Ленинец. 1981 г. (г. Липецк)

ЛРНИНЕЦ • 21 С. Мекшен ПУШКИНСКИЙ ПРАЗДНИК в какой еще из поднебесных встреч ' возможно разглядеть лицо друг друга и донести, не расплескав, до слуха живительную пушкинскую речь... Дубравы снова сбросят тяжесть с плеч, дыхание замедлят ветры странствий когда над всем земным пространством взойдет — как солнце пушкинская речь: значением все сущее облечь, возвышенным страстям служить без срока, прозрением мятежного пророка к свободе звать, . I сердца глаголом жечь. ...Но чтоб не осквернил позора меч разноплеменную святыню братства защитой вековой от святотатства взойдет над миром пушкинская речь. Остановите гитары бряцанье. Переживите минуту свиданья г с вечным покоем... Покуда заря старою нянькой к подножью склонится — здесь не нарушит и певчая птица звон Святогорского Монастыря. Звон колокольный, сей миг осиявший, . Переосмыслит достоинства наши, где мы то смяты, то вознесены... Но над страданьем души уязвленной чей-то ребенок вздохнет удивленный, . . усугубляя сознанье вины. Все мы пред вечностью — дети, не более. И всепрощающий звон колокольный своды столетий раздвинет сейчас, чтоб нам почувствовать сердцем и кожей: ОН в этом празднике жизни все тот же Пушкин — узнавший, услышавший нас. > — От дуги не отличила хомута. •— Не тебе чета, она у нас ученая... ...Веселятся то ль со злости, то ль спроста, чуть не треск идет от хохота никчемного. Молодцы, ребята: так ее и так, чтобы знала — тут к народу не примажется. Им, таким-то, светлый день — вперекосяк и родимый чернозем все грязью кажется, ...Разгорается, дымится костерок ■— то еоринка, то травинка пляшет в пламени. Говорливый самый чуточку примолк, поразмякнув на бесхитростном внимании. На осеянной, неприбранной земле, где, как водится, полно народу съезжего, говорун тот, первый парень на селе, утверждался в роли правдолюбца здешнего. Проявляя к трудной жизни интерес, назначенья в этой жизни неизвестного, он любил порой поигрывать в ликбез, оживив струну патриотизма местного. Там возник, й тут явился между дел. Лыко, в строку гнул, и.хохмочкой размачивал... Хоть особо не пылился, не потел — но для виду и баклуш не околачивал. И теперь, пока тянулся перекур, он доказывал, ища примеры сходные, , что, мол, надо бы таких ученых дур в землю — носом, чтобы стали к жизни годные. Мужички молчали — думали; шутил... Повернули тему на дела семейные. И никто девчонку ту не защитил, позабыли вовсе, где она, осмеянная. А девчонка-то, сама забыв тот смех, вдруг, как рыбка, из-за спин.нежданно выплыла, и сказала: «Вот вам... Хватит тут на всех...» — и в нутро костра картофелины высылала. Мужики глазами только — хлоп, да хлоп. А она: «И хлеб, и соль добуду тоже вам». ...Сдвинув фирменную кепочку на лоб, зашагала, руки — в брюки, как положено. А. .Фисеико С К А З К А Печально и гулко звучащий, Б предутреннем сумраке Ры,цает в‘ березовой чаще. На пне приютясь, лесовик. А в небе, пронзительно тонок. Звенит стрекозой самолет — Срежений-'раэЕеяЙся'' ды.м. Но вновь сиротеют награды— К товарищем вечно живым, У ^ |^ г живые солдатьн^^ В безмолвных атаках сейчас Они выбывают из списков — Священным созвездье.