Ленинец. 1974 г. (г. Липецк)

Представляем лауреатов творческого конкурса в честь 50-летия присвоения комсомолу имени Ленина Александр Куницын А Адольф Беляев Победители названы Подаелсим «вги творчеекогв кви- курса на яучший рассказ, очерк, сти^ хотворение в честь анамеиатепьной даты ~ }0-лртия присвоения комор- !мопу имени ». И, Ленине. Конкурс проводикя о^6иомом ВЛКСМ и Пм- пецкими писатепьской и журнапист- :ской организациями. Жюри рассмотрело представлен­ ные произведения писателей, жур­ налистов и поэтов и отметило, что в целом конкуре спосовствовал раз­ витию творческой активности авто­ ров, укреплению связи комсомоль­ ских организаций е творческой мо­ лодежью. В то же время жюри высказало пожелание сделать этот конкуре ежегодным, шире пропагандировать его с тем, чтобы обеспечить участие самого широкого круга авторов. По решению жюри вторая премия |первая не присуждалась} за цикл очерков о молодых героях пятилетии, раскрывающих преем­ ственность славных традиций поколе­ ний, участие комсомольцев области я хозяйственном строительстве, бо­ гатый духовный мир нашего молодо­ го современника («Зерна из солдат­ ского кисета», «Цвет весеннего са­ да», «Династия хозяев» и другие} присуждена журналистке газеты «Ленинец» М. СОРОКИНОЙ. Третья премия за очерк «Пока бьется сердце» и цикл очерков о выдающихся спортсменах приеужг дена заведующему отделом спорта молодежной газеты Е. РОМАНЦОВУ. За цикл стихов о героическом тру­ де комсомольцев беесоюзной удар­ ней стройки, о людях огненной про­ фессии — металлургах, воспеваю­ щих труд во имя Родины, прослав­ ляющих человека труда, первая пре­ мия присуждена поэту А. КУНИЦЫ­ НУ. Стцхи Александра Куницына — это поэтический сплав «высоких» и «при­ земленных» тем, где органическисо­ четаются неброский полевой цветок и ракетодром, где слышен гул пче­ лы и космического корабля, всплеск тихой зарницы и яркое зарево, за­ жженное руками тех, кто стоит у ДОМВиП и Ь1в#1С|П1вВП11ВП1тА »|Чг*№Р1в простые и мудреные ремесла — И новые, и знаемые встарь. Искусство отбивать стальные косы И выплавлять космическую сталь. Жюри отметило второй премией «Балладу о троих» А. БЕЛЯЕВА. В чеканных строках баллады как на барельефе запечатлен гордый несги­ баемый дух юных героев, их мо­ ральное превосходство над палача­ ми и предателями. Третья премия присуждена липец­ кой поэтессе С. МЕКШЕН. Поощри­ тельной премией отмечен цикл сти­ хов А. ТАМБОВСКОЙ. Жюри обратило внимание на тот факт, что тематика ряда безусловно талантливых, высокохудожественных произведений, представленных на конкуре, к сожалению, не отвечала его условиям. Как мы уже сказали выше, решено проводить подобные конкурсы ежегодно, что, несомненно, будет способствовать подъему творческой активности молодых, привлечению новых авторов, укреплению связей творческой молодежи и комсомоль­ ских организаций области. И Х было трое: Он и он, И хрупкая оме... Пустой подвал, сырой И щель вверху одна. Был первый ростом невысок И неиазисг лицом, И был мальчишеский висок Пересечен рубцом. Он ей с улыбкой объясняя: — Не веришь, хоть Я лет с пяти уже гонял По крышам голубей... Второй был — Мускулы одни, Задирист, как петух. Но что-то сдал за эти ями, И синий взгляд потух... Они заснули у костра. От беженцев отстав, И были схвачены вчера Одмемо из застав: — Рус?'Партизан?! — Удар ,и стон... Со всех сторон, со всех сторон, Бетонная стена... Им, может быть, и не пришлось Встречаться 6 никогда, Но их войны слепая Гмалв туда, туда. Где жаркой грудью их отцов Засломека Со всех концов Проклятая стема! Чужая речь Рвалась в подвал. Суха, как плети всхлест. Осенний ветер ставни И душу рвал до слез... Они лежали все втроем Без хлеба и без сна... ИЮЛЬСКИЕ СТИХИ Гей, июль — макушка лета, грозник, страдник, сеностав, у тебя ли мало света, спелых ЯГОДИН и трав! Я брусинке схорониться в дозяолю — начеку. морда ■ ягодном соку. Белки ходят за грибами. Волки серые добры. И когтями, и зубами в реках трудятся бобры. Мест безжизненных В дебрШг, в поле, у крыльца — клубни, корневища и цветочная пыльца! Я — живой, неравнодушный, без погибели в руке. Здравья вам, живые души,— дебрях, в попе, на реке! НПО худо не однажды, был на горьком рубеже, и добра желаю каждой самой маленькой душе. Гей, июль — макушка пета, дух медвяный липнииа! А. КУНИЦЫН. Мне еще резона нету вешать голову пока. В разнотравье рыйду тоже да с огняикой поострей, у тебя, июль, быть может, не хватает косарей! в межзвездном доме... А не вчера ль на космодроме твоя ревущая ракета стояла на столбе огня... И в лица било звездным ветром, и 8 пламени была броня. ~А на Земле и птичье пенье, и наливается зерно. Но отгоревшие ступени уже отброшены давно! Уже Земля звездою стала БММДА О ТРОИХ и первый вдруг: — Споем? — Споем! — Откликнулась' она. Второй же, Вздрогнув телом всем, Рванулся, сам не свой: *—Вы что?.. С ума сошли совсем?! А если — часовой? За нами нет геройских дел, И песня ни к цему... Спокойно первый поглядел В упор в глаза ему: Молчи хоть целый век... Зловеще Звякнули ключи И регЬсий окрик: ■—Вэ»! — ■Фельдфебель, Всунутый в шинель Прямую, как лубок, Хрипел простуженно: — Шмель! Шиель! — Прикявдом тыча в бои. Закат'слепил, Плывя из-за холма... Кресты обуглвииых стропил Несли на холм дома... Стали голубей Глаза вдруг у нее: — Смотри: ни крыш.., ни голубей... Сплошное воронье!.. — Как раз для нас, — Второй сказал И снова молча шел... Их всех троих втолкнули Одной из местных школ. Из-за стола Герр офицер В звенящей тишине С минуту брал их на прицел Сквозь узкое пеисне. Сидел недвижен, словно труп. Вцепившись в кресло-трон. Был каждый палец желт Потом, Сверкая ко-жен краг. Шагнул, как на плацу... Так вот он, враг. Так во-г он, враг. Уже лицом к лицу! Дыша от гнева горячо. Чуть вздрогнула она. Белело голое плечо В разрыве полотна... Был офнцер в таких Как видно, искушен — Рукой в рыжеющих прыщах Ои грудь е й тронул: — Шеи! Собравшись' весь в комок. Дрожа от пят до плеч... Он как щенок бы Яег У ног. Когда б сказали лечь. Что ростом Как будто в полусне, Хватил с плеча. Наискосок, В блудливое пенсне! Сверкнули стекла, Раскроив Арийской масти бровь... ...Их расстреляли всех троих, И был закат, как кровь. Оми лежали в лебеде. Желтеющей у рва... Их было трое, тех людей, А человека — два. Светлана МЕКШЕН. ЗРЕЛОСТЬ Если детство короче, чем надо, вначит, молодость будет длинна, Хоть в цветах обгоревшего сада все ещ е проступает война. Будоражат весенние соки застаретш осколок в стволе. Но у дерева корни — глубоки. Но у д ерева ветви — в листве. Пусть размах соэрезамия сдержан — все на совесть идет, не на страх. Только в яблоках привкус железа, только привкус воймь» на губах. УЧЕНИКИ Самонадсяниостн вволю отмерив щедростью руям, мы остаемся все ж неболее, как чьи-нибудь учевиин. И в новый день, как в класс всезнающий, порой мы входим налегке с одной надеждой, что пока еще тебя не вызовут к доске. За молчаливостью быть от ответа : Вы пас спасите, добром любви не погубя: спросите с нас, за все спросите, спросите, как с самих себя. Чтоб вскормленные вашей склой, мы без подсказки бы могли ответить жизнью за Россию, стать совестью родной Поселок Трвктормый. Круженье Цветов, прохожих ‘М машин. Стальмых пожаров отраженье В прозрачном зеркале витрин. Мне память не размоют весны: Не заметет хвостом зима. Как, подбоченяеь, смотрят сосны В твэм глазастые дома. Тебя минутный дождь не спрячет, К тебе, как к другу, через лес Зимой и петом солнце скачет Троллейбусам наперерез. Спасибо, снежный и ручьистый. За отдых и за непокой, За добрый глаз и голос чистый Многотиражки заводской. По улицам, как по страницам. По перезвону новых школ. По этим стройкам, этим лицаа Тебя я знаю, комсомол. Ты уводил меня от скуки. Мосты повесил над рекой. Ты, улыбаясь, жал мне руки Ссюей уверенной рукой. И. знаю, ищешь меня Там. у знакомой проходной. Где Ленин в бронзовой одежде Стоит, как вечный часовой. , Откуда вереницей длинной — Который час, который год — Во все концы земли быпинной Стальная гвардия идет. Пусть не кавказские высоты. Пусть не морской прибой в окне,— Твои мечты, твои заботы, Каи море, плещутся ао мне. А. ТАМБОасКАЯ. яосшк Т Р А К т И Ы Й ПАМЯТИ свои капри- — Б одни, ■зы: то никак ие мо- крикнул я. 9 притесь! — '|ягиввется в бесконечность, ль:й ординарец командира сжимается в точку. вспомнить нуж- Весь расчет приперся __ Когда время перестало мец. Он -нибудь си- станут они от таких сигарет пульсировать и сквозь »вон плечи отказываться. — Долбит, — сообщил Толик Иконников, будто мы сами не слькшвли. — Я, как знал, прицел не ленто‘зЬ \ сигаретного дыма вдруг столкнет целую лав|ину воС:Помина 1 Н 1 ИЙ. ...Откуда-то прострочил пулемет, грохнуло несколь- коявибесприц*Т|Ькых разры ­ вов и стихло. Немцы оста­ вили село без боя, нам да ­ же не пришлось разверты- .ваться в цепь, л 'Село большое, похожее на все остальные. Насмот­ релись на такие ,в Австрии: мощеная площадь, штьжом нацеленная в небо коло­ кольня, островерхие чере­ пичные крыши и, конечно, нигде ни души. Через час— полтора жители выгтрлзут из нор и станут издали ра з ­ глядывать изумлением, потом подо! дут поближе, сползет с лиц напряжение, появится —’ ® бункере сидят, — сначала неуверенная, затем сказал он. — Мутер сейчас откровенная улыбка. «Ще притащит. -аЗЛип „V - Мы расселись за столом у чужеземцы, и не какие-ни- расчехлил нож и стал будь, а грозные «рус-Ива- I». Но боя не было. наш общий люби- ял пленного б ез какого-либо 3 ушах вошло в сознание напряжения переставил е к полковнику. — - Сколько же тебе Л 1 —- СВ'РОСМЛ см ани в а я юнощу. Один ручных часов, поняли — кончилось, в ор­ лянке «быть или не быть» нам выпала жизнь. Тишина — это музыкл ; нарядное,: Нет, на точно накрыл. — Пошли в избу, по­ жрать сообразим, — пред- лонвил Ширшов. Мебель богатая, значит, и поесть найдется. Австрия —не Венгрия, где у каждо­ го сельского хозяина коп­ тильная печь с окороками и колбасой. Ширшов унюя ис­ кать владельцев усадьбы и 'боязливым вернулся с хлебом, салом и оплетенной буты- засек? Почти мрачным дит колокольня — ,1 жески протянутой кой. Какая же это н| пость — войкаГ Двор, Щ офицеров п ваф вопрос. Пленный сколько' ра з шевельнул ка- дымом, что-ио невня сказая, — Закурить спросил, пояснил офнцер. Перестал, кажется, —• прислушался Толик. — Дух здесь каиой-то...— поморщился Ширшов и по­ тянулся к окну. Вдруг комната исчезла, грохнуло до боли в ушах. цело. «Рус-Иваны», оказы­ вается, вовсе не ко'сматые щжие азиаты.д никого не убивают, не г ^ б я т , не на­ силуют, а главное, кончи­ лась неизвестность, ужас ожидания. В их уль, 6 ках _ знакомым запахом возвращение к ТХизни. Если мы вызывали у телей чувство судорожно- целы? острого любопытства, то „ ^ 3 ,^ ^ 3 , ^,^ 333 . нас это открыточное село „3 Ответить интересовало лишь как ме- успели, от новых где можно разтчиться разрывов тяжело качну.лся ДА ЗАХАРОВ. дом, вместе е съестным, дохнуть хоть пару часов, облаком загнулась хоть часик. ку занавеска. Лейтенант вернулся от — Давай сюда, — потя- комэндира роты повесе- нул меня за ногу Колька, лезший, приказав свернуть Он лежал под кроватью, в проулок. У крайних до- Я сразу оценил его наход- мов указал на лужайку за чивость — если рухнет вспвхенным участком. Позиция тем. Окопать- дерева кровать удержит, . 