Ленинская искра. 1960 г.(г. Грязи Липецкой обл.)

7 октября 1960 года ■ №121 (4279) Л Е Н И Н С К А Я И С К Р А 3 У Недавно в печати сообща­ лось о смелом эксперименте, который произвел в начале нынешнего года американ­ ский писатель Джон Говард Гриффин. Изменив цвет ко­ жи, Гриффин прожил шесть недель на Юге Соединенных Штатов. О пережитом за это время он рассказал в ряде очерков, которые мы публи­ куем в сокращенном виде. Они проливают свет на одну из сторон американского об­ раза жизни — на бесправ­ ное положение негров. Рискованный э к с п е р и м е н т Две м инуты назад я совершил бестактность: на остановке в ав­ тобус вошла средних лет женщи­ на. Подвинувшись, я жестом пред­ ложил ей место рядом с собой. Сначала на лице женщины отра­ зилось неподдельное изумление, которое в следующее мгновение сменилось гневом: — Что вы на меня так смотри­ те? — Извините, мэм, — спохватил­ ся я. — До чего обнаглели эти чер­ ные. — Женщина прошла вперед и, усевшись, начала громко об­ суждать со своей соседкой, к че­ му может привести политика ос­ вобождения от подчиненности. Несколько дней назад эта жен­ щина в ответ на мое приглашение только любезно улыбнулась бы. Ведь я тоже был белым... В 40 лет мне уже кое-что уда­ лось сделать в жизни. И все же одна мысль не давала мне покоя. Я страстно хотел написать о нег­ рах Южных штатов. Но как про­ никнуть в их душу — ведь, испы­ тывая на себе все тяготы угнете­ ния, они стали такими недоверчи­ выми и замкнутыми. Однако я не оставлял надежды осуществить свою мечту... И вот однажды, собрав неболь­ шой чемодан, я попрощался с женой и тремя детьми и вскоре уже находился на борту самолета, державшего курс на Новый Орле­ ан. Прямо с аэродрома отправил­ ся к знакомому профессору-дер- матологу, которого посвятил в свои замыслы. Идея моя понрави­ лась профессору, и мы тут же принялись за дело. Я жил у про­ фессора, принимая по нескольку раз в день пилюли и облучаясь ультрафиолетовыми лучами. На­ конец, наступил час, когда про­ фессор торжественно возвестил: — С этого момента вы переста­ ли существовать как белый. Я взглянул в зеркало. На меня внимательно смотрели искрящие­ ся глаза незнакомого пожилого негра с бритой головой и мор­ щинками вокруг большого рта... — Французский рынок, — объ­ явил кондуктор. Очнувшись от воспоминаний, я поспешил к вы­ ходу. Но, очевидно, все-таки не­ сколько промедлил. Когда я уже спустил ногу на ступеньку, дверь перед самым моим носом за­ хлопнулась. На мой вопроситель­ ный взгляд шофер только пре­ зрительно пожал плечами. На сле­ дующей остановке он вообще не счел нужным обернуться на мое требование. Внутри у меня все ки­ пело, но мне удалось сдержаться. Лишь на третьей остановке, где выходил один из белых пассажи­ ров, я проскользнул следом. Пол­ часа потом мне пришлось доби­ раться обратно. Войдя на французский рынок, я направился к чистильщику обуви Стерлингу, с которым познако­ мился сразу же по приезде в Но­ вый Орлеан, когда пилюли еще не возымели своего действия, — Хэлло, Уильямс, вы меня не узнаете? Пожилой негр неторопливо под­ нялся навстречу. — Нет, я вас вижу впервые. Я удовлетворенно улыбнулся: — Ну, а мои ботинки вам тоже незнакомы? — Ботинки эти я уже где-то встречал. Рассмеявшись, я рассказал свою историю и просил помочь м н е кое ШЕСТЬ Н Е Д Е Л Ь КОШМА Р А В американском зверинце в чем. Сначала