м для нас Встают над'страной обелиски. ПАМЯТЬ Зовут отзвучавшие горны В последний решительный бой, И дым, по-военному черный. Клубится над мирной , ' ■ землей. А мы в суете, за делами, Порою врастая в уют, Не слышим, что где-то над нами Походные трубы поют. Фото г. Костыпева. О Н ПРИЕЗЖАЕТ в де­ ревню в дни, когда го­ лубеет цикорий. Бывают благоприятные для цветка годы, и он цветет чуть ли не с мая по октябрь.' Если весны холод­ ные, дождливые, цикорий за­ цветает поздно, в начале июля: все в деревне тогда покрыва­ ется небесной голубизной. Ежегодно, БОТ уже несколь­ ко лет подряд он с нетерпени­ ем ждет летом телеграмму из деревни от старушки-матери, каждый раз одного содержа­ ния; «Леша, приезжай». Это значит— зацвел цикорий." И вот позади и тесный плац­ картный вагон. Жаркий и много-^ голосый, и' автобус, и нагретая, пыльно-белая площадь район­ ного центра, и вся так утом­ ляющая суета. Перед ним уз­ кая, серая аллейка меж высо­ ких хлебов, уже начинающих желтеть — полевая дорога, не­ тронутая еще колесами. На' обочине узкой полоской стоит осот, яркий своей зеленью и густотой, средь него — белые, ромашки, да голубые васильки. Идти легко и необычно-радост­ но от удивительного простора и ощущения свободы: нет го­ родской, давящей тяжести ка­ менных зданий, ущелий улиц, шума и мелькания машин, гама и бесконечного движения люд­ ской, нескончаемой толпы. Легкий ветерок мягко и ласко­ во навевает теплые ароматы. По небу плывут белые, чисто­ радостные облака; вот облач­ ная тень набежит на дорогу и, медленно уползая, обгонит. Показалась настойчиво шу­ мящая бело-зеленая березовая рош.а: значит, близко деревня. Роща старая. Могучие, высокие стволы берез теряются высоко в небе. Тв.м, наверху, ветер сильней — мечутся и взлетают гибкие ветки в порывах его. А внизу, в густой зеленой траве, знойно-душно, ароматно от земляники, алые капли которой разбросаны по зелени. Из ча­ щи, из густого подлеска л\оло- деиьких березок и осин тянет прохладой и грибным запахом, смешенным с прелью прошло­ годней листвы. Сняв рюкзак и вытерев ла­ донью потный лоб, он шумно и озорно падает в траву и, раскинув руки, блажеТч'нб рас­ тягивается не д е и с то м ковре. Да, реди этих минут стоит жить. Нет мыслей ни о чем, нет прошлого, нет будущего, есть только вот эта действитель­ ность, прохладная снизу трава, могучий с потрескавшейся у земли невероятно толстой ко­ рой ствол бе,оезы, высоко-вь;- соко раскачиваются зеленые пряди, да плывут и плывут медленно и величаво белые облака на бездонном, огром­ ном и вечном кебе. ны, коробки и узлы, громко и властно девал приказы матери и жене. С мужикалли держал себя не просто, а с чувством собственной значимости, вели­ чины. В разговорах предпочи­ тал недомолвки, умолчания; не все, мол, вам, деревенщине, знать полагается, что столичные знают. За это его уважали, ве­ личали Але;ссеем Фролычем, монте? Разве не мог он в один из приездов навести блеск в комнатах, перебрать полы, пе­ рекрыть крышу,_до сих пор по­ крытую соломой, твердую, сле­ жавшуюся, позеленевшую и превратившуюся в один спитой пласт навоза? Часто, бросив" на землю фуфайку, он подолгу лежал во дворе у межи, в за­ рослях цикория и любовался Деревенская улица издавна звалась Монастыркой и лежа­ ла у подошвы пологого холма, В самом конце ее — полураз­ рушенная церковь с остатками кирпичной ограды. Монастырка из года в год уменьшалась: ре­ дел строй домов, старики уми­ рали, молодые на окраинной улица не селились. Б этот при­ езд болью отозвалось в нем неумолимое исчезновение Мо- нвстьррки; два соседских дома, еще жилые прошлым летом, теперь пустовали. Пройдет год- другой, гулко упадет труба с крыши, рухнет потолок, и дом, забытый и ненужный, пре­ вратится в груду развалин. И буйно на развалинах возьмут гнать все выше и выше крапи­ ва, лебеда и лопухи — трава забвенья. «Но что же я? Как жил я?» — задавал он вопрос себе, пола­ гая, что жизнь его, настоящая, полнокровная, ушла и уходит. И ему вспомнились давние его приезды сюда,, в деревню, ког­ да он был молод, полон сил, гордости и любования самим собой. Столичный житель, кое- что повидавший.на белом све­ те, знающий цену себе, он всегда при приезде был мелко тщеславен, желая поразить, во­ ображение земляков: 'подкаты­ вал из города на такси, проез­ жал по деревенской улице, . не глядя по сторонам, долго вы­ нимал и вносил в дом чемода- ко без надобности к общению с ним не стремились. Теперь он с содроганием вспоминал свои нелепые приезды в деревню: стыдно и больно. Почти нико­ го не осталось из старых му-, жиков, с кем мог бы по-чело­ вечески поговорить, пообщать­ ся, помочь чем-то. А разве так трудно 6ь!ло однажды пригла­ сить соседей в дом, устроить угощение и поднести во время дружеской беседы рюмку- другую? Нет, был здоров, пил один. Иногда пил целыми дня­ ми, не вылезая из избы, лежа на широкой деревянной крова­ ти, читая, давя мух и до одури отсыпаясь. Да как назвать все Последние пять лет он при­ езжает Б деревню один. Что-то надломилось у него с бо­ лезнью. По иному он взглянул и на жизнь. Его удивило вна­ чале, а потом ужаснуло — как живет его мать,'восьмидесяти- летняя женщина. Он содрогнул­ ся, когда представил, как она коротает эти бесконечные осенние ночи, одна в пустом и мрачно-холодном доме, когда за окном беснуется непогода, бросает В 1 окна потоки воды и мрачно и страшно эавьюгет ве­ тер в трубе. В деревне иногда отключалось электричество, и тогда дома освещались тусклы- м’й, нёпривь 1 чнымй керссино- выАли лампами. И еще тоскли­ вей становилось на душе; Как же он раньше не замечал это­ го одиночества, этого дряхлого доме;- давно требовавшого ре- им. Удивительный цветок! Жи­ листые, прочные трубчатые стебли, все покрытые коричне­ ватыми узелками нераспустив- шихся цветков: будто насеко­ мые облепили стебель. А семи цветки нежно-сине-фиолетово- го цвета, чуть темнее с краев и бледнее в центре, где цвет напоминает слабо подсиненное белье. Пять острых зубчиков на лепестке, покрытом бороздка­ ми, будто их какой-то зверек пробороздил лапками. А в центре цветка — целый куст парных крючочков — тычинок в серебристой пыльце. Сколько еще ему придется глядеть на эту синеву? — часто спрашивал он себя. Его инте­ ресовал не сам вопрос, но не­ избежная, внезапная разреши­ мость его. Когда это произой­ дет? И что станет потом? Не­ ужели вот так же буйно и неж­ но будет голубеть цикорий, гу­ деть среди цветков пчелы, све­ тить солнце и в знойной тиши­ не кудахтать курица? Да, на­ верное, так! Только не станет ни этого дома, ни матери, ни Монастырки — все дл.