных зарослей. Правый берег был обрывистый, каменистый. Верхушка холма по росла дубняком за которым тя нулась бесконечная степь. Огром ные, белые, величиной с избу, камни гигантскими ступенями спускались к пеке и уходили в воду почти до самой середины. Чуть повыше воды стоял крытый дубовыми ветками и травой ша лаш. В Каменке жили государствен ные крестьяне, у -которых для выпаса своих гуртов старик Коль цов арендовал пятьсот десятин земли. Вот на этом выпасе и хо дил пантюшкин гурт, в котором, как доносил башкирцевский при казчик. было неладно. Солнце стояло на обед, когда из шалаша вылез на карачках огромный, саженного роста, с желтовато-белой, древней боро дою, старик. Это и был Пан- тющка. — .Мрш'ака! — закричал он, по вернувшись к обрыву. — Миша- ка-а! Ему никто не отозвался. — Всё палочки стругаешь... — заворчал Пантюшка. — Всё, зна чит, как бы пофорсистей, всё, ед- рёна воха, ёрничать... да... Старик собрал щепки, наломал хворосту, приладил на рогатках котелок и, опустившись на коле ни, стал высекать огонь. — Да, — бормотал он, зажи гая щепки. — оно и поёрничать тоже ничего,.. Смолоду не пожи вёшь, так уж там—тю! — А-е-е-й! — закричали из-за Дона. Старик поднялся на ноги и, приложив руку к глазам, стал глядеть на каменский берег. Ка кой-то конный, пустив лошадь в воду, вскочил ногами на седло и поплыл к пантюшкиному ша лашу. 2 . — Здорово, Пантелей Его- рыч! — сказал Кольцов, спрыги вая с седла и идя к старику.—Не признал, что ли? — Эх ты! — хлопнул Панте лей руками об портки.—Да ведь это ты, Алексей Васильевич! Ну, быть тебе с барышом, — не при знал! — Ай на глаза ослаб? — за смеялся Кольцов, подавая стари ку руку, — Да ведь как не ослабнуть,— загудел Пантелей. — Мои глаза, парень, они чего-чего не переви дели! Батюшку Емельяна Ивано вича Пугачёва — царство ему небесное — зрнл, как тебя зрю, Катьку-царицу зрил, но изпод- дальки — шут с ней! С Суворо вым с Александром Васильевичем рядышком с альпейских гор ска тывались, а после француза ви лами колол! Эх, дед Пантюшка, он, брат, всё зрил, а только доли своей счастливой, — вот почесть до ста годов дошагал, — всё ни как той доли узрить не могу! Пантелей захохотал во весь рот. - — Ну, садись, садись, — засуе тился он, подвигая Кольцову чур бан. — Садись, сказывай, зачем пожаловал. Подъехал другой гуртовщик — чубастый и красивый малый, узнал Кольцова, снял шапку и по здоровался. — А я что приехал, — сказал Кольцов, усаживаясь возле шала ша.—У вас, слышно, быки пада ют. Намеднись башкирцев при казчик был тут у вас, так он ска- ЛЕКСЕЙ КОЛЬЦОВ Г л а в а и з п о в е с т и зывал... Батенька велел поглядеть, и ежели что, так на бойню. — Какой такой приказчик? — нахмурился дед Пантюшка. — Мищака!—обратился он к мало му. — Нешто у нас кто был? — Никого, Пантелей Егорыч!— сказал малый. — Как, значит, мы тута стали, так с Воронежа никто не наезжал... — Да как же так? — удивился Кольцов. — Мне вчерась только батенька сказал, съезди, говорит, погляди... — Приказчик-те спьяну, долж но, набрехал, — сказал дед.—Они ведь пьянчуги—эти приказчики... Ну, да ничего,—оживился он.— Это ничего. Ты, Васильич, поживи у нас тут день, погостюй— сам увидишь!.. Всё, слава богу, хоро шо! Вот рыбки половимся, ушицы покушаем. Тут, брат, у нас би- рючки — ну чисто поросята — страсть! 3. Кольцов ездил с Мишакой, смотрел гурт. Быки ходили, глад кие, и в самом деле, как говорил Пантюшка, — всё было хорошо. К вечеру старик снял с перемё та с полсотни жирных, пятнистых, как форель, донских бирючков, наварил ухи и угостил Кольцова. После ужина Кольцов с Миша кой пошли поить лошадей. Лоша ди забрели по колена в воду и долго пили. Над Доном, из-за каменских садов, поднималась большая крас новатая луна. Откуда-то, с того берега, доносилась протяжная и печальная песня. Кольцов заслу шался. — Хорошо поют!