1 ^ или, по крайней мере, смяг- Надежда на отдых сбы- чит удар, лась. Окопаться — значит, — Закури, — протянул я не просто приваА: значит, и сигарету. позавтрекаем, и поспим. Только прикурили, новые Лужайка понравилась. С разрывы тряхнули дом... трех сторон, и, главное; со Мужественность — это, стороны лротцвника. она собственно. способность окружена кустарником: противодействовать эвери- й^кировка , 'Агороший об- ному имстннкту самоссхра- Сигаретный дымок паниый шелухой, чщвепвцы, расползшиеся мермгие Енутренносм» сдохшей ови- мьи, торчащие ребр а раз- массивнэ» красного ^ бепо-ве- кпоплть улепжит , лемые от штукатурки — А о», оказывается, на­ хал,—с веселым любопыт­ ством сказал полковник. — Дайте ему. Я вышагнул вперед, рас­ крыл свою коробочку. эор и дома полтораста метре». — Минометы « бою, — сказал пом 1 комвавода Па- Не скомандовал — про­ то сказал, чтобь! не сло- еили, а установили. Сбро- привьтчно собраЦви мино­ меты и^рестяяулись на трз- Я достал свой трофей — продолговатую деревян­ ную коробку с сигаретами. сторон потянулись — Но-но! — осадил * (, — Пора бы поменьше *. Мы были мишенью, нас расстреливала батарея тяжелых минометов и мы ничего ме могли изменить. Стены закрывали от оскол­ ков, покидать их было рис- - - кованно, и мы лежали, да- сигаретная коробочиа. На вя в себе проклятый ин- УЛице У нашего проулка ос- режитого лица и—ласкаю- Пленный не оценил угоще- щее тепло весеннего сйян- сигарету маши­ на— иальио. Я щелкнул зажи- Не помню, кто на кого мелкой и отошел, помазал палыщм и перв* 1 м захохотал. Захохотали асе. С хрипом, взвизгиванием, подвыванием, до корчи.. Таи Уп®Р‘“ ’^сь разряжаются нервы... звездочку на груди _ Ну, вот,. - обрадоваи- раздельно вы- но сказал прибежавший Па- ««« о ^ ь к о слое, пин. — Мы Аумалм, им *а- — Ишь, ты! — удивился на, а они ржут. переводчик. — Нэгюлеона С трудом утихомирились ЧИ^«»У« ™ Льау Толсто- пошла по рукам воина не стинкт, а он вдавливал нес в поп, до хруста костей. Гах!.. Гах!.. Гах!.. Выдыхаешь застрявший где-то в желудке воздух; — Колька, жив? — Живой! — Закури! Пэра торопливьгх ^Курево не было пробле- — все (#Гёли, нс такой полированной коробочки с .Злотыми вмхзелями и ко­ роной еще никто не разжи­ вался, и я не отказьюел се- ! в удовольствии помане- Блиэкий разрыв втиснул ю в землю. Еще один, еще! По спине удщэили ко- эемли. _ В дома!— ' в лепешку... Гах! Гах! Гах! — Колька, жив? — Дай закурить. Кряхтя, вполз Горбышев; — Ребята, гляньте, я це- __ ____ — Забиши гтарию голову. X подошел Может,, выдрать его р ем ­ нем да отпустить к мамв- , накрьрю? ше! — сказал волиоеним. Офицер пересел. Юнец дернулся, заиграл кады­ ком. Воротмик мешал ему, о« амкурално расстегну» его. ПРдегята» рука скольз- иуяа з а бор 1 Г пиджака и сообщал мне подробности он, оскалившись, вы­ стрелом. — Вас, Все целы?.. А мы того гада поймали, что огнем «рррек- тиооввл. Салаге Я поспешил к стрелкам. . . . к - ...... ... - - - — чердаке сидел, по и рука произвольно рации передавал. Нам од- кулак. не чув- »» ншяя фрау у казал^ — * прыгнул : виду Трудно оторваться от аемли, когда вот-вот при­ летит новая ста* смертей. лежать и ждать ее — глупо. Приелушалс» — и рванул напрямик, приме- . . впереди каждую вогну- , тость земли. Уапел! Новая . — Крови ие видно. — Выскочить хотел, тс ко на порог — как она н нет... Меня об с Гах! Гах! На смартнр-аыеоаой ноте сверлит воздух визг ране­ ной свиньи. Не воздух свер ­ лит ■— нас, насквозь, навы- Ванюша только был медлительный ворошивый. Его удар встретил юнца в воздухе, переверну» нул. Виллис качнулся ' свалившегося тела. — Да нет... Очухается,— смутился ординарец и по­ шевелил пальцами, прове- Корректи|ровЩ|Ик и впрямь оказался юнцом. Нам было по девя'шадцать. Скояько же ему? Тонкие рук» высо­ вывались из рукав.ов кургу­ зого пиджака, на бледрюм лице отчетливо красмепи пятнышки выдввлемтых угрей. Он изумленно сада- ре» йа етряхавшихся от из- — Неужели готов? вестки весельш миноматчи- огорчился полковник, ков и беззвучно шевелил губами. — Ком! — подтощекули его. Он вздернул голову и пошел неверными шагами. У большого дома на то- — Нехорошо получилось, _Ты жив? щади стоял виллис. Солда- “ оказал полковник, — На сигарету... ты вдернули гиммастерми— ** символинмо. Вы- Считается, что в минуты приехал сам полковник. муштровал Гитлер немцев, смертельной опасности вся Полковмик, наш иомбвт и бросились они на нас, да жизнь проходит п еред другие офицеры вышли из наткиулмсь гш русский ку- серия рызрывов грохнула, внутренним взором. Черта дома. Наша группа остано- и » - Ладно. Помогите ему. когда забегал з а угол дома . ^ пустота холодиого вилась. Сержант из стрел- Пусть поживет. Правду пои- Выглянул - вроде, никого ^ ^ о с а и сверлящая тос- ков отпечатал шаг до мет. Ее, прав.ду-го, труднее ^ задело, ^ бегут. Потом вся гравитация командиров, доложил и перенести, чем ю т так, ав- Сложилм под стенкой ми- Вселенной сверггьшается а вернулся бегом: жмурившись, шарахяуть- номет (как разобрали и комок, вливается а молеку- — Ком, фриц! Иди! ся... ш е л н — ни .,|^ин не объяе- лы твоего организме, а Юнец только переступил Когда я вернулся НИЛ бы), отдышались, за- удар, после которого на- на месте, на худой шее им, ребята ку.рили. Я на этот р а з не ступает невесомость от соз- вверх—вниз заходип кадык, старались хоть как-то под- манежии. нания: жив... врем я то рас- Подошел Ванюша •— рос- править пострадавший дом. к вдаодом Вячеслав БОГДАНОВ. Вячеслав Богданов — наш земляк. На границе Липецкой и Тамбовской областей есть небольшая деревенька Васильевна. Здесь поэт провел дет­ ство, отсюда уходил в большую ра­ бочую жизнь. В настоящее врем» Вячеслав Бог­ данов, автор нескольких поэтических сборников, находится в Челябинске. Но память о родных местах живет в сердце поэта. Родной Васильевне, черноземному подстепью посвяще­ ны самые задушевные м искренние строки его стихотворений и поэм. РО Д ИМ Ы Й Д О М К дверям забитым в зимой приеду. Замочный ключ до боли сжав в горсти. И улыбнусь хорошему соседу, И по 1 грошу мне клещи принести, Я в дои родной вернусь . ие блудным гостем! И, как любовь, Я ключ к нему сберег, И под рукой Застонут длинно гвозди, И упадут, как слезы, на порог... И тишина мае бросите» на плечи, А гв,чуби забьюге» под стреху. Трубу открою в стылой русской печке И, словно память, пламя разожгу! Где б 01 СИДС .1 — снежок иабида вьюга. И, осмотрев иа карточках родство, — Я вместо бога Сяду в правый угол, Огонь в печи приняв за божество! Дыши высоким пламенем, солома! Пускай деревня видит наяву, Как мой поклон — Дымок над отчим домом — Всему, чем я страдаю и живу!.. МОНТАЖНИКИ Нас двенадцать ларней— вся бригада, Славная Монтажная братва. И дрожит под нами —тэчада, На леса Садится Мы идем у цеха на виду, как двенадцать месяцев в году! Раз и два... И мачты над щэскпетом! Гром стальной качает корпуса. И, 1 слубясъ, Летит от электродов Золотая россыпь на леса Если день с утра толково и»ча'г— Посидим, Покурим, Посудачим... Глянет мастер на часы, Поморщась, Не по сердцу — по работе хмур, глубоко ГЬэо такой прослышае перекур... Ник{жая мера не годится Наши силы уместить в таблицы! И опять огнем заплещут Словно сцвуиы. Тросы зазвенят. Приходи, 1 На там За работой все мы на вида, Как двенадцать месяцев в года! Рабочая смена. Фотоэтюд В. Ельшаева.