я него остановит:^'на земле;* Лишь все также радостно-удивленно будут струиться голубые глаза цикория навстречу солнцу, си­ нему небу, теплу, С утра на улицу опускался неподвижный, прозрачный зной. Лишь на горизонте, в дрожащем мареве перелива­ лась серебрйстая река. Сонные, вялые куры прятались в тени. Деревй:я,не шелохнутся, не дрогнет ни один -листок. Томи­ тельно и тяжко в груди. Ке хва­ тает воздуха. Но где-то после полудня чувствуется легкое движение ветерка. Порывы уси­ ливаются, и вот уже пыль 'з а - , -аихряется, подымается над до­ рогой, столб ее бежит, кружась все быстрее, треплет он Душ-. ную поникшукз от зноя траву, и 'там затихает. А над полем, во все небо встает черная, иссине- пепельная по краьм гуча. Туча растет и растет, и будто огром­ ный занавес, тяжелый и мрач- иь 1 Й, вздымается над зе/ллей. Там, за ним, идет уже гигант - скал мистерия, великое сраже- ние. Слышны отдаленные, гроз­ ные раскаты, занавес окраши­ вается яркими красными спо- ’ ло.хами. Сполохи крепнут, рас - тут, ШИРЯТСЯ, словно кто-то не­ видимый, огромный, взмахива­ ет че,о,но-угольным плащом с кровавой _подкладкой, то: запа^ хивая, то'распахивая его. На улице мертвая тишина, ни живой души. Но вот занавес нео.чсиданно и злобно рвется, резко очерчена изломанная, слепящая линия, и через секун­ ду все содрогается от страш­ ного удара. Это —- начало. У^чары идут один за другим, и все ослепляется непрерывными всплесками молний. Глухо бьет о дорогу первая капля дождя, а эа..ыей другая. С холма слышен мощный, не- ' терпеливо приближающийся шум — идет белая, живая сте- "Ночью, когда туча свалила в сторону, он выходит во двор. На чистом звездном небе краснеет влажная, огромная луна, освещая сырую, умытую землю. Испарения подымаются вверх, тускло поблескивают лу- --ЖИ, роняют капли освеженные деревья. Заводят вначале не­ смело свои хоры лягушки в не­ дальнем болоте, поют и ногат заунывно и скорбно тритоны. И, прислушиваясь к этим сто­ нам, он грустно вздохнул. «Вот так и жизнь, — думает он, .— как этот ливень. Пройдет, про­ пьет, освежит и обновит зем­ лю». Грустно вздохну,п: не слишком ли поздно понял он эту истину? Долго, мучительно кашляет. Успокаивается и идет в дом спать. Не спится... А. Климов Ийптинш Какие странные существа эти .чюди! Ну, дурак я, дурак. Раз­ ве я это отрицаю? Нет, напро­ тив. Мне говорят: «Попка, дурак!» И. _я охотно ; 'сотда- шаюсь^Потому""что я—неразум­ ное животное,, я же не сообра­ жаю, что говорю. У меня ни одной .извилины,, только, перья., Я могу,, повторить что угодно, ' потому что.. Я--дурак. Ду-ргр- рак! А вы? Да, да, не удивляй­ тесь, это я уже от себя. Вы всегда говорите то, что дуиае- ■ге? Вы не повторяете глупостей, •сказанных другими? Вам ' ка- жетс^.если я мо.тчу с закрыты­ ми глазами на своей -жердочке, значит меня кет? А я никуда- не девался, в все запоминаю, Я могу слетать К вашему .шефу н сказать, что. вы о нем дунаёте 8 домашней обстановке,. Гром­ ко. С выражением и интонаци-, ями. Вашим гнуеаЬыи голосом. Он сразу узнает. Я это ' могу. Потому что дурак: А .вы? Что вы вчера рассказывали, о еврих сослуживцах-по телефону? От­ куда вы это взяли? Откуда эти. подробности? А еще .интелли­ гентный человек. С шиньоном!: Уши вянут,- Но я сл'ушая'вме- сте с той, что на другом конце провойа. И-'зат 1 омина.т. Потому- что у, меня такая особенность - я дурак. Я могу повторить ' что угодно - - с дурака спрос ма.яеиькпй. Но я у вас на пти- чьи.д правах, чуть' что-тИ. в суп. гПоэтому, скогшЕо вы меня ни др'ессируйте, •я буду „ молчать,- чтобы ..не оказаться совсем в д>'рацком подажешш, | Фото г. Косты.чева. ^Щ З • ЛЕНИНЕЦ И. Безбородов В ПОСЛЕДНЕЕ время ста-, рик почти не спит. На- ■йя'эчивь№ сны в -голову лезут:, то первый, с треском Провалнз_Щ 1 Й 01 коштерт, то взорванный, грузбшш,. на кото­ ром уезжали в тыл. жена и Когда он начинает- ходить,- комната стаповится похожей иа большую музыкальную шка- ту.'шу. Вес в ней потихоньку звучит .н дает. Половицы бес­ покойно по-олсрипывают под но­ гами, В оконных рамах вэдра-- гивают -стекла. И вйолоячель нремсн Аматп напо.ляяется не­ довольным :тудом, 'словно ста­ рается-уложить в вое-тель :сво- его хозяина. Утром он неизменно выходит в сад, устраивается на скамееч­ ку под морщинистым стволом груши. .Веспа вес:&яо . щебечет, журчит, шелестит,, наполняя мир- ароматом просыпающейся • после зиипей спячки жизни., Иногда старик смотрит сквозь .пышные кусты смородины в сто­ рону городя— туда, ГД® кол­ готятся машины. . На окраину доносятся только их легкий- гул, сливающийся: с шелестом .мстьев н с криками В.ЗТ.ЧП 1 мальчишек. Они весело шлепают по лу­ жам, непременно при этом: стараясь попасть в самые гяу-. бокпе места. Счастливец, оты­ скавший яму, вопит во всю глотку, созывая остальных. По очереди они залазят в рытвину с водой, скептически оценивая все ее достоинства, и, потоптав­ шись не.мпого,- выбираются иа «Ишь ты, прыткий какой», — глядя за ограду, иногда бормо-. чет старик. Или: «Куда ж ты лезешь, влетит ведь от матери, чертенок». К полудню, когда он устало облокотился па ствол груши, подложив под голову пиджак, калитка тихонько отворилась и в проем протиснулся Витька — соседский пацап. Ои огляде.чсп по сторонам и бочком пододви­ нулся к скамейке. — Дедушка, дай коробку от спичек, — без всякого вступле- 1 ШЗ спросил он. — Очень нуж­ на. Лицо его перекосилось, изо­ бражая страшные страдания, будто коробок этот мог убе­ речь его от всех напастей -- даже, ох порки за перемазан­ ные штаны. — Зачем тебе? Поджигать, что ль кого собрался? — Не-е,— мгновенно ожи­ вился тот. —-Колька майского жука стряс. Чуть сам с дерева не шлепнулся, Я У него и вы- мепя.ч жука за подшишшк н ре.зиику авиационную. Ои прижал сжатую ладонь к щурился, хмыкнул и протянул: ^— Да он всего месяц' и''.гшта- ет. Был и нету. ,А у Сер.ежки . со,даати.ки.к Сменяю, — И по- с.мотреа. ‘ 'н г еёрьеэню елида старика,, виновато добавил: . Я-то лет сто жить буду. ■Задумался: — Может, больше;. . — Один месяц, — Старше усмехнулся и поглядел за ок- во. — Должно быть, это мно- : А. Мязин Майский жук у-ху, прислушался и одобри­ тельно протянул. — Шеие-елнтся. Неловко, ие- — Так дома у тебя что, ко­ робки н ет?— все допытывался старик. — Или как? — Дома-то?—Витька оцени­ вающе глянул на пего и на миг задумался, соврать или ''сказать правду. — Есть, — немного по­ медлив, буркнул ои. — Я в нес кого-нибудь еще посажу... нлн обменяю. ' — Ох, и жук ты! — пе сдер­ жавшись, улыбнулся старик. — Соображаешь. Только знаешь что, у меня все коробки со спичками, — уже шагая по тропинке, добавил, он — Пу­ стые я выкидываю. — Можно высыпать,—семеня за ним, тут же отозвался Витька, хорошо понимая, что коробок, считай, у пего в кар­ мане. — Вас-то, небось, мамка не заругает. В доме тихо. Чтобы в пол­ ной мере почувствовать тишк- ну, пе хватает только жуаежа- щей мухи и протекающего крапа па кухне. Вслед за хозяином Витька прошел в кабИ 1 пет и по-прос- ■ тецкп, с ногами, залез на большой выцветший диван. — Чего ж ты с ним делать бу.тешь? — опускаясь а крес­ ло, спросил старик. — Пусть летал бы себе. — Жук-то? — В'итька вра­ ге. И ' вршялся ворошить на- столе.хучу.бумаг, папок и книг. Отыскав ко|робок, ак­ куратно высыпал евдави. па исписанный нотный листок. .— Дедушка,- а 'как на такой скрншее играть? —■долго рас- сматрив,ая инструмент, ' спро- .сил Витька.,,— Здоро-эепная. Старик отложил коробку в сторону, улыбнулея: Это виолончель. — и неожнаашю предложил, — .Хочешь сыгра'ю? — Не дои;и- дая ответа, .взял имструмент, снял с. колка емччок: присел на краешек стула. — Это' ста­ рый йнструмент, Очень ста,- рый... старее, чем я. Он заиграл. Непонятный и в то же. вре­ мя отчетливо близкий • голос вдруг проецулся в глубинвгии-; .струмента; зя-йеталсЯ в пустом доме, стараясь вырваться-* па, его пределы — в огро.мный весенний мир. Облетев'к-омпа^' ты,- эвуки эхом возврзшалгсь назад и битком набивались в небольшое цр.остраиство, каби­ нета, так что нельзя было те­ перь ви пошевелиться, .«и вздохнуть. Казалось, призрач- иьнй оркестр подыгрывает едвмствешяому „солисту. : ' Давно дом не слышал та, ко.й музыки. Даже воттскяеэ- шне от аремеш е-еребрявые подсЕечникн тихонько загуде- лч, теряясь в иагроможденчн звуков. ночной ЗАБЕГ Я сплю, кзн в детстве, 3 ноги согнуты в коленях. Ночь пролетвет в сновиденьях. Я сплю? Неправда. Лев Смирнов. Лежу в кровати. Ни гу-гу. И лишь дышу, как спринтер, Решают все: уснул, бедняжке. Не тут-то было. Пусть майка вся в поту не мне г- бегу, без устали и лени, то иа боку,, то на спине, согнуты в коленях. Бегу всю ночь, ' чтоб вновь с утре Творить потребность обуяла-—, для' пущей живости пеоа полезен под одеялом! Скирик Играл. .С аакр-ытьши глазам». Он откнйуя , голову . чуть-чуть назад и, казалось, .совсем•:забыл о, мальчвшк®, который, притихнув, смотрел -па ;.рукн .музыкацгта- —' и* слу- .Крошки Канифоли слета.ли ,со;..смычка. и пакрывал'й блес­ тящую поверхпость ипстру- м-еита белы.» неров-пым: пале- • ... На полуцоте отарвк "обор- , .вал. .«едодаю; ■ - ' ; — -Хвати*г, — дрогдув-шим ; голосом проговорил он, отста- ‘ вил, иистру'-монт в сторону, I сел 'в кресдо и ирвкрыд- гла- } .Стало ТИХО; Музыка вес бро- | дила ;ГДе=то. в глубвае со'зяа- I ция, постепенно удаляясь и -сз-йра-ясь вр-времеяй. Это был тот первый самостоятельный I концерт в огромном .мрачном ! зале. -Сейчас его слушал все- ' го одйи. человек---- соседский ■мальчишка. • Немного.'погодя Витька слез с дивана, подошёл к - 'кшгжно- : му шкафу й -пршмчДся- рассмат­ ривать стоящ'пе там пожс.чтев- шпо' от'вр-емеш! ф'отографп'и. т— Вы 6 д№? —■етн|рая со .стекла пыль, тихо спросил он. '., — Да, це .шевелясь от-' ветпл старик. — Хотя.., — си оторвал ладонь от лица. — . Был еще старший брат — но его больше пет. * Помолчала. — Можно я еще « р т у ? .— сиова прервал тдапину В-итька, — Зав-гра?: . . , Ста.р!ж кивнул: - «Капечяо». Потом проводил мальчишку ДО калитки и н.ееиеша вернул­ ся в ко.м«ату. . .. , ‘ ; : Сбл-н-мные. “лучше!! пробйва- лвсь СКВОЗЬ' листву яеревье'в и, как - Свет софитов ■: ца ''сцене, выхватывала пэ полумрака различные предметы/ каран­ даш - 1 Ш столе, краешек потре- павдаго коврика,; .чисток ’бу­ маги, уи 8 'Вш:- 1 Й па вол,; узорча­ тый гриф.' . . ; • - ■...По .шгьрокрй спинке дива­ на, неуклюже перевалцва.чсь с бока ' на бок, полз большой коричневый кук. Он куда-то с :еш.чл и о'киь сердился. Редактор М. ГОРЬКАЕВ.