—вздохнул он. — Тут, Лексей Васильич, — сказал Мишака, — каменские ба бёнки мастерицы хороводы водить, ну прямо киятр! — воскликнул он с восхищением. — Айда, съездим! — предло жил Кольцов. — Гуляем! — захохотал Миша ка. — Айда! 4. На зелёном выгоне в Каменке собрались ребята и девушки. Они уселись на брёвнах и пели песни. Вдруг песня оборвалась. Все засмеялись. — Тимоша идёт! Глянь, глянь, Тимоша идёт! — послышались ве селые голоса. Пьяненький мужичок Тимоша, сухонький и маленький, как под росток, с реденькой мочальной бо родкой, в рваном полушубке, по шатываясь и наигрывая на жа лейке, подошёл к брёвнам. — Их, кралюшки! — вскрик нул он и, растопырив руки, ки нулся к девушкам, да споткнул ся и упал. — Чижол, Тимоша, — засмея лись ребята. — Глянь-кось, земля не держит! — Не, — сказал Тимоша, по дымаясь, — иичаво, я лёгкой! А нуте-ка, кралечки, нуте-ка! Тимоша приложил к губам жа_ лейку и только собрался заиг рать, как из-за церковной ограды намётом вылетели Кольцов и Мишака. —■Честной компании, — соско чив с седла, поклонился Коль цов. — Позвольте, господа, погу лять с вами. Парни сняли шапки и поздоро вались. Один из них, в чёрной суконной поддёвке и в сапогах, подвинулся на бревне и сказал: — Садись, господин прасол, гостем будешь. Ребята!—прибавил он, оборотись к товарищам. — Ну-ка, кто там, возьмите лоша дей! 5. Хоровод стал в круг. Девушки и парни взяли друг друга за ру ки. В середину хоровода вошёл тот, в чёрной поддёвке, что при глашал Кольцова. Он снял кар туз и надел венок из вишнёвого цвета. Пьяненький Тимоша заиг рал на жалейке, а парень в вен ке пошёл в круге, подбоченясь и приплясывая. Вот он остановился и запел высоким и чистым тено ром: Ты стой, моя роща, Стой, не расцветай! Стой, мил хороводец, Стой, не расходись! Я в том хороводе, Молодчик, плясал, Плясал я, молодчик. Сронил я веночек. Против батюшки, Против роднова...- Он снял венок и бросил его наземь. Хоровод, до тех пор молчавший, стал ходить, и все за пели: Ой, ты, батюшка, поди, Венок подыми! Батюшка не захотел идти под нимать венок, и парень стал опять ходить в круге, петь и упраши вать поднять венок матушку, однако и матушка не подняла ве нок. Тогда парень в чёрной под дёвке жалобно запел, Ох, горе моё, Гореваньица! Головка моя Победненькая, Сердечко моё занывчатое, Занывчатое, Надрывчатое... В избах услышали хороводные песни, и вскоре вокруг парней и девушек собрался народ. Старики стояли, важно опершись на длин ные палки. Бабы е детьми, усе лись на зелёную чистую мураву, на'которой уже легли длинные лунные тени. Всем было жалко парня в чёрной поддёвке. — Киятр! — восторженно про шептал Мишака. — А? Лексей Васильевич? Ну ты, брат, гляди, что делают! Кольцов тихонько отошёл к из городи, опёрся на слегу и заду мался. На лугах перекликались коро стели, майские жуки гудели в прозрачном воздухе, ребятишки бегали за ними по выгону и сби вали их ветками. Бесшумно, тбч- но привидение, мелькнула летучая мышь, на колокольне жалобно ра за два крикнул сыч. Какая-то сладкая тоска охвати ла Кольцова, сжала сердце и за глушила все шумы. Ему стало не по себе, он вздрогнул. И вдруг медленные, медленные поплыли звуки. «Часы», — подумал он и поглядел на колокольню. Возле неё росли сосны. Их верхушки вырисовывались на лунном кебе, как узорные резные крыши тере мов. С необычайной ясностью в ушах прозвенели строчки стиха, и Кольцов легко вздохнул и улыб нулся. Он вынул из кармана по трёпанную тетрадку и карандаш. От луны было светло и, опер шись на слегу, Кольцов стал пи сать. Хоровод близился к концу. Парень в чёрной поддёвке теперь ходил и жалобно звал девушку поднять венок. — Иди, Любушка-, иди! — под талкивали подруги тоненькую вес- нущатую девушку с большими пе чальными глазами. — Иди, чего уж! Любушка вышла из круга, под няла венок, надела его на голову парню и крепко пбцеловала его в губы. — Эх, Захар, сладко! — закри чали в хороводе. — Ну, сахар, да и на! Ай да Захар! Что за Любушка! —• лас ково смеясь, говорили старики. Тимоша сорвал с плешивой голо вы шапку, хлопнул её оземь и, часто-часто перебирая лаптями, заиграл плясовую. — Их ты! — крикнул парень в городском картузе. — Делай! Делай! Захар увидел, что Кольцов