Ленинец. 1971 г. (г. Липецк)

э т о ВСЕ ТАКИ ЗДОРОВО! у Лесшида Марголиса биография корот- В больнице я и познакомился с его стн- кая. Вчерашний десятиклассник, он не-хами, порадовался доброму .поэтическому сколько лет предпринимает попытки учить- оптимизму начинающего поэта. Думаю, эту ся в вузах, но тяжелый ' недуг снова и радость разделят и читатели. снова приковывает его к больничной койке. Сергей ПАНЮШКИН. Это все-таки здорово — видеть землю в цвету, непослушные волосы теребить на ветру. Это все-таки здорово — в руки ландыши брать, к их опущенным головам всем лицом приникать. Это все-таки здорово — мрикнуть в раннюю высь и разбуженным городом клокотать, и дымить. Это все-таки здорово — и твою, и мою жизнь любить, за С е в е р ■Ты дай мне, дружище, мой старый бинокль - ■хочу я увидеть север. Пусть темное небо в поямира длиной раскинуло звездный веер. •Мне самое время сейчас помечтать 'в струящемся хрупком свете. Ты смог бы по северным звездам читать о северном трудном ветре?' А, впрочем, молчи, -если спится — спи. Я много о севере слышал. Над севером неба горбатится шпиль, поэтому звезды там выше. Я слышал.о нем от хороших ребят, •влюбленных в свой северный город.- Их южные степи порою'манят, но север повсюду догонит. - Я верил, я жадно слова их ловил, а вскоре прощались ребята... Костер догорал, уплывал, уходил за гребни поникших палаток. Ступали колеса, бросая в тоску, - и в сумраке синем бежали ’■не шпалы, не сосны, не неба лоскут, а лица и снежные дали. ; И сам я сошел в середине пути, и поезд на север умчался. Ты помнишь, д р у ж и щ е , н е спи, подожди, - я вместе с тобой возвращался. Ты помнишь, мы шли, разделив пополам, , такую тяжелую ношу. Как будто брели' по сыпучим пескам, ' как будто скрывались в пороше. И теплою дружбой светил нам не раз" тот южный, тот памятный вечер. Я, словно в бинокль, вижу синий алмаз, — суровый непознанный север. жизнь бы отдал свою. Это все-таки здорово — видеть землю в цвету и в разлуке, и в горести, и в горячем бреду, и в осенней распутице этот цвет углядеть, и усталостью путника которую никогда не болеть. Задача П,о свету ходят-бродят ■ люди-умники, а мы с тобой сидим и не спешим. Вот глаз твоих уже каснулпсь ■ ^сумерки,' а мы никак задачу не решим. , "Мы; говорим несложными загадками, но очень,иедогадливы сейчас, хотим сложить пасьянс словами- , картами, во он никак не сходится- у нас. Мш ловим взгляды очень осторожные, глаза отводим — так за часом .. ■час мы друг на друга молимся, безбольные, а много ли больествешюго в нас? Мы — люди просто чуточк)^ влюбленные и, может быть, кого-то насмешим. По свету ходят люди разделенные, а мы с тобой сидим и не спешим. . ..В ВЫЛИТЬ вштшй, ЗВУЧНЫЙ стих На очередном, пятом,- заседании клуба «Раду­ га» обсуждались две ру­ кописи стихов — Вла­ димира Репина из Ли­ пецка и Николая Тюри­ на из Задонсйа. "Сотрудник многоти­ ражной газеты «Голос строителя» ^ Владимир Репин, как ^отметили все, принявшие участие в об- суждении его стихов, тя­ готеет к самоанализу, к проникновению в при- р'бду чувств. Его лириче­ ский герой ищет смысл бытия в общении людей, тревожится человечески­ ми тревогами, радуется Их радостям!]. Диапазон чувств поэта широк; от интимных откровений до гражданского пафоса. На обсуждении было, отмечено литературное достоинство стихов В. Ре­ пина — богатая образ­ ность речи. Однако поэту сегодня недостает логической за­ вершенности, закончен^ иости мысли, И тогда его стих нуждается в ком­ ментарии, в пояснениях типа: «Здесь я хотел ска­ зать...». В таких, стихах замысел автора остался нереализованным, сти­ хотворение -г не состоя­ лось. В целом же, творчест­ ве Владимира Репина оставило очень светлое. радостное Николай Тюрин — поэт негромкий. Несмот­ ря на то, что в представ­ ленной ' на обсуждение подборке были стихи-тпо- следних пяти лет (с 1Э6й по 1970 год), он только в начале пути. Творчест­ во предыдущих лет бы­ ло поиском своего по­ черка, само'быт по с т и . Как было отмечено, сти­ хи его и по тематике, и по художественному ис­ полнению совершенно разные, но во всех сти,- хах присутствует одна, несомненно заслужива­ ющая внимания особен­ ность, — яркая, свежая палитра красок. Главная находка начинающего поэта — активный пей­ заж. Это делает его сти­ хи не похожими на гво- рения других, стоящих на пороге в литературу. Итак, два поэта — две я^рани, два несхожих, но близких внутренних ми­ ра. И общее у них одно — поиск умения, своего голоса. Владимир Репин я вдруг подумаю р том, Что в мире все . взаимохоязано; Деревня с полем, реки с вязами. Дорога с небом, х домом дом.... Становится легко и просто На людной уДице, когда За огоньком иль папироской Вдруг обратятся иногда. И по неписаным законам Ты не посмеешь отказать, И от огня в твоих ладонях Мои затеплятся глаза. Становится светлей в трамвае. Когда газету отложив. Мой взгляд, как дружбу, принимая, Мне улыбнется пассажир. Пусть мимолетный и случайный, В толпе коснувшийся. до глаз, Друг друга ВЗГЛЯД не отмечает •— Он все же связывает нас. И атой связью подытожа Свои обычные слова, Внезапно научусь в прохожих Друзей хороших узнавать. л \л л л л лл л л лЛ л л л л лллллллА лллЛ л /\лллллллллллл . к м о рю Здравствуй, близкое море, . '— синеглазое чудо! Ты — рыбацкое,'счастье, ты — беспечный разгул. И ^лежат острова, как " ■ разбитое блюдо. И горбатятся - ....... , , плавш-шами ■ . ■ акул. ■ Я. завидую вечно этой бешеной,,скачке. Где скулят «ревуны» псами , , , вслед кораблям, Под размашистый,, ветер и .под очи рыбачек,. Поверяя.^ тоску, белозубым волнам. Мне ль тебя не понять. Я родился на море.. Полосатый и, пьяный выл , - близ-дома прибой. , Я не знаю уж точно, то ль , на радость иль горе, ,, Я душою .навеки остался с тобой.. ^Люди помнят друг, друга .. по делам- и по датам: \ Там смеялся Овидий, ' здесь проплыл Одиссей, , --Но асе., тот же над Таврией . ; ветер-крылатый : И все тот же бескрайний парад тополей. И я верю:^ пройдут сотни лет - чередою,' . Будет вечно и море, и родная страна. Никогда, океан, , не расстанься со мною. • Ведь а я без тебя, как шальная, волна. Нвд пенным, вздорным и разбитым, Над круговертью вороной Шатало лодки,: как корыта, Шатало шалою волной. И в глянцевидных, лягушачьих, холодных скалах, где гроза, мерцали водоросли, рачьи заиндевелые глаза. И боком," словно каменюги; качая вилами клешней, кидались крабы, как. бандюги,; ■в крутые сумраки камней. И вот в предчувствии событий, сомкнув ряды, оставив грот, уж роты панцирные мидий рядами ринулись вперед. И в полусолнце, в полумраке, То ль блики, то ли огоньки, скосив глаза, не чают драки морские резвые коньки; И над морской волной ■ кач(а»сь, все в блестках из морской пыли, несется облако из чаек и раюсыпается вдали. Предчувствие! В нем запах йода, в нем камня гул и чаек гам, в нем вздернутой губой урода, несется море к берегам. В нем тело рухнувшего грома, что ломится туда, где пьян, бросаяся на волноломы, кончает с жизнью океан! Н о ч ь б л и з м а я к а Мероких урочищ ■’ , . ' хлябь и твердь.... трезубцы 5 скал и лун осколки,,:, здесь мо] 5 яка и ж-нзнь, и сиерть ■в зюйдвестке или в, тр еу голк е . ; Здесь длинных ДЮн немой укор всем тем, кто берега покинул. ' ' но что в сравнении бугор пред бкеаном-исдолином., В обрывках рваных .парусов.,: .корабль-призрак прет из сказок, когдэ, не понимая снов, маяк мигает одноглазо".: Когда рыбачкам слышеп «803» Из всех углов, йз всех каморок, 'а за окном,зигзаги гроз расЕалывагртся о прпророк, ,, И туши туч,, полны тоской, топиться лезух в моря бучу. Цо линии береговой, , мне Чудится призыв уключни. И р'акбвины хриплый'ЗОВ, где каждый голое непонятен ■ соленой нленкрю с, зубов, как пот с морозных : вщ-юградин. И где-то, где-то там, вдали, еще не ясны п о н а ч а л у , . ко мне стремятся' корабли, как к ' человечьему прича.чу! Вот потому все сказки прочь, ■ И ,росказиям хмельным не ‘ вторя,' , Я вспоминаю; эту .ночь, И думаю о тех, кто в море. Б а р к а с Вот так упасть на дно баркаса, а над тобою свысока и крутолобо и бокасто взметнут косые облака. И оком^ выпученым рыбьим С минутой каждою смелей В тебя заглянет море глыбью Пропахших ржою якорей. А ты заветам всем не веря, Молвам и бедам вопреки. Туда ушел, где ветрй зреют, Где начинаются стихи. Пророки и предтечи, вы ли ,Ие предрекали беды те, Где волны плакали и выли И рассыпались в темноте. А нам, влюбленным в бури эти, И жизни не любя иной, Нам быть бродягами по свету, Иам быть поэтами дано. ПОВЕСТЬ ВЗАЙМЫ • Случится же такое — представят человека не тем, что он есть на самом деле, скажем, писателем, — и пошло-поехэло. Все ахают и удивляются: «Это ж надо, а?». И назовут его самород­ ком, талантом. И станут хо­ дить, гордые своей наход­ кой, важно. И при упомина­ нии этого имени в интона­ циях некая благоговейность появится. Ну точь-в-точь как в гоголевском «Ревизоре». И долго будет невдомек спросить; «А ■постойте, братцы, уж не Хлестаков ли ЭЮ?», Сегодня трудно вспом- ; нить, какая рояла на дворе погода (да й время дня запамятовали), когда в об­ ластную писательскую ор- гаН'ИааЦию вошел скром­ ный тихий человек и спро­ сил, кому можно показать свои заметки. — Зайцев, Михаил Алек­ сандрович, шофер автоко­ лонны № 1414, — предста­ вился вошедший. Взяли рукопись (две об Шие тетради в зеленом ко ленкороеом переплете), от крыли первую страницу прочитали первый абзац и. Дальше все пошло, как у Гоголя. Помните, чем взял Хлестаков? Нахальством («Третий день живет и не платит», — доносили город­ ничему местные собирате­ ли новостей). Нахальством взял и Зайцев. Степенно, с чувством лостои«ства бух­ нул на стол к писателям ру­ копись и завораживаюш,е посмотрел на всех взглядом праведника. И никому в го­ лову не пришло испытать новоявленного писателя. А пов;естьтто оказалась краденой, Может быть, со временем Михаил Зайцев и расскажет, как он перепи­ сал у Виктора Астафьева «Звездопад» и что его надо­ умило предъявить на эту повесть ■ свои- авторские права, только сегодня факт остается ■фактом: пове."ть украдена. ' • — Ну,- зачем же пак громко, — возразят'мне. — Может быть, человек грам­ матике учился. Или просто взял эту повесть взаймы. Потом отдает. Занимать, , конечно, не возбраняется. Только от- давать-то чем? Своя не пи­ шется. Как выяснилось, коо- ме чужой рукописи, у Зай­ цева ни одной строчки'"" на заметке нет. Эта у него единственная, так сказать, лебединая песня. Есть, разумеется, выход; перезанять. Но перезани­ мать надо у того, кому от­ давать уже будет не нужно. У старых.: У тех, кого ужа нет. Скажем, у Толстого. Только не у того, что Л. Н., потому как очень известен, ,и каждый школьник уличит в . подлоге, а у* то-го, что А. К. Взять, к примеру, его роман «Князь' Серебряный», переписать от руки и зы- сла-ть _с извинительной пиской Виктору Астафьеву: «Так, -М'ОЛ,. -и-так, ...дарогой товарищ. Извини, что за­ держал несколько. Сам по­ нимаешь, роман большой, а грамотешки — кот -на 1 П!та- кая». Пусть радуется. Очень может быть, что в рукопи­ си этот роман он не читал. Что ни говори, конфуз ■ вышел великий. И ищут те­ перь того добчинского-боб- чинского, который пер­ вым '■крикнул ошалело; «Талант!». Плагиатор же (по-просто­ му — литературный вор) ходит в порядочных людях. И все ему невдомек, отчего это вдруг его хвалить пэ- ' рестали, со знаменитым пи­ сателем больше не еразим- вают. Привык, знаете, за три года. Говорят, на днях он по­ купал общие тетради и новую авторучку. А. МЕЛЕШКО. К 0 в: пёрройа , навстречу .ему бровился старик в туЛупе. Ту­ луп был длиннььм и тяжелым, и старик наступал на полы, падал, и с трудом поднимался. Добежав таким ..образом до вагона, он отшвырнул чемодан в сторону, и повис на шее. Бо­ риса,обдавая его водочным пе­ регаром и потоком 'бессвязных фраз. — Деда не узнал. Ты, -Борь- ка, ну сам понимаешь. Ну, как сказать?! ...Ну, в.общей... — Все понятно, дедушка. Ты уже успел хватить.,.' — С горя, с горя, внучек; Жалко мне твоего отца.. Ох, как жалко. Мне бы помереть- ‘ то, а .,не ему..; А она, лихоман­ ка, обошла старика," помоложе подкосила. , Старик подхватил чемодан Бориса: , —' Поехали, внучек. Дорогой обо веем__поговорим.'. Но дорогой' поговорить не пришлось, ехали молча. Дед Афанйсий Круглов вздыха.л, натягивал вожжи, 'да погонял мерина. ■ ' Борис смотрел на белый гре­ бень мерина, на его покачива­ ющуюся голову. Ему казалось, что он едет ,не по заснеженной степи, а плывет в южных ши­ ротах у берегов Антарктики, где-то в море Росса, "Вот уже целый день бушует шторм. По взлохмаченным валам спичеч­ ной коробкой прыгает рыбо- . ловный сейнер. Механик Борис Круглов слышит, как гудят моторы, надрывно напрягаясь до пре­ дела. В кубрике появляется радист. Он подает механику радиограмму. В ней всего три слова: «Борис. Отец умер». Буквы прыгают, .набегают друг на друга, сбиваются в кучу. Перед самой Сосповкой Бо­ рис задремал. Он увидел отца. Неказистый солдат с рукой па перевязи, стоит у дома. На ли­ це пробилась рыжая щетина. На груди всего одна медаль. Он смущенно улыбается, зо­ вет сына: — Иди сюда, сынок! Борька жмется к стене, бо­ ится чужого дядю. Солдат то­ же стелит в нерешительности, не может подобрать подходя­ щие слова: — Не бойся! Я твой папка. Подойди поближе. Смотри, ка­ кой подарок привез теб е .Г уб - ! 1 ая гармошка. Настоящая. Мальчишка смоч>ит" на сол­ дата. Он не похож на отца. Ведь отец, йаж- раосказьшал дед Афоня, красивый, да к то­ му же герой. А этот и на героя не похож. У него'всего одна медалёшка. Прищурившись, Борька, стараясь казаться взрослым я ваяснЫ'М. человеком, произносит сердито: — Мой папа-^танкист. Оп у меня смелый. Но солдат не уходит.. Он не- На стене в грубой, тяжелей раме выделяется выгоревшая от времени фотография. .На ней все же еще можно рас­ смотреть бравого матроса па фоне гор н моря, Оп стоит па ‘палубе корабля, обло 1 К'Отнвшнсь па орудие. И этого бравого моряда теперь уже не узнать в дряхлом деде Афоне. Тут же висят две фотогра­ фии в новеньких рамках. Вяд- Н'О, они появились недавно. На фотографиях мужчина и жен­ щина. Глаза, 1ЮС, волосы — все аляповато подрисовано, В звал. Ну, да ладно. Садитесь, подвезу... : Вороной рванул с места гак, что обдал деда -Афоню комья­ ми снега. Старик недовольно поморщился. ' - — Ух, и непутевая скотеняка у тебя, Ефим. Офо.рми. ее на колбасу. Колхозу и тебе будет прибыльно. Колхоз деньги по­ лучит сполна, а ты моциклет с тележкой. — Нельзя, дедушка Афана­ сий. Воронко мне верно служит шестой год. В любую погаду увезет хоть на край света. А . Б о р о в и к Р А С С К А 3 решительно переминается е но­ ги па ногу, Из сеней выбегает дед Афоня, обнимает солдата, словно оправдываясь, нереши­ тельно произиосит: — -Жеиа-то твоя. Пара- сковья, умерла... — Когда? — выдохнул сол­ дат. ' . — Три годочка минуло. Не писали. Там тебе и так горько было. Хозяйствовали вдвоем с энтцм партйзаЕЮм, Подь сюда, Борька. 'Гвой чапь'ка воз'- -я- иулся. ' ) ...Тут Бориса кто-то сильно тряхнул. Он услышал голос де­ да: Слезай, приехали, В просторном чдоме было уютно и чисто. Борис с удив­ лением спросил; — У тебя морсасой порядок, Как же ты се.всем управ-ля;- ешься? — Вот и управляюсь. На печке лежу и подаю команды. Тут соседки мои по очереди вахту несут, как у нас па клейсере, в старорежимное вое- мя. Назначил их "Ефим Куржа- ков. Он воевал вместе с тво­ им отцом, а теперь бригадир­ ствует; Не забывает про меня, старика. Борис окинул взглядом избу. них, этих людях на фотографи­ ях, Борис с трудом узнал отиа и мать. ' : . — Кто же это их так нзуро:- довал? спросил Борис. •—Да тут один приезжий фо. тограф, отмахнулся дед Афоня. Те лучше посмотри: вот .это. Старик бережно подал внуку раскрытую деревянную .короб­ ку. В ней лежали три ордена Славы. ■ - - Твой отец так и не ув.и- дел свою награду. Теперь ои кавалер Славы. Награда при­ поздала. Прислали, когда уже умер отец. Видишь, через сколько лет распознали в Мо­ скве, что ои герой?! Недавно генерал приезжал -ко мне. ;Обе- щал отцу поставить памятник на могиле. Вот как оно полуг чается. К вечеру метель улеглась. На западе догорали последние краски заката; Дед- Афоня и Борис медленно шли по засне­ женной сельской улице. Их на­ гнала подвода. И ’Л санок вы­ скочил Ефим Кмржэков. Глядя на деда Афошо покачал голо, вой, шутливо .простонал; — Ай, да старый хитрец! Привез внука, а меня не по- Сразу за Сосповкой по,д рухлым снегом . спряталось кладбище. Одной стороной оно прижалось к лесу, а дру­ гой — выходило на отутюжен­ ный метелями огромный холст льняного полотна, приготов­ ленный худолшйком-монумеи- талнетом для работы над кар­ тиной. Проваливаясь в глубсг.спе сугробы, дед Афоня, Ефим Куржакоп и Борис добрались до самой последней моги.пы. Над холмиком' возвышался острый- шпиль деревянного обе­ лиска. Из-под снета виднелись верхушки венков. Ефим Кур- жаков бережно приподнял и.ч, стряхнул снег. На алой ленте одного из НИХ' горели золотом буквы: «Солдату Степану Круглчэву от генерала Крутилииа».' : Борис разгреб снег; опустил­ ся па колени перед могилой. Волной нахлынули . воспомина­ ния, НО как ми странно, оа не мог зримо увидеть отца таким, ■каким видел его в жизни. Сей­ час он многое бы отдал за то, чтобы хоть раз на одно коро-г- кое мгновение взглянуть в его лицо, встретиться со взгля,аом его карих, чуточку насмешли­ вых глаз. . «Отец! Отец! Не всегда доро-. жил сын твоихг именем. Не всегда прислушивался к гзо-, ему мнению, а иногда и оби­ жал тёбж Тогда все казалось, ему, сыну, обычным. Ведь он ие чувствовал острой отцовской, боли. Сына звала и манила своя дальняя дорога. Она ве­ ла его в чужие страны и холод­ ные моря. Он больше, любил соленый ветер,.пропитанный за­ пахом прогоркших водорослей,, шаткую палубу' корабля, а не тихие сельские улицы, выбега- . ющие в поля, где спелая рожь жадно глотает медвяный здпах цветущего клевера. И теперь, возвратившись , 'зз дальнего плавания, сын . при­ шел на свидание к отцу. Он прфшел не в отцовский до.м, а к его могиле. Пришел не .де­ том, йогда земля отдает сок свой всему живому, а :'зпмипм вечером, когда стынут слега, и мороз рвет кору на молодых деревьях». ■ • - Эти мысли сжали сердце Бориса. Он стоял' на коленях, не чувствуя холода. Его душя- ли рыдания, хотелось попла­ кать, как в детстве, ио он не мог. Не было слез. — Хватит, Борька. Просту­ диться могешь. — говорил дед Афоня, теребя‘Бориса за плечи. — Ну, вставай же, кому гово­ рю. Видишь, и я, плачу, —- Крепись, Борне. Твой отец был крепким человеком. Не зря его до сих пор любит генерал Крутилип, — успокаи­ вая Бориса,. бригадир поднял его и креп'ко обнял. — Смотри. Вот оно, отцовское поле. На него Степан вывел первый трактор «фордзон». Сразу'по­ сле войны, не оправившись от ран, пахал и сеял здесь. От­ сюда его увез я после сердеч- Т 61 -Ю приступа. Вон там, на меже, Степан попросил его приподнять и снять шапку. Смотрит на поле, а у самого по лицу слезы катятся. Впер­ вые видел я у него эти слезы. Видать, чувствовал ои, что уже больше не вернется сюда. Чем ему понравилась -здеш­ няя земля? Тут у нас самые, трудные участки" для обработ-. ки. Трактористы сюда шли с неохотой, А Степан всегда кру­ тился здесь, И управлялся раньше других Обработает землю —■ одно загляденье. Ме­ ня просил передать тебе, чт*;-• бы ты не забыва.ч это поле, от­ цовское поле. Вячеслав Фролов На Марсовом поле На Марсовом поле в ночь 1 на 21 января по числу лет, I прожитых Лениным, было заж- ; жено пятьдесят три траурн 1 ях I костра.,. ................... ..... На Марсовом поле траур, Хрустящий январский снег. Алеют костры, как раны. Смертельней которых нет. А лица людей суровы, И скорбь, и любовь ( , в глазах. И отблеск огней багровых Как будто теснит назад... Но люди плотней в молчаньи Сдвигают тела в одно. Не-' места здесь отчаянью — Здесь вахта живых вСю ночь. Подходит рабочий Питер — Кладут и кладут венки; «Великий учитель, спите. Как прежде стоим, крепки...» С Обуховской обороны, С Выборгской стороны, С Заставы Нарвекой — огромен Траурный пост страны. Стоят, не согнув колени. Бессменные до утра... Как годы, что прожил Ленин — Полсотни и три костра,! Я стисну зубы от боли, И встану жестче, чем бронь; Гори на Марсовом поле. Священный вечный огонь! Нииолай Тюрин В Е Т Е Р Сегодня ветер крыши рвет, Сегодня ветер хулиганит. Всю ночь воюет напролет,' Да лишь себя напрасно ранит О сучья сломанных ветвей, Торчащих, словно рачьи клешни. И стопы голых тополей Так йепонятны и нездеш.аа. И ни к чему его порыв. Ведь все и так полно ' смирену, И ждет, в покорности застыв. - Зари веселой пробуждёнья. Круженья рыхлых, талых •‘ льдип, Поры тепла, в любви признанья. А он один, всегда один, — И нет страшнее ааказанья. Чего оп ждет? Добра? Забот? > А может быть, тепла немножко? И , . как усталый пешеход, К нам по ночам стучит в окошко. Р А З Д У М Ь Е Рвануться птицей в вышину Без ■промедленья, сразу, вдруг. Или, сломив упрямства дух, Пасти лесную тишину, — Мне право выбора дано. « Но, как, сомнений сбросив кладь, К цепи решений отыскать Недостающее звено. Чтобы суметь недолгий миг Смятенья чувств в слова вложить. Их боль осмыслить, пер'>'<'<>т), И вылить в светлый, звучный стих?