Ленинец. 1981 г. (г. Липецк)

- 1 4 э Т ОРОПИЛИСЬ куда-то .прохо­ жие. В соседнем дворе маль­ чишки гоняли мяч. Из’дома на­ против неслась музыка. Она, каза­ лось, была совсем рядом и во вре­ мя перерыва в суде несколько от­ влекала от судебного дела. Там, в за- ле суда, была как будто другая В одной жизни — две жизни... «Около десяти часов вечера я вы­ шел на остановку «Завод пусковых двигателей», сел на скамейку рядом е другими ребятами. К нам внезапно подошел Блудов Сергей. Сказал: «Всем встать!» Все быстро встали. Я продолжал сидеть. Тогда он ударил меня ножом». {Из показаний на суде потерпевшего Игоря Чеснокова{. Мать Игоря, сидящая 'рядом с ,ни/л, и Е который раз уже слышавшая' о том, как все это было в тот злосчаст­ ный вечер, то теребила руками сум­ ку, то вытаскивала из нее ■ ' платок, подносила к глазам. Плакала. Потом она несколько раз повторит: «Куртка у него была на ватине. Иначе бы Игорь сам хорошо понимал это. На суде он скорее не говорил, выдавли­ вал из себя правду. Глаза опущен­ ные, руки не находили себе места. Во время следствия показания Игоря были неоднозначны. В протоколах су­ дебного дела есть, и такое: <ст. к. -не хотел, .чтобы привлекли' Блудова к ответственности, заявления я «е пи­ сал и прошу вас не возбуждать уго- ^"Глвного дела. Я не хочу сажать -его по^д^й статье». Пр какой статье : У«е ^нал. На вопрос судьи: «Кого допросить В первую очередь?» Игорь тихо ртве- тип; «Как он хочет». Он — это Блу­ дов, подсудимый. — За что он вас ударил? За то, что вы не встали?— вопрос судьи. Ответ Потерпевшего: «Кто его зна- С овеем другим выглядел на фоне потерпевшего подсудимый: «Прошу дало рассматривать без участия вы­ деленного мне ПО требованию суда адвоката. Защищаться буду сам», — заявление это было написано Блудо- вы.м до суда. Конечно же, адвокат на суде был. Но Блудов пытался защи­ щаться сам. И защищался. Внешне — спокойно, уверенно. На лице по­ драгивали мускулы," глаза отрешенно смотрели в одну сторону, когда он, чувствуя себя в роли адвоката, зада­ вал потерпевшему вопросы: — Скажите, Чесноков, оказывали ли давление на вас я и мои друзья? Не-г? Тогда другой вопрос. Другой вопрос судья отверг. Он.^лудов, трижды судимый и ^ у ж е знавший уголовный ко­ декс,-- 1 -.^ашив{ви у потерпевшего ни­ как не тоном подсудимого: «На остановке среДи нас были м другие ребята. Почему после больницы вы не встретили их и не захотели.' по­ мочь следствию?» Да, вопрос правомерный. На Оста- цюЕке были другие. ГТо всей верояг- н’Зсти, те, кто видел в Блудове лиде­ ра, вожака, кто при первом же его повелении сразу подчинился дикому, жестокому приказанию: «Всем встать!» Блудов привык, что ему все дозволено, ему непривычно было ви­ деть неподчиниЕшегося, он не хотел, не мог выйти побежденным^ И тогда верх взяла жестокость. Надо было по;сазать им всем, на что он спосо­ бен, чтоб все боялись, чтоб все при­ знали в нем «короля». Чесноков не хотел унижения. Но вот мужества Игорю все-таки до кон­ ца не хватило. Струсил. Испугался мести. Не хотел писать заязлення, давал ложные показания. К слову сказать, суд начался позже назначен­ ного времени, на суд Игорь «е ..явился. Работникам милиции при­ шлось ехать за ним в деревню. Стру­ сил. Побоялся мести теперь уже со стороны друзей Блудова. К ТО ЖЕ ОНИ, эти друзья? В на­ значенное время они пришли к зданию суда. Пришли выра­ зить свою солидарность, продемонсг- рировагь чувство дружбы. Стояли кучкой — то на улице, то в коридо­ ре. Но никто, из них .не вошел в зал суда. Вероятнее всего, боялись ока­ заться . в чем-то замешанными. — Сергей справедлив,. — твердили они в один голос в коридоре.