стоит возле изгороди, и пошёл к нему. Продолжение следует. * Путешественники * Мы прошли нелёгкий путь С неразлучным другом И присели отдохнуть За полярным кругом. Мы и к полюсу как раз ---- ■ . = ☆ Двинулись бы смело... Да вернуться через час Мама нам велела. г. волевик. Фотоэтюд В. Пескова. ☆ : == В Ч А С Ы Д О С У Г А П О Д У М А Й Прислал Ю. КИТАЕВ В каком году и месяце родился старик, если он праздновал день своего рождения двадцать четыре раза, и сколько ему сейчас лет? П Р О В Е Р Ь Подумайте, как будет выгля деть поверхность этого круга, ес ли его быстро вращать вокруг центра. Для проверки вырежьте из га зеты этот круг, наклейте на кар тон и, проткнув в центре дыроч ку, вставьте в неё спичку. У вас получится волчок. Проверьте на нём, подтвердилось ли ваше пред положение? ОТВЕТЫ НА «ШЕСТЬ МАЛЕНЬКИХ ЗАДАЧ*, ОПУБЛИКОВАННЫХ В № 23 1. 100—сто. 2. Вода в стакане, охлаждаясь вверху, становится более тяжёлой и опускается на дно. Поэтому у дна вода будет холоднее, чем у поверхности стакана. 3. Свет фонаря преломляется в маленьких капельках воды, кото рая в сырую погоду находится в атмосфере. 4. В числах, написанных под ряд от 1 до 1 000, цифра 3 по вторится 300 раз. 5. Обыкновенно, не подумав, отвечают, что переплёт стоит 50 капеек. Но тогда бы книга стои ла 2 рубля, то-есть была бы до роже переплёта всего лишь на 1 рубль 50' копеек. Правильный ответ такой: цена переплёта 25 копеек; цена книги — 2 рубля 25 копеек. Тогда действительно книга будет дороже переплёта ровно на 2 рубля. 6. Многие думают, что водяной пар белого цвета. Это неверно. Пар совершенно прозрачен, не видим и, следовательно, никакого цвета не имеет; он бесцветен. Тот белый туман, который часто на зывают «паром», представляет со бою не па-р, а воду, распылённую в мелкие капли. Облака тоже состоят не из водяного пара, а из мельчайших водяных капелек. ОТВЕТЫ НА ЗАДАЧИ «ЗИМОЙ», ОПУБЛИКОВАННЫЕ в М 23 1. Вода, образующаяся из сне га, не содержит- многих минераль ных солей. 2. В летние ночи луна появляет ся лишь на короткое время и проходит невысоко над горизон том. Зимой же полная луна опи сывает на небе большую дугу и, проходя высоко над горизонтом, ярко освещает весь ландшафт. Кроме того, снег сильно отражает лучи луны, отчего ночь становит ся ещё светлее. 3. Поверхность снежинки до вольно велика по отношению к её весу, поэтому даже незначи тельные течения воздуха, которые, как известно, всё время происхо дят в атмосфере, изменяют на правление падения снежинки. 4. Дрожь — одна из форм за щиты организма от холода.,. При дрожи происходят мышечные со кращения, вызывающие в орга низме образование тепла. 5. Теплотворность берёзовых дров приблизительно на 1,5 про цента меньше теплотворности сос новых дров. Но берёзовая древе сина плотнее сосновой, и медлен но горящее берёзовое полено при отапливании помещений выгоднее полена сосны, которое сгорает го раздо быстрее. Редактор Б. И. СТУКАЛИН. ПРОДОЛЖЯЕТСЯ п о д п и с к я НА ГАЗЕТУ итиар ОРГАН ВОРОНЕЖСКОГО ОБКОМА И ГОРКОМА ВЛКСМ У С Л О В И Я П О Д П И С К И : на 12 мес. — 31 руб. 20 коп., на б мес. — 15 руб. 60 коп., на 3 мес. — 7 руб. 80 коп., на, 1 мес. •— 2 руб. 60 коп. Подписка принимается в городских и районных отделениях «Союз печати», в конторах, отделениях и агентствах связи, почтальонами и общественными уполномоченными на предприятиях, в учреждениях учебных заведениях, колхозах, совхозах, МТС. «СОЮЗПЕЧАТЬ». Газета выходит по СРЕДАМ, ПЯТНИЦАМ и ВОСКРЕСЕНЬЯМ. АДРЕС РЕДАКЦИИ: г. Воронеж, проспект Революции, 22. ТЕЛЕФОНЫ: редактора - 44-97; зам. редактора и отв. секретаря — 42-87} ОТДЕЛОВ: пропаганды, литературы и искусства, физкультуры и спорта — 43-85; комсомольской жизни, рабочей молодёжи 58-87; учащейся молодёжи, сельской молодёжи, писем, бухгалтерии и объявлений — 48-52; ночной редакции — 32-33, 28-45.__________________________________________ . ЛЕ0П54. Типография изд-ва «Коммуна», г. Воронеж. Заакз № 1650. Тираж 35 Э00 акт.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTMyMDAz