Ленинец. 1966 г. (г. Липецк)

Т РУДНО найти чел овека, который с таким же не­ терпением ждал наступления весны, как мы, охотники. Встретишь друга, а он еще издали кричит: — Слыхал? Утка пошла туча-тучей! Это, конечно, плод охотничьей фантазии, но что пора весенней охоты наступила — бесспорно, и нетерпение завладевает всем твоим существом. Наконец, охота разрешена. В ближайший же выход­ ной день отправляюсь в Усмань, где обычно встречаю все свои охотничьи зори. Задолго до рассвета встаю, натягиваю болотные са­ поги, нагружаюсь охотничьей амуницией и выхожу из дому. Предрассветная тьма кажется такой плотной и близ­ кой, что ее можно потрогать руками. Тяжелые кило­ метры остаются позади убийственно медленно. Ноги поминутно ухают в колдобины. От быстрой ходьбы спина покрывается испариной. Подсадная утка беспо­ койно ворочается в своей корзинке, иногда недоволь­ но покрякивая сонным голосом. Вот и Лукинка. Паводок в этом году небольшой—река едва вышла из берегов. С трудом отыскиваю болотце почище. Выпускаю на воду утку, разбрасываю чучела и поспешно скрываюсь в кусте тальника. Осматриваюсь. Глаза с трудом различают силуэт подсадной. Вот она пополоскалась немного и неожи­ данно густо и сочно крякнула. От ее крика, казалось, проснулась вся природа. Ветерок зашелестел в камы­ шах, легкой рябью подернул воду. Где-то в кустах за­ трещали дрозды, с блеянием пронесся: над головой бекас. Через минуту весь луг наполнился шумным ве­ сенним концертом. Нет, это непередаваемое состояние — быть на весен­ ней охоте! О весне поет каждая веточка, каждая птица и душа охотника тоже начинает петь. Весенний воздух, пропитанный запахом болота и набухающих почек, пьянит голову. Неожиданно в стороне слышатся свист крыльев и ти­ хое жваканье крякового селезня. Утка встрепенулась и зачастила, как из пулемета. Селезень повернул на при­ зывное кряканье и шлепнулся метрах в ста от утки. До чего же он красив, этот весенний чародей. Подтяну­ тый, щеголеватый, как молодой гусар, он весь насто­ роже, готовый в любую минуту взмыть в воздух. Страх перед кустом тальника, сквозь который просвечивает силуэт человека, заставляет трепетать каждое его пе­ рышко. И он было отплывает в сторону, но непреодо­ лимое влечение к серой крякунье притягивает магни­ том, заставляя забыть страх за свою жизнь. Расправив бронзовую грудь и высоко подняв изумрудную голову, он медленно приближается. Волнующее душу жваканье селезня, призывное кря­ канье подсадной, многоголосый хор певчих птиц сли­ ваются в симфонию весны и рождения новой жизни. Я готов любоваться этой картиной часами, но страсть охотника оказывается сильнее. Поднимаю ружье. Ство­ лы выписывают вокруг селезня зигзаги, кровь толчка­ ми стучит в висках. Выстрел с оглушительным треском раскалывает воздух, ко... селезень, всплеснув воду, кру­ то взмывает вверх. Почти не целясь, делаю второй вы­ стрел. Перевернувшись в воздухе, тяжелая тушка шле­ пается на воду и переворачивается кверху брюшком. Поднимая каскады брызг, бегу к добыче. От селезня пахнет талой водой, пороховым дымом и еще чем-то, едва уловимым, не имеющим названия—запахом охоты. Через полчаса рядом с чучелами садится нарядный, как елочная игрушка, чирок-свистунок. Выстрел — и серый комочек забился в воде. А вверху снова свист крыльев. Но стрелять больше нельзя: норма отстрела — два селезня за зарю. Откла­ дываю в сторону ружье и пристраиваю к фотоаппара­ ту телеобъектив... Из-за дальних гребней облаков выплыл багровый диск солнца. Золотистые снопы света хлынули на во­ ду, засверкали в капельках росы. Весенняя симфония, На снимка х: 1 . Хо р о ш о н а з орьк е по бр од и ть с руж ь ем по н ехож ен ы м т р о п а м ... 2 . О х о т н и к в с е г д а д е ли т свое «с ч а с т ь е » с верны м пом ощ ни к ом и ДРУГОМ . 3 . У т к а - м о д н и ц а ос ­ т а е т с я н ев оз м ути м ой , к огд а в нее ц е л я тся и з ... ф отоап п арата . на минуту прерванная выстрелами, звучит с новой, еще большей силой. Совсем рядом присаживается пара матерых. Селе­ зень направляется к подсадной, а уточка взбирается на вывороченный корень ольхи и начинает прихорашивать­ ся. Черные бусинки ее глаз то скользят по небу — нет ли ястреба — то недовольно поглядывают на блудного супруга. Тщательно в нее прицеливаюсь. Сухо щелкает затвор фотоаппарата. Модница остается невозмутимой и охотно позирует перед объективом, пока я для вер­ ности не успеваю сделать десяток снимков. Сзади вдруг слышится хлюпанье воды под ногами. Кто-то направляется в мою сторону. Утки срываются с места. Выстрел неизвестного обрывает полет селезня. Покидаю свое укрытие. Из-за кустов выходит мой старый приятель по охоте Василий Порядин. Увидев меня, он широко, во весь рот, улыбается и высоко над головой поднимает только что убитого селезня. На его лице ликованье мальчишки, которому подарили насто­ ящее ружье. Вот оно, счастье охотника! Выбираем место посуше, садимся и закуриваем. К весенним запахам прибавляется аромат табака. Долгие, на весь день, охотничьи рассказы заставляют забыть и про голод, и про усталость. Домой возвращаемся лишь к вечеру с твердым намерением завтра вместе встре­ тить еще одну охотничью зарю. В. САДЧИКОВ. Фото автора. П е р н а т ы е т а л а н т ы Недавно в одном из кафе Вены был проведен необычный конкурс: 80 канареек боролись за зва­ ние лучшего певца общества «Идеал», которое объединяет любителей певчих птиц. В ходе соревнований судьи внимательно выслу­ шивали певцов, давали оценку мелодии, чистоте голоса по одним им известной шкале. Наибольшая возможная сумма очков для четырех исполните­ лей составляла 360. В ходе конкурса 1966 года один коллектив получил 345 очков и завоевал ти­ тул мастера. Члены этого коллектива не имели имен и носили лишь номера. Первое место завое­ вала канарейка под номером 007. После этих соревнований здесь же состоялась ежегодная выставка певчих птиц общества «Идеал». ' * - Л. ТУШАВИН, корреспондент ТАСС. Ф о т о о х о т а тож е оп асна Один нор веж ский лю­ битель с телеобъективом несколько дней терпели­ во ждал возможности сфотографировать току­ ющего глухаря. Н ако­ нец, петух поя в ился, но нас троен он был чрез­ выч айно аг ресси вно. Глуха рь атаковал фо ­ тографа и его телеобъ­ екти в. Взъерош ив перья, о н п реобр азился в опытно­ го турнирного бойца, и поле боя тотчас осталось за ним. Из журнала « Рев ю Насьональ деляшасс ». Франция,