— Без причины не ударит. Говорили о спра­ ведливости. И никто не вспомнил, не подумал о том, что разве унижение человека — это справедливости? Унижение, связанное с жестокостью — не преступление? Говорили о справедливости. И это все были пус- стые слова. Они могли бы сказать эти слова и в зале суда. Однако... Вряд, ли объяснили бы причину дан­ ной «справедливости». Истинные друзья идут в огонь и воду. Состоя­ ние же друзей Блудова в тот момент иначе не назовешь, как взгляд со стороны. Его судили. Они в коридоре громко смеялись,' бросали друг дру­ гу шутки. Они не переживали за дру­ га. Этого не чувствовалось. Наблюда­ ла за ними, ■ каждый из них на глазах- у других старался пооригинальнее выразиться, показать себя. Да, , не­ сомненно, вместе — это сила. Они пытались показать себя храбрецами, а выглядели до смешного трусами. Ни у одного из них все же не наш­ лось смелости прийти в суд и дока­ зать, что Блудов — справедлив. По­ тому что где-то там, в глубине души, кодаевны Чесноковой спросили, как она оценивает поведение своего сы­ на, она призналась: ..«Поведение нормальное. Только вот вып'иветь стал». И это была материнская испо­ ведь. Не скрь 1 ла, не стала выгора­ живать сына. Она потом скажет, чш действительно они боялись мести' Блудова, его друзей. И можно, наверное, понять Зинаи­ ду Николаевну, ведь у Блудова за душой не было ничего, кроме трех .судимостей. Может, и не случайно Чесноковы боялись Блудова. Воспитанием Сергея заниматься было некому. «Отца не помнит. В возрасте десяти лет убегал из дома, уезжал в разные города; спал в под­ валах, воровал продукты. В связи с плохим поведением испытуемый был направлен в детскую колонию... В 1976 году за хулиганство осужден на один год шесть месяцев. В день освобождения учинил драку в коло­ нии, где жестоко избил осужденного и нанес ему удар кулаком в ниж­ нюю челюсть, причинив ему при этом перелом». Сухие,- официальные слова из акта судебно-психиатрической экг- пертизьг на Блудова С. А. В е с ы Ф ем « д ы С Т Р А Х затаилось другое. Знали, что это бы­ ла неправда. И никто из йих не нез- вал себя по имени. Никто не остал­ ся наедине с корреспондентом. Это была компания из тех, которые лежа­ чего бьют, каждый из которых корчит из себя смельчака в окружении себе подобных. Только был ли из них кто честным наедине с собой, со своей совестью — один на один? Лишь когда их несколько, и когда они все идут на одного, в каждом из них пробуждается тень собственной силы. Настоящей же силы в них нет. Сильный и смелый, как честный. Честный не ворует не потому, что бездействует стража, а потому, что совесть для него — тысячи свидете­ лей. Смелый, мужественный встает на защиту справедливости, потому что иначе поступить не может. Сме­ лый, наконец, не будет под каблуком другого. Они все — •потерпевший, эта компания, были в кулаке у Шлудова. Только еще не осознавали, что кула­ ка этого уже нет — его разжали — жестокий кулак Блудова. Д ВА , понятия— жестокость и лю­ бовь — два полюса. Были на суде матери. Две матери, не скрывавшие своей любви к сыновь­ ям, любящие их по-своему. Разная» она. Эта любовь. Мать Сергея Блудо­ ва искренне волновалась, когда гово­ рила; — Судили его три раза, но ни­ чего плохого за ним не замечала. А судили за что? Фонариком кого-то ударил. Это баловство. Фонариком кого-то ударил... В за­ писной книжке уже было выписано; «25 сентября 1976 года подсудимый, будучи в нетрезвом состоянии, на улице 2-я Липовская беспричинно избил братьев Басовых. Удары нано­ сил кулаками по спине, лицу. Басо­ вы убежали от подсудимого, однако он на велосипеде догнал потерлев- ших, ударил Басова Николая по спи­ не фонариком». — Куртку с кого-то снял, — гово­ рила на суде мать Блудова. — Это баловство. — А с него куртку не снимали? — спросил судья. — Да он сам отдаст свою куртку.