Стерлинг слушал недоверчиво, но потом заразился моим энтузиазмом. Мы оба раз­ работали план дальнейших дейст­ вий. А вскоре Стерлинг уже го­ ворил о нас: «Мы негры». Нашу оживленную беседу прервал ме­ таллический окрик: «Эй ты, чер­ ный!» Перед своим лицом я уви­ дел здоровенный пыльный баш­ мак. Под руководством Стерлинга я отполировал до блеска обувь белого джентльмена и учтиво со­ гнулся, когда тот, так ни разу и не взглянув, бросил мне мелкую мо­ нету. — Вам надо побрить светлый пушок на руках, — посоветовал мне Стерлинг, когда мы оста­ лись вдвоем, — он вас может вы­ дать. — К счастью, бритва оказа­ лась у меня с собой. Я тут же отправился в туалет, расположен­ ный на другом конце рынка. Око­ ло самого входа меня остановил негр: — Нам туда нельзя, друг. Заметив мое недоумение, он усмехнулся: — Пройди вон за тот барак, и дело с концом. Солнце клонилось к западу. Под ложечкой у меня давно уже посасывало. Я предложил своему новому Другу куда-нибудь схо­ дить пообедать. Стерлинг сказал: — Это еще одна неприятная процедура, к которой вам при­ дется привыкать. — И затем по­ яснил: — Когда негр кушает, он старается съесть побольше, про запас. Когда-то еще придется есть в следующий раз. В кафе для белых нам доступа нет, а специальных негритянских заку­ сочных немного. Игра становится опасной Я снял каморку без окон за 2 доллара 85 центов в третье-раз- рядной гостинице «Сансет отель». И перед сном все-таки решил выйти в город и поискать закусоч­ ную для негров. Миновав не­ сколько улиц, я остановился пе­ ред французским рестораном, в котором несколько дней назад коротал вечера, слушая джаз и попивая коктейль. — Эй ты, черномордый, собачья голова! — Я вздрогнул от не­ ожиданности и оглянулся. Ко мне приближался здоровенный малый с засученными рукавами. Я по­ спешил прочь. Однако парень не думал отставать. Он шел сзади и осыпал меня непристойными сло­ вами. Во мне снова вскипела злость. Пройдя два квартала, ..я свернул в узкую улочку. Она бы­ ла совершенно пустынна. Тогда, резко обернувшись, я засунул ру­ ку в карман пиджака: «А ну, по­ дойди поближе, шакал, сейчас я с тобой расправлюсь». Парень остановился в нерешительности, размышляя, как поступить. Серд­ це мое бешено стучало. Не пом­ ню, как очутился на Джексон- Сквер и сел на свободную лавоч­ ку. Сейчас же с соседней лавки поднялся пожилой джентльмен благообразной наружности: — Было бы лучше, если бы вы подыскали какое-нибудь другое место для отдыха, — Да, господин. С трудом поднявшись, я угрю­ мо побрел к выходу из сквера. По дороге в отель присел передох­ нуть на ступени церкви Сент-Жан Баптист и задумался, Еще утром я воспринимал свои первые зло­ ключения как какую-то странную игру и только усмехался про себя. Теперь мне было не До смеха. Я смертельно устал физически и был потрясен морально. Зазвонил церковный колокол. И в каждом его ударе мне слы­ шалось: «Что вы на меня так смотрите?», «Нам нельзя туда, друг», «Эй ты, негр, собачья го­ лова», «Эй ты, черный, негров здесь не обслуживают». Миссисипи к р ай Л инча Я смотрел в окно трансконти­ нентального автокара на пробега­ ющие зеленые фермы и плантации Билл помог мне найти жилье в Геттисберге и поручил меня забр- там своих знакомых. И все же, прощаясь, он посоветовал пореже выходить из дому и стараться де­ лать это по ночам, когда цвет ко­ жи не так заметен. Я улыбнулся