Ленинский путь. 1964 г. (г. Елец)

Р о Д Н о Е □□□аоооооооооаооаооаоорпааацооооорааааоааошзоооооаоос адророрараоаопааипп^оооодоооодопииипоороооопдрррдппппппнпррпппооо Н а дальнем,тихом берегу Коней приглушенное ржанье. Я без волненья не могу Идти заречьем синей ранью. Я вырос в .этой стороне. Среди ирнсосенских раздолий Здесь все знакомо с детства мне: Излом реки и лес, и поле; Где колос к колосу приник. Шепчась о чем-то меж собою; Где я и бос, и невелик. Сдружился с первой бороздою, П. САПРЫКИН. Е ГО Р А Б О Т А Если верить дядюшке Федоту, На селе лишь он влюблен в работу. Днем и ночью устали не знает. И об этом часто повторяет. Но попробуйте увидеть его |В поле. Никогда его там не найдете. Спать до полдня И язык мозолить — Вот какая у него работа. В. ОСИПОВ. с. Преображенье. М О Я С Т Р Я Н Я а о о 3а а о а I аа а О о а г Земля моя. Земля отрада! 'Среди всех благ земных и бед Мне счастья большего не надо — Тобой рожден я и согрет. Тобой воспитан с колыбели. И кровь твою и плоть впитал. С тобой иду к заветной цели Путем, что Ленин начерхал. Иду в заботах и тревогах. Но нет усталости во мне. Как я тебе обязан многим, Моей прекраснейшей стране. И оттого я неизменно Готов, как клятву, повторять: Люблю всем сердцем сокровенно. Люблю тебя, Россия- мать! Е. ФИСЕНКО. АЛ. ЛУКЬЯНЕНКО К о р о т к и е б а с к и О Ж И Д А Н И Е Я в волненьи стою, ожидая Этот поезд, что должен прийти >Дду тебя. Не дождусь, дорогая. Что-то очень ты долго в пути Слов душевных имею так много. Только высказать их мне кому? Почему же длинна так дорога? Почему тебя нет. Почему? М, АЛ АД КО В. с. Власово. МУДРЫЙ СЕЛЕЗЕНЬ На основании большого жизненного опыта старый селезень лодсчиталТ для то­ го, чтобы добыть одну ут­ ку, охотники тратят в сред­ нем пять килограммов' дро­ би. (Когда собака вынесла его из камышей и положила к ногам охотника, в мудрой голове старого селезня за­ села всего одна дробинка. ЗАМЕЧТАВШИЙСЯ МУРЛЫКА Каждый представляет се­ бе счастливое будущее по- овоему. И к<^т Мурлыка то­ же. В сладких кошачьих сно­ видениях видится Мурлыке, как в один чудесный день судьба пошлет ему огром­ ную тушу кита и как он, будучи еще молодьпи, нач­ нет уминать ее с голо(ВЫ, а дойдет до хвоста уже на склоне лет, когда благород­ но поседеют усы. Среднего кита хватит ему на всю жизнь. А их так много пла­ вает в безграничных океан­ ских просторах! Достанется и другим котам, самым до­ стойным. А остальные пусть ловят мышей. ПЕТУШИНАЯ ЛОГИКА — Нет, этого не может быть! — возражал петух, когда ему сказали, что часы отсчитывают время лучше. Долго пришлось убеж­ дать его фактами. — Ну ладно, пусть так! — согласился наконец пе­ тух. — Но разве из часов можно сварить суп? Перевел с украинского П. ДЕСНЕНКО. г. Елец. День выходной. И у лесной опушки. Где клены густо выстроились в ряд, Опять сидят веселые подружки — О сокровенных думах говорят. Они не могут, право, не понравиться: В труде упорны, ласковы, стройны. Не зря поется в песнях о красавицах. Девчатах нашей сельской стороны. Фотоэтюд в. ДУРНЕВА. ^ □□□□□□□□□□□□□□□□□□□□аааоааопааооиовегаоааао Т Р О П И Н К А 0а 1 Теряясь лентой в сочных травах. Бежит тропинка к елкам. То влево бросится, то вправо, То выгнется подковкой. То прыгнет с кручи. То приляжет, То в лес свернет немного. Но к сроку путнику покажет. Желанную дорогу С. ПАВЛОВ. С М Р » Бледнел закат. Густели тени. Сменив на тракторе меня. Она две веточки сирени Мне подарила. Как понять? Я знаю, что не симпатичен. Хожу — ума не приложу: За что такое мне отличье. Е Н 1э Что рядом сею с ней, пашу? Иль, может быть? ' Да нет, не может..'. Вот так гадаю целый день Скажи сама, что значит все же Твоя душистая сирень?! Б. ЦВЕТАЕВ. Коров начали пасти и «мчью. Утренняя дойка по­ этому проводится прямо на лугах в четвертом часу. ■— Эй, Настя!— крикнула- под окошком Машенька Ху ­ дякова. — Гатова ли к бою? Она всегда так заходит ■л своей по-дружке. А Настя Крюкова откро­ ет окошко, притворно зев- яет. — Моченьки моей нет, глаза слипаются. Не пойду я, наверное, нынче на дой­ ку.—А через минуту выбега­ ет из дому. Но на этот раз ответной весел 0 (сги не последовало. Окно долго яе растворялось. А когда на 1 КОнец в нем мелькнула резкая тень. Маша усльииала гневный голос Насти: — Убирайся прочь! Маша растерянно помор­ гала глазами,- стукнула по стеклу окна еще раз, но уж неуверенно. Не. дождавшись отзьгаа, медленно пошла от дома в поле одна. «За что она на меня так? —• тревожно спрашивала се­ бя по дороге к лагерю. — Разве за стихи осерчала?». (Вчера утром учетчик фер­ мы Борис Купцо(в, редакти­ рующий стенгазету и прило­ жение к ней — листок- «молнию», позвал к себе в избушку Машу и, усадив ее за столик, за которым ра­ ботает со сво.ими книгами учета, подал чистый лист бумаги — Пиши! — Что? — де-вушка вски­ нула на парня карие, обрам­ ленные черными ресницами, глаза. — Сатиру ПЯШ.И. Против Насти. * Маша вскочила на ноги, прижав руки к груди; —С ума сошел! Ведь На­ стенька самая близкая моя подружка. — Знаю, — кивнул Бо­ рис. — Вот и помоги ей свернуть с опасной тропы. Маша насторожилась. О какой 'Опасной тропе гово­ рит он? — О любовной,— усмех­ нулся Борис и потрогал испачканным в зеленой краске указательным паль­ цем воо>бражаемый ус. — Вот послушай. Маша слушала то, что ей частично,, уже известно. За последнее время ее подруж­ ка Настя стала относиться к работе с хол' 0 .дком. А в прошлое воскресенье в час обеденной подкормки коров рассовала траву в ясли на­ спех. Бросив ее по тощей охапке и не всем коровам, заторопилась к зеркалу. — Вертелась перед ним часа два,— хмурясв, сооб­ щил Борис, — красоту на­ водила... — Для тебя же стара­ лась, — заметила Маша.— Как же ты так про нее? Писала долго, то и дело ломая карандаш. — Вот,—подала она на- кО'Нец Борису исписанный стихами листок. — Слишком мягко, — по­ крутил головой тот. — Ну да ладно, сойдет. Выписав стихи на бланк листка - «молнии», снабдил их карикатурой. Под кари­ катурой, изобразившей аис­ та, подкрашивающего концы клюва сразу перед пятью зеркалами, шли стихи: Ты ПОЙМ.И, подружка Настя, Я прошу тебя, пойми: Если нет порядка в деле, Нет порядка и в любви. Листок - «молнию» вы­ весили только после вечер­ ней дойки. Настя, ушедшая из лагеря раньше всех, не могла его видеть. «Кто же ей сказал про стихи и карикатуру?» — за­ давала себе вопрос Маша. К полевой избушке, на - стене которой белел листок- «.молния», она подошла никем не замеченная. Дояр- ки толпились перед свежим выпуском. — Ловко, — говорили одни. —; Кто же ее так, а? — спрашивали другие. — Да кто же, кроме Ма­ ши? Она одна у нас пишет стихи. Кроме, пожалуй, не­ кому. Она это. — За что она так осер­ чала на подружку? Бориса что ли решила отбить у нее, ' а? Слушая этот разговор. Маша кусала губы. Она бы и не слушала такое, не хо­ телось ей слушать, но, как на грех, не сразу нашла свой подойник. А когда на­ конец отыскала его, броси­ лась от избушки ветром. — Что ты, чумовая? — посторонился от нее зоотех­ ник Чуркин.— Чуть с ног не сшибла. — Ухватив девуш­ ку за руки, допытывался; — Что в тебе загорелось? — А ничего, — хмуро сказала Маша: — Пустите! — Нет, все же... — А все то же, —• не ска­ зала, а вдруг крикнула Ма­ ша. —■ Ходите руки в брю­ ки, своей красотой любуе­ тесь, а о людях и думать забыли. — Это как же? — опе­ шил Чуркин. — Расскажи толком. — Растолкуешь таким, — кипела Маша. — Разве та­ ким, как вы. вдолбишь что сразу? — Показала глаза­ ми на подойник. — Сколь­ ко лет маемся с ним, а все замены ему нет. Круго-м, слыхать, давно повыкидыва­ ли подойники, а у нас... Когда наконец механиче­ ская дойка будет? — Будет,— заверил Чур­ кин. — А когда будет? Губы некогда покрасить с этой ручной дойкой. И убежала, оставив сво­ его собеседника в недоуме­ нии. .Маша первой начала доить коров. 'Настя пришла на дойку с опозданием, в сердцах рвала соски у коров. — Нельзя же так,— за­ метила ей Маша, прохо(Д'Я мимо с полным подойником. — А как же можно? — зло метнула на нее колючий взгляд Настя. — Можно на­ плевать на дружбу и сра­ мить меня на весь белый свет? Мож'но угождать ре­ дактору -стихами и отбивать у по.дружки жениха? У, беостыжая! Два дия Маша искала случая, чтобы объясниться с Настей,но та метала гро­ мы и молиии, не допуская ее к себе... Но на третий день она сама пошла на прими­ рение. А случилось это по­ сле отела Звездочки. Отелилась Звездочка в полночь. После ее отела де­ журная доярка подошла к новой буренке с подойни­ ком, но та не допустила ее к соскам. Не отдала Звез­ дочка молоко и самой хо­ зяйке. Билась Настя со строптивицей все утро, но безрезультатно. Молодая корова бодалась, била нога­ ми, металась. — Свяжи ее, — посовето­ вала Насте Мотя Кузне­ цова. Настя послушалась, спу­ тала коро'ве ноги, прикру­ тила ей голову вплотную к столбу нааеса. Возмущен­ ная насилием. Звездочка пуще взбунтовалась, не да­ ла молока ни капли. — Что же делать? — со­ крушалась НасТ'Я, Горест­ но разглядывая набухшее вымя коровы, решила: — Телка, может быть, к соскам подпустить? — Подпустить, — разре­ шил Чуркин, — и, перехва­ тив протестующий взгляд Маши, добавил:—Не про'па- дать же теперь корове. — Нельзя, — строго крикнула Маша и шагнула к Звездочке. Развязав и распутав ее, долго обхаживала, масса­ жировала вымя, ласково разговаривала с ней, будто корова и впрямь могла по­ нять речь человека. Осторожно взялась за со­ ски. И только успела это сделать, как Звездочка, до того присмиревшая, опять метнулась. Дав ей время ус­ покоиться, Маша еще раз взялась за соски. И опять корова, вздрогнув, стала отбиваться. Поединок длил­ ся долго, но Маша вышла из него победительницей. Все доярки и в том числе Настя, наблюдавшая за действиями Маши, видели: в подойник наконец-то ■ударили первые струйки желтоватого молока. Обра­ довавшись этому. Маша ослабила внимание. То ли она слишком сильно потяну­ ла за какой сосок, в бок ли дернула какой из них, но только Звездочка снова взбунтовалась. Перед тем, как рвануться с места, она с силой ударила ногой по скамеечке, от которой оста­ лись лишь щепки. Маша ус­ пела отпрянуть. Стояла у столба навеса, держась ру­ кой за левую сто(рону гру­ ди, рассматривала щепки. — Успела все же ты со­ скочить со скамеечки, — об­ радованно сказала Настя, подходя к подружке, — проворная ты... — Принеси мою скамееч­ ку, — перебила ее Маша. Настя покосилась на Звездочку, и протестующе встряхнула бронзовыми ту­ гими косами: — Да наплюй ты на нее, проклятую. Долго ли до беды? Маша сама сходила за скамеечкой и, усевшись на нее, начала все сначала. Ми­ нут через сорок или пять­ десят после этого подала Насте подойник, полный пенистого молока, улыбну­ лась: — С рекордисткой тебя, подружка. Обеденную и вечер(нюю дойки Настя вела уже са­ ма. После работы она не сразу ушла домой. Не то- (Окончанне на 4-й стр.) ^Л енинский путь* № 107 (402) 3 сто.