^ И как-то даже недоуменно Мария Митрофановна произнесла: — Если 6 он миллионы стащил или человека убил... Слепая -материнская любовь .. _Ведь он мог убить. Это понимала другая мать — мать Игоря. И вот что удивительно. Когда у -Зинаиды Ни- За этими словами — жестокость, истоки которой надо было пресе-^ кать «щ е л раннем возрасте. И ника­ кая родительская любовь не может оправдать теперь преступление. А ВОТ еще одна любовь. Вернее, те отношения, которые люди пытались включить в Это поня­ тие. Человека любят не за что-то. Его принимают таким, какой он есть! Но любовь возвышает, делает чище. Прописные истины. И можно при­ вести сколько угодно примеров, ког­ да по нескольку раз судимые поры­ вали с прошлым, становились на правильный путь. И солистами в этом были оба: он и она. Чаще всего она, та, кото­ рая воспитывала, вытаскивала из прошлого мира. И ему уже дико бы­ ло поднимать на кого-то руку. Бот и здесь тоже была она. Лишь потом, когда суд вынес приговор, она ти­ хо признается: «Если б я знала, чем все это кончится». Тогда зачем при­ ходила на суд? Как будто по наивнос­ ти не знала, что совершивший пре­ ступление, желает он этого или не желает, обязан понести наказание. Зачем-то вспомнила тот вечер точ­ но так же, как рассказывал об этом о». Только два одинаковых показа­ ния звучали на суде — его и ее. «В тот вечер мы гуляли, собирались ид­ ти в кино». Открыто сказала всем, что любит. Трудно, очень трудно опровергать эту любовь. Только была ли она, лю­ бовь? Опять возвращаешься к той же цепочке, к тому же замкнутому кру­ гу: он и компания, он и она. Как там, так и здесь — поклонение силе. Все той же силе. Он был лидером, ему подчинялись все. И это ей льстило. Всего лишь. А он? Смог ли поднят-ь- ся над-этим чувством и рядом с нею стать хоть немного человечнее? Не стал. Жестокость оказалась сильнее. «Если б я знала, нем все это кон­ чится». Тогда не любила бы? Вот и круг этот разомкнулся. Понятие истинного чувства любви у нее оказа­ лось таким же «скаженным, как и по­ нятие справедливости у подростков. С ЕРГЕЙ Блудов сам воспитывал себя. И сам себе уготовил еще одну судимость. Сам опреде­ лил свою судьбу. Суд вынес спра­ ведливое наказание — лишение сво­ боды на 8 пет в колонии строгого режима. Стоит ли напоминать о том, что годы эти можно было -бы прожии, достойно и потратить их на что-го хорошее. Он так и не признался, что совер­ шил преступление. И опять^ возвра­ щаюсь к тому состоянию человека, когда в душе его — страх. У всех этих людей, находящихся а окруже­ нии Блудова, было' это состояние. Страх от возможной мести у потер­ певшего, страх в душах подростков, у матери — страх за ребенка. Только подсудимый старался держать себя независимо, героем. Но достойно понести наказание он не смог. Зная о том, что совершил преступление, трусливо доказывал обратное. И это был асе тот же страх. Перед наказа- ние.м. СТРАХ. Он гордо вышел из зала суда. К нему тут же бросились «друзья». В один голос-один вопрос: — Сколь- .Гордый, независимый ответ; _ Во- Ем,у важно было держаться перед ними героем. Внешне — получилось. Но он-то знал, понимал, что наказан справедливо. Но вот что волнует. За короткое время Блудов преподал множество «уроков справедливости» этим под­ росткам. Вчера он преподносил им эти уроки, и не стали ли подростки теми «хорошими учениками», го­ товыми претворить их е жизнь? И все-таки хочется верить, что урок истинной справедливости .ока­ зался дильнее. И эта справедливость решение суда. Сильнее не .-только потому, что неотвратимо справедли­ вое возмездие. А а том, что челове­ ческое в человеке сохраняет; подчи­ нение не уголовному кодексу, а то­ му нравственному кодексу, заложен­ ному в самом себе, который не поз­ воляет сильному ударить слабого, одному унизить достоинство -другого. Вот что важно. И ВОТ еще о чем важно сказаг». Может быть, для этих самых подростков это покажется и парадоксальным. Но искренне за судьбу Блудова волновались не они, а работники' милиции. Замести­ теля начальника Центрального отде­ ления милиции И. И. Горяйнова и ’ следователя В. В. Гулевского очень беспокоило то, что .Блудо? группир-э- вал вокруг себя подростков. Инспек­ тор профилактики А. Е. Калабухов трудоустраивал Блудова после ,за­ ключения, проводил с ним профилак­ тические беседы. И понятны были на суде его слова; — Мне неприятно видеть его вновь на скамье подсуди­ мых. Стоит заметить, что основную часть свидетелей на суде представ­ ляли работники милиции, и не просто как заинтересованные люди. Они по- настоящему переживали случившее­ ся, переживали за человека, и, кста­ ти, за этих подростков. И еще был один человек — судья. П ОСЛЕ суда мы сидели а кабинете Александра Федоро­ вича Сапронова. Один за дру­ гим входили сослуживцы,' поздравля­ ли с предстоящим праздником Побе­ ды. Он старался с улыбкой принимать поздравления, шутил. Заботливо ста­ вил в вазу цветы. На мгновение за­ думывался. Трудный был день. Но это была работа'. Рабочий день про­ должался. Я знала, что Александру Федоровичу предстояло слушать еще одно дело. Он готовился к этому. Был предпраздничный майский день. Нет, в одной жизни не две — сотни, тысячи жизней, разных жиз­ ней, разных судеб. Их много прошло перед глазами фронтовика, судьи Сапронова. Ему, как стражу закон­ ности, как никому, надо быть 'спра­ ведливым. И он справедлив. Но много пет назад, в войну, он отстоял, защитил самую главную Справедливость. .Он отстаивал ее, когда был на-много младше Блудова. Над этим стоит задуматься. О . ТБППОВА, наш корр. НА МАРШЕ — ТРЕТИЙ ТРУДОВОЙ в разгаре третий, трудовой семестр. О деятельности сту­ денческих отр I ов рассказы­ вают корреспонденты ТАСС . ХА Б А РО ВС К . Двадцалъ миллионов рублей капитало­ вложений — годовую програм­ му крупного строительного тре- ' ста — освоят за трудовой се­ местр студенты в Ха-баровско.м — Сорок отрядов из разных республик. страны работают сейчас па БАМе,' Супкайском лесопро.мышлепном ком плс-ксе, сельскохозяйстврипы.х ново­ стройках, — гонорнт Ш!Ча.,тьннк краевого штаба сту.{гепческпх строшельпых отрядов В . Бойко. — Отряды В.ЗЯЛИ на веор.уже- нне бригадный подряд, откры­ ли лицевые счета .экономии. Строительные оргаиизаиии предоставили студентам широ- кш"| фронт работ, магериалы, мехаии.змы, создали хорошие жплишпо-бытовые условия. ЮРМАЛА (Латвийская СС Р ) . Студентка Свердловского инсти­ тута народного .хо.зяйствя Еле­ на .Коповаловм и не подозре­ вала, что во время трЛьего трудового се.местра ей придется выступить, нс только в роли искуспогб кулинара, но и ска- .зочного персонажа. Елена вместе с подругамп ■вошли в штат са.мого известно­ го в Юрмале кафе «Ку-ка-ре- ку». Его главная особенность -в том, что оно детское. Ко мноцому обязывает и наряд Красной Шапочки, который но- , сит .здесь обслуживающий пер­ сонал. По если в корзинке ге­ роини детской сказки были лишь пирожки, то студентам ежедневно приходится готовить десятки видов лакомств.