в ответ. Вспомнились стихи поэта Ленгстона Хьюза: На землю нисходит спокойна^ ночь. Такая же темная, как и я. Уже первая моя прогулка чуть было не окончилась печально. В меня запустили гнилым мандари­ ном и начали улюлюкать вслед. Я ловил на себе взгляды, полные не­ нависти и презрения. Мне вдруг впервые за все это время стало по-настоящему страшно. Я забежал в первую попавшуюся телефонную будку и набрал номер моего ста­ рого друга Иста. Зная о нравах в Миссисипи, я имел в виду этот ре­ зерв, но надеялся не прибегать к нему без крайности. К счастью, дома оказалась жена Иста. Узнав в чем дело, она разыскала мужа, который вскоре подъехал в авто­ мобиле к условленному месту. Я тайком, чтобы никто не заметил (это могло повредить Исту), юрк­ нул в машину и вскоре уже нахо­ дился в уютной гостиной. „Убирайтесь из нашего штата“ О городе Мобиле в штате Ала­ бама у меня с детства остались самые лучшие воспоминания. Мне запомнились светлые, в зелени улицы, радушные и гостеприим­ ные южане. «Куда все это исчезло теперь? — думал я, сидя на пара­ пете церквушки. Только что окон­ чилась неудачей моя попытка устроиться на одном из заводов хлопкаТ Сияло' солнце. И этот пей- г°Р°Да- Выслушав меня, хозяин сухо ответил: «Ничего нет». заж так не вязался с тем, что мне говорил сосед-негр. Узнав, что я еду в Миссисипи впервые, Билл (так звали негра) рассказывал мне, как надо себя вести и что делать,, давал различные советы, не зная которых, по его словам, негр не может жить в этом штате. — А что нельзя делать? — по­ вернулся я к нему. — Ну, например, смотреть на белую женщину. Лучше смотрите на кончики своих башмаков. Даже если вы увидите изображение ки­ нозвезды на афише, отвернитесь скорее, а то мргут и это истолко­ вать плохо. Потом вздохнул и заключил: — Нет места хуже на свете, чем Миссисипи. Эти слова никак не вязались с мирным пейзажем и солнцем на ярко-синем небе. Автокар въехал в какой-то город. Билл сказал: — Попларвиль. А вот это двух­ этажное здание — тюрьма. — И, помолчав, добавил: «Та самая». Я припомнил подробности: в апреле 1959 г. в эту тюрьму ворвались де­ вять белых и зверски умертвили негра Паркера, арестованного по подозрению в изнасиловании бе­ лой женщины. Совсем недавно суд Миссисипи, не доказав вины Паркера, признал тем не менее его виновным и отказался наказать убийц. Как образно говорили нег­ ры Нового Орлеана, суд Миссиси­ пи открыл зеленую улицу линче­ вателям. — Но, может быть, вы что-ни­ будь для меня подыщете, — на­ стаивал я, — пусть самую тяжелую работу. Хозяин смотрел на меня с удив­ лением. — Не можете понять, что вас здесь не хотят видеть? — Как же мне жить тогда?.. — Ха, мы только этого и доби­ ваемся.' Кончится тем, что всем вам придется убраться из нашего штата... Ко мне подсел пожилой негр — проповедник местной негритян­ ской миссии. Разговорились. Он предложил свой дом для ночлега. Дом оказался тесной комнатушкой с одной кроватью и пятнами от клопов на пожелтевших стенах. Потушили свет, но я никак не мог уснуть. Начал расспрашивать сво­ его хозяина о его жизни, положе­ нии негров в штате. Тот охотно от­ вечал. И как бы подводя итоги, с горечью заключил: — Вся беда в том, что мы, нег­ ры, не объединены между собой. А с разобщенными людьми легче справиться. И вы, и я, и нам по­ добные — все мы, по существу, остаемся «дядюшками Томами», независимо от нашей моральной ценности или степени образован­ ности. И потом есть еще среди нас и такие, которые стыдятся своей черной кожи и выслужива­ ются перед белыми, а те этим пользуются. Слушая старого проповедника, я вспомнил, как по пути в Миссиси- что-то невразуми- Сколько веревка не вьется конец будет... пи на одной из остановок в авто­ кар вошел средних лет негр с ван- дейковской бородкой и бачками. На нем ловко сидел элегантный костюм. Он подобострастно раск­ ланялся с белыми и тут же с руга­ тельствами обрушился на негров... Утро застало меня на дороге, ведущей в город Монтгомери. Много раз я поднимал палец, но машины проносились мимо. Нако­ нец один грузовик затормозил. Открыв дверцу, я увидел на си­ денье рядом с шофером винтов­ ку. Наслышавшись, что в здешних местах нередка вооруженная охо­ та на негров, я заколебался. От шофера это не укрылось. Он пригладил свой огненно-ры­ жий чуб и засмеялся: «Залазь, за­ л а зь — это у меня для оленей». Я облегченно вздохнул. Некоторое время ехали молча. И вдруг води­ тель спросил в упор: — Скажи-ка, приятель, у тебя жена есть?. — Да, господин. А она уже жила с белыми? Я пробурчал тельное. Не получив ответа, рыжий начал с увлечением рассказывать скаб­ резные истории о том, как совра­ щал негритянок. И ни одна не отказалась? — робко спросил я. Рыжий взглянул на меня с изумлением. Конечно, нет. Жрать-то ведь им надо, Я задумался: какая разница ме- ЖАУ изнасилованием под угрозой ножа или голода. А что ты здесь делаешь? — прервал-мои размышления ры­ жий. — Я? Ищу работу. " Может быть, ты здесь длг того, чтобы подстрекать негров: Он подозрительно сощурился А то смотри, места у нас пустын­ ные. Исчезнешь и никто не уз­ нает. Не отрывая одной руки о 1 баранки, он другой недвусмыс­ ленно похлопал по дулу винтовки Да, господин, пробормотал я чувствуя, как по спине пробежал холодок. Кругом действительно были одни болота, которые сла­ вились обилием змей и аллигато­ ров. Воцарилось длительное молча­ ние... Грузовик затормозил, Ры­ жий открыл дверцу: Ну, вылазь. Дальше нам не по пути. И когда я вышел, добавил: Запомни, негр, вы нам нужнь только из-за ваших женщин. Вер­ нее, только они нам и нужны. Е остальном вы для нас не сущест­ вуете. — Он дал газ, и столб пыли окутал меня... Черное и белое ...Мне удалось узнать все, что я хотел. Эксперимент окончился. К тому же нервы мои были натянуть До предела. Я испытал на само^ себе, что между черным и белы/ч глубокая пропасть. Запершись в номере небольшой гостиницы е М онтгомери, я начал вновь вол­ шебное превращение — на сей раз из черного в белого. Я прекра­ тил пить пилюли, которыми снаб­ дил меня профессор-дерматолог и протирал кожу специальным со­ ставом. За провизией выходил е город, когда на небе появлялись звезды. И вот однажды утром > узнал в заркале старого- знакомо­ го — белого Гриффина, покрыто­ го слоем красивого бронзовогс загара. И все-таки что-то отличало егс от прежнего Гриффина. Глаза! Раньше они искрились жизнью Теперь в них прибавилась грусть, Та самая вековая грусть, которую я не раз подмечал у негров. Пригладив отросшие за шесть недель волосы и стряхнув пылин­ ки с пиджака, я вышел на ожив­ ленную, залитую утренним солн­ цем улицу. На сей раз превраще­ ние было, действительно, волшеб­ ным. Мир, который вчера еще бросал на меня взгляды ненависти и угроз, сегодня широко